Уютный трикотаж: интернет магазин белорусского трикотажа

Франсуа озон интервью: Франсуа Озон: мой новый фильм — это возвращение в рай

Франсуа озон интервью: Франсуа Озон: мой новый фильм — это возвращение в рай

Содержание

Франсуа Озон: мой новый фильм — это возвращение в рай

В четверг на российские экраны выходит новый фильм известного французского режиссера Франсуа Озона "Лето’85". Действие картины происходит в Нормандии в 1985 году. Юноша Алекс только окончил школу и стоит перед выбором — продолжать учебу или найти работу. Он знакомится с загадочным и самоуверенным Давидом, который очень активно включает Алекса в свою жизнь. Однако их дружба подвергается испытанию, и реальная жизнь рушит юношеские надежды. В интервью ТАСС режиссер рассказал о том, почему решил экранизировать книгу Эйдена Чемберса, которую прочитал еще в 80-е, именно сейчас, что заставило его поменять название фильма и о своих страхах перед будущим.

— Для меня было неожиданностью, что "Лето’85" все-таки покажут в России в этом году. Премьера должна была пройти еще в Канне, фестиваль был отменен, но картину показали в Торонто в сентябре. Вы рады тому, что фильм выпускают в этом году?

— Я очень расстроился, что не смог приехать в Торонто, чтобы представить свой фильм канадским и международным зрителям.

Это было невозможно из-за того, что сейчас творится в мире. И конечно, мы с удовольствием показали бы картину на Каннском фестивале, но этот год особенный, поэтому у нас не было выбора. К счастью, фильм все-таки выпустили во Франции, и это был большой успех. Хотя хотелось бы, чтобы фильм вышел во всех странах мира. То, что его все-таки выпускают в России, — отличные новости для нас. Нынешняя ситуация тяжела для всех режиссеров.

— Тем удивительнее было для меня, что фильм выпускают в кино. Многие режиссеры предпочитают придержать свои новые проекты до следующего года.

— Когда наступила пандемия, у нас было много предложений от стриминговых платформ — и от Netflix, и от Amazon — все были заинтересованы в покупке фильма, но для меня было важно показать его в кинотеатрах.

Я сделал фильм на 16-миллиметровую камеру, мне хотелось воссоздать дух кино 80-х, я хотел, чтобы зрители посмотрели его на большом экране

— Почему вы приняли решение снимать именно на пленку?

— Я думаю, когда ты снимаешь историческое кино, важно снимать его на пленку.

Именно так я поступил с фильмом "Франц" (2016), чье действие происходило в прошлом веке. Для меня важен был именно дух 80-х: пленка, разрешение [экрана] — все это имеет значение. Когда я был студентом, я снимал именно на 16-миллиметровую пленку. Мне важно было воссоздать этот опыт, когда я работал над картиной.

— "Лето’85" чувствуется как возвращение к корням. Фильм больше напоминает по духу ваши ранние работы, и книгу "Станцуй на моей могиле" Эйдена Чемберса вы прочитали еще совсем в юном возрасте. Почему вы решили вернуться к этому произведению через столько лет?

— Когда я прочитал книгу Чемберса, мне было 17 лет. Она тогда мне ужасно понравилась. В то время я еще не был режиссером, я был студентом и только мечтал снимать фильмы. Я пообещал себе, что моим первым фильмом будет адаптация книги. Но этого так и не случилось. После "По воле Божьей" (премьера картины прошла на Берлинале в 2018 году, где она получила Гран-при жюри — прим. ТАСС), очень сложного фильма, очень серьезного, с непростой и темной темой, я хотел вернуться к чему-то более легкому и светлому.

Я вспомнил про эту книгу и понял, что она была важна для формирования меня как личности, так что я решил сделать эту адаптацию сейчас и добавить произведению больше взрослого взгляда. Добавить больше взгляда со стороны. Мне кажется, если бы я сделал фильм лет в 20–25, он был бы совсем другим, потому что я не мог отделить себя от этой истории.

Франсуа Озон и Феликс Лефевр во время презентации фильма "Лето’85" в рамках 68-го ежегодного Международного кинофестиваля в Сан-Себастьяне

© EPA-EFE/Javier Etxezarreta

— Фильм рассказывает о наивной первой любви и крушении подростковых идеалов. Как вам удалось сохранить свежесть юношеского восприятия спустя столько лет?

— Я думаю, что в фильме есть флер ностальгии о том периоде, потому что сейчас мне уже за 50 и 80-е были очень давно.

Я думаю, особенно сейчас, во время пандемии, еще больше ощущается, что тот период был периодом свободы. Сейчас все запрещено, нельзя ходить в клубы, нужно постоянно думать о своей безопасности, так что это как возвращение в рай

Хотя на самом деле 80-е никаким раем не были, нам тогда на самом деле казалось, что раньше было лучше.

Но, я думаю, этим страдают все поколения.

— Сейчас в целом модно ностальгировать по прошлому, особенно по 80-м. Как вы думаете, почему?

— Если честно, я не знаю. Для меня нет никакого романтического флера в 80-х. Это было непростое время для меня. Музыка часто оставляла желать лучшего, так же как и мода. Мое поколение больше ностальгировало по 60-м и 70-м. А сейчас люди любят 80-е. Мне кажется, Вуди Аллен очень остроумно рассказал об этом в фильме "Полночь в Париже" — каждое поколение не ценит свое время и скучает по прошлому. Раньше было лучше.

На эту тему

— Во время пандемии людей особенно тянет поностальгировать, и, мне кажется, "Лето’85" получилось идеальным летним фильмом для внутреннего эскапизма.

— Действительно так. Когда я прочитал книгу, я понял, насколько любовная история в ней универсальна. Вам не важен пол героев — это могут быть мальчики или девочки. Главное, что это красивый роман между двумя людьми. Я думаю, мне настолько полюбилась эта книга как раз потому, что в те времена редко можно было прочитать историю про парней. Хотя в целом сексуальность не является центральной темой книги. Это история о концепции любви, она универсальна, и каждый может идентифицировать себя с героями.

— При этом это не просто роман, но и триллер. С самого начала в фильме нам намекают, что отношения молодых людей ничем хорошим не заканчиваются. По-вашему, не бывает романа без разоблачения, и мы всегда что-то скрываем друг от друга?

— В книге это есть — некая загадка. Мы точно не знаем, что произошло с Алексом, и мы узнаем об этом шаг за шагом. Я решил оставить это в фильме.

Для меня было важно сохранять саспенс, дать зрителям пищу для размышления, представить свой собственный фильм

—  Но это характерно не только для "Лета’85", а для многих ваших картин — любовники всегда не те, кем кажутся. То есть в каждом романе есть элемент триллера?

— Здесь нет какого-то единого правила. Я думаю, что каждый роман отличается друг от друга. В данном случае это история разочарования для Алекса. Молодые люди любят мечтать о чем-то большом и волшебном, но потом понимают, что реальность совсем другая. И так происходит с Алексом.

— В фильме много песен из 80-х, в том числе легендарные The Cure. Вы сами подбирали музыку?

— Я хотел передать атмосферу 80-х. В то время я был большим фанатом The Cure, для меня было важно включить в фильм песню In between days. Вообще, изначально фильм назывался "Лето’84", и, когда мы попросили у The Cure права на песню, группа нам сказала, что они не могут нам дать права на нее, потому что она была выпущена в 85-м году. Я решил поменять название фильма, так как мне было очень важно включить ее в саундтрек. Тогда они согласились.

— Я бы сделала то же самое ради The Cure. Но главная песня фильма в исполнении Рода Стюарта, важная для отношений Алекса и Давида, совершенно иная по звучанию. Почему вы выбрали именно ее?

На эту тему

— Эта песня из 70-х, не 80-х. Мы решили, что это будет любимая песня отца Давида, который умер. Именно ее Давид включает Алексу на дискотеке. Это как бы послание от его отца. Мне кажется, эта песня идеально подошла под характер истории, особенно для кульминационной сцены в конце.

— Оба актера, Феликс Лефевр и Бенжамен Вуазен, очень молодые. С ними тяжелее работать, чем с опытными актерами?

— Они очень хорошие актеры, и у нас был долгий период подготовки к съемкам. Мы много читали, репетировали, так что они были полностью готовы к съемкам. Но, когда я работал с ними, я понял, насколько я постарел, потому что у них гораздо больше энергии, чем у меня. И иногда я от этого уставал, но в целом мне очень понравилось работать с ними.

— Как вы думаете, пандемия как-то повлияет на строптивые французские кинотеатры, которые очень не любят стриминговые сервисы. Может, учитывая обстоятельства, они как-то смягчатся и поменяют свою политику?

— Меня очень пугает ситуация с кинотеатрами, которые вынуждены выживать в условиях пандемии. Во Франции фильм все-таки выпустили в прокат, и какое-то количество зрителей его увидели, но отсутствие американских блокбастеров плохо сказывается на рынке.

Мне страшно, что молодое поколение потеряет привычку ходить в кино, как мы. Они привыкли смотреть фильмы онлайн на телефоне или компьютере, и это грустно

Для меня единственный способ открывать для себя кино или творчество какого-то определенного режиссера — на большом экране. Так что мне кажется, что все, что происходит сейчас, негативно скажется на кинотеатрах. Коронавирус никак не помогает в их борьбе. Я надеюсь, что все-таки у нас сохранится возможность ходить в кинотеатры, чтобы открывать для себя новые фильмы.

Беседовала Тома Ходова

Франсуа Озон: Французское кино поживает плохо

— Ты всю жизнь снимаешь фильмы о женщинах. Поэтому неизбежно я должна у тебя спросить, что ты думаешь про #MeToo, или, как это движение называется во Франции, #BalanceTonPorc?

— Я думаю, что мне не нравится французский вариант названия движения — «сдай свою свинью»Или «усмири свою свинью». Вы же знаете историю Франции: оккупация, коллаборационизм и так далее — слово «сдай» нагружено исторически такими коннотациями, что вообще должно исчезнуть из лексикона. Это неприличное слово. Далее. Насилие — неотъемлемая часть революции: без насилия систему не сломать. Естественно, я поддерживаю борьбу женщин за равноправие, и я рад, что многие мужчины как бы очнулись и задумались: а корректно ли мое поведение etc.

Во Франции чувствуется — произошли перемены в сознании сильного пола. Ревизионизм налицо. Мы славимся своей любовью рубить головы. Чуть что — на плаху. Но не забывай, «Вайнштейнгейт» во Франции не случился: в индустрии, да и не только, полным-полно мужчин, которые безобразно себя вели и ведут в отношении женщин. И все молчат.

— Ты сейчас про Люка Бессона?

— Например. Посмотрим, чем закончатся последние обвинения (смеется). Помнишь историю с Домиником Стросс-Каном? Ну так вот, месье и похлеще Стросс-Кана во французском кино десятки. Конечно, во Франции долгое время была популярна идея либертинажаНигилистическая философия XVII–XVIII веков, отрицавшая общественную мораль и выступавшая за гедонистические, плотские удовольствия.

Плотские утехи, даже в самой извращенной форме, негласно приветствовались. Наши президенты всю жизнь ходят налево. Наша культура на всех уровнях пронизана сексом. Но ситуация плавно начала меняться.

Лично мое мнение такое: всегда ли мужчины доминируют и используют женщин? Не знаю.

— А что ты думаешь про антипорнографический феминизм и страстную борьбу его представительниц с объективацией женщины? Кажется, у тебя было много проблем с феминистками после фильма «Молода и прекрасна».

— Слушай, я считаю, что кинематограф — это искусство эротизации. Почти всегда я делаю своих персонажей желанными. Зритель неизбежно вожделеет людей на экране. Не только женщин, но и мужчин. Кстати, если тебя кто-то вожделеет, это совсем не значит, что ты становишься объектом или жертвой доминантного самца. Если женщина красива, гламурна, желанна, это не значит, что она пассивна. В моих фильмах женщины всегда восхитительно прекрасны, но у них всегда очень сильный характер, и они сами полны самых разных желаний.

— В книге Андрея Плахова есть такая фраза: «Озона недолюбливает кинематографический истеблишмент». Ты, как пел Клод Франсуа, — mal

aimeС французского — «нелюбимый». Почему?

— Это упрощение, но я понимаю, о чем ты. Вот именно, что меня не любит истеблишмент, а не публика. Например, журнал Cahiers du cinéma никогда не упустит случая позлословить в мой адрес. Но опять же. Кто сейчас читает Cahiers, горстка сектантов?

Основная претензия ко мне звучит так: Озон — стилист, скачет от жанра к жанру, поверхностный режиссер. У людей стресс потому, что они никогда не знают, каким окажется мой новый фильм. Они теряются между «8 женщинами», «Под песком» или «Двойным любовником». Трудно присобачить этикетку. А мне просто скучно талдычить одно и то же годами.

«У меня нет никаких счетов с католической церковью» — Статьи на КиноПоиске

Французский режиссер — о своем новом фильме «По воле божьей», смене стилистики и французском менталитете.

В прокат выходит «По воле божьей» — игровая инсценировка реальных событий вокруг лионского священника Бернара Прейна, обвиненного в сексуальном насилии над мальчиками. Фильм почти буквально, не меняя имен церковных деятелей, рассказывает об объединении выросших жертв священника и их многолетних попытках добиться отстранения насильника от службы. Подробнее об этой нетипичной для Озона картине читайте тут.

— Почему вы решили снять «По воле божьей»? Совсем нетипичный для вас сюжет, к тому же основанный на реальных событиях...

— У меня нет никаких счетов с католической церковью, если вы об этом. Я был воспитан в католицизме, как и почти все люди моего поколения. Вообще, я сейчас подумал, это очень странно: Франция — светское государство, основой национальной идентичности, если уж попробовать ее сформулировать, является закон 1905 года о разделении церкви и государства. И в то же время на каком-то бессознательном уровне Франция — не как социум, а как организм — глубоко религиозна. Французскому характеру свойственен религиозный пафос, с которым мы относимся ко многим совершенно светским вещам и явлениям. Триада «свобода, равенство, братство» должна была по идее заменить Троицу: если Бог и умер, то справедливость выжила и приняла формы гражданской ответственности. Но в реальности все это уживается в головах. Именно поэтому, кстати, у нас плохо работает мультикультурализм. Хуже, чем, допустим, в Великобритании.

— Так что вас все-таки толкнуло на этот шаг?

— Ой, ну что-что? Я всю жизнь снимал про сильных женщин и подумал: а неплохо было бы снять и про сильных мужчин. Чтобы не топтаться на одном месте и не повторять пройденное. Начал искать материал и совершенно случайно наткнулся в сети на эту организацию «Освобожденное слово», которая борется с католическими священниками, уличенными в педофилии. Сперва я думал ограничиться документалкой, но быстро понял, что не смогу сказать ничего оригинального по этому поводу. Ведь тему уже раскрыли в прессе. Не хотелось и лишний раз мучить фигурантов: они и так жертвы, а из-за всего этого ажиотажа жертвы вдвойне. Вот и стал размышлять над переносом голых фактов в поле художественной трактовки.

— Тем не менее ваш фильм кажется в первую очередь настоящим журналистским расследованием, таким лонгридом для Vanity Fair.

— А почему нет, собственно? Хотя лонгрид — это как раз «В центре внимания», про который мне только ленивый во всех интервью не напомнил. Я обожаю американское кино, знаете, то самое, олдскульное, правильное, в котором все функционирует безупречно до последнего винтика — и слезы, и улыбки. И часто пытался ему подражать. Но «По воле божьей» — другая история. В ней вообще нет саспенса. Это история не про «доказали/наказали», особенно учитывая, что реальный судебный процесс только стартовал, а про страну, состояние умов. Мы сейчас находимся в каком-то переломном моменте, и прежде всего «По воле божьей» — фильм антисистемный. Когда шли съемки, никаких «желтых жилетов» еще не было, но в воздухе пахло грозой. Ну а что тут удивительного, с другой стороны? Выборы 2017 года (президентские, на которых победил якобы антисистемный кандидат Эммануэль Макрон. — Прим. ред.) уже показали, что старым порядкам больше не бывать.

— Раз уж вы сами заговорили про «желтые жилеты»... Их главная претензия к власти — все увеличивающееся классовое расслоение. Один из самых популярных слоганов на парижских улицах, например, «наследство — это воровство». В вашем фильме классовым различиям между героями уделено очень много внимания, то есть где-то вы солидарны с протестующими?

— Солидарность — хорошее слово, но не из лексикона 2019 года. Ведь солидаризируясь с кем-то, ты автоматически сразу же выступаешь против кого-то другого. Возвращаясь к вашему вопросу: да, разумеется, классовая система никуда не делась. И не денется. Однако стоит продолжать с ней бороться, если хочешь и можешь. То есть лезть на баррикады не обязательно, но желательно. Вот, например, мой приятель Фабрис Лукини часто говорит, что я правых взглядов, потому что слишком ленив.

— Один из ключевых моментов фильма — диалог между кардиналом Барбареном и героем Мельвиля Пупо, в котором ставится знак равенства между педофилией и гомосексуальностью. Ужасное заблуждение...

— Да, это очень важный момент, который мне казалось принципиально обозначить. Даже не момент, а целый пласт проблем. Вы, наверное, знаете, что сейчас выйдет «Содома» — журналистское расследование о гомосексуалах в Ватикане, приуроченное к съезду духовенства или коллоквиуму — не знаю, как правильно, — посвященному всем этим скандалам о растлении детей. И хоть цель у автора книги обратная (он сам гомосексуал), выглядит это все маркетинговой спекуляцией и в очередной раз запутает публику, утвердит ее в предубеждениях.

«Почему люди считают, что от них требуется понимать всё?» — Новости на Фильм Про

Многие критики уже объявили фильм «В доме» лучшим достижением Франсуа Озона. В Торонто жюри ФИПРЕССИ присудило ему свой приз, фестиваль в Сан-Себастьяне присудил Озону главный приз и, отдельно, приз за сценарий. Российским зрителям ещё предстоит оценить эту картину, а пока Сергей Сычёв беседует с Франсуа Озоном в эксклюзивном интервью о фильме «В доме» и проблемах, затронутых в нём.

Франсуа Озон: «Почему люди считают, что от них требуется понимать всё?»

Сергей Сычёв

Вы поставили фильм по пьесе Хуана Майорги «Мальчик с последней парты». У нас в России она не издавалась, поэтому хотелось бы узнать, много ли в фильме от оригинала?

Франсуа Озон

Они сильно отличаются друг от друга. Хотя бы потому, что пьеса писалась испанцем для испанцев, а мне пришлось перенести действие во Францию. Наши культуры очень разнятся. Я решил взять из пьесы то, что понравилось именно мне. Поэтому я заимствовал оттуда ряд событий и диалогов и проинтерпретировал их так, чтобы это стало моим личным высказыванием. Между прочим, я существенно изменил финал пьесы. В финале пьесы, когда профессор обнаруживает последнюю выходку мальчика, он решает окончательно прервать с ним всякие отношения. А мне было важнее, чтобы эти отношения вышли на новый уровень.


Драматург Хуан Майорга - профессор драматургии и философии в Королевской школе драматических искусств в Мадриде. Помимо прочего, специалист по русской литературе, автор ряда пьес по русским произведениям


Сергей Сычёв

Пьеса тоже была настолько композиционно сложной?

Франсуа Озон

Она содержала в себе известную сложность, но я её чуть сгустил для фильма. Неужели у вас эту пьесу не знают?

Сергей Сычёв

Пока нет. На главную роль, одарённого подростка, вы взяли совсем молодого и неопытного Эрнста Умоера. Вы ведь понимали, что это риск?

Франсуа Озон

Между прочим, у него русское лицо, вы не находите? Мне нужен был мальчик 16 лет, но я столкнулся с тем, что мальчики этого возраста выглядят совсем детьми. Они никак не могли бы сыграть то, что требовалось. Тогда я решил открыть кастинг для ребят постарше. И когда я увидел фотографию юноши, который и оказался Эрнстом, я выяснил, что ему 21. Меня тогда поразили его глаза. У него очень сильный взгляд. Мне как раз такой сильный, глубокий взгляд был необходим для фильма. Потому что это фильм о вуайеризме, подглядывании. Поэтому взгляд героя должен был быть завораживающим. В общем, я встретился с Эрнстом, мы поговорили и стали работать. Работали много, постоянно читали вместе сценарий. Я думаю, что уже тот факт, что он работал с Фабрисом Лукини, Эмманюэль Сенье и Кристин Скотт Томас, обязывал его играть хорошо и держаться наравне с ними. Когда вокруг тебя хорошие актёры, ты тоже должен быть хорошим актёром.

Сергей Сычёв

В фильме есть сцены, где, например, ему нужно целовать женщину, которая намного старше его. Трудно было снять такое?

Франсуа Озон

Это совсем не проблема. Они же актёры, и должны делать то, что им говорят. Это же игра, а не реальность. Актёры пытаются сыграть свою роль, и вместе мы запутываем зрителя, чтобы он не знал, происходит ли всё наяву или в воображении персонажей.


Фрагмент самого известного в России фильма Франсуа Озона "8 женщин"

Сергей Сычёв

В последнее время вообще часто можно увидеть фильмы о странной взаимосвязи вымышленного и реального. Как считаете, почему вдруг все об этом задумались?

Франсуа Озон

Лично для меня этот вопрос всю жизнь был важным. В своих фильмах я постоянно играю с реальностью и воображением. Интересно ведь снять сон или мечту так, как будто это всё на самом деле происходит. И наоборот – реальность может казаться сном. Я думаю, что всё наше общество уже давно потеряло понимание того, что происходит по-настоящему, а что – только кажется настоящим. Убийства, которые совершают подростки, заигравшиеся в компьютерные боевики, - это лишь частный случай. Наверно, люди уже просто не понимают, что считать реальностью.


Эрнст Умоер и тот самый взгляд, за который Озон взял его в фильм «В доме»

Сергей Сычёв

Но теперь выдуманные персонажи начинают вторгаться в жизнь самого автора…

Франсуа Озон

Я очень хотел показать, насколько люди нуждаются в выдумке. Вот почему они с такой жадностью читают книги, смотрят фильмы. Мы все пытаемся сбежать из нашей действительности. Но в этом есть опасность. Вы, как мои персонажи, можете слишком далеко зайти в этот вымышленный мир. Он настолько восхитителен, что вы потеряете способность различения. Вы смотрите на юного героя и понимаете, что он настолько заигрался, что способен переубивать всех вокруг себя. Но это только потенциальная возможность. Главная героиня остаётся в реальном мире, в то время как мужчины выбирают фантазию. Я, скорее, похож на них, потому что я с помощью кино убегаю от реальности – чтобы выжить. Она слишком грустна, и от неё нужно скрываться в кино и литературе.

Сергей Сычёв

Жена главного героя говорит, что она ненавидит скучную русскую литературу. А сам герой, учитель, обожает Достоевского. Это какой-то культурный код, который нам, русским, непонятен?

Франсуа Озон

Всё гораздо проще. Мне нужно было показать насколько разные люди муж и жена. Жена разделяет обыденную и распространённую точку зрения, что русская литература слишком громоздка, многословна и мрачна. Я лично так не считаю и русскую литературу люблю. Но фильм я специально насытил такими провокационными высказываниями о культуре. Мне казалось, что будет забавно, если мнения будут такими разными.


Озон не был бы Озоном, если бы не разыграл гомосексуальную карту в своей картине


Сергей Сычёв

Значит, любить русскую литературу или нет – в каком-то смысле, вопрос статуса для интеллектуала?

Франсуа Озон

Да как сказать… Все, в общем, на Западе любят и уважают русскую литературу, но это не имеет значения, потому что всё равно люди перестали читать. Вот, что плохо. Моё поколение ещё может что-то сказать о той же русской литературе, но те, кто помоложе, скорее будут играть на компьютере или смотреть телевизор. Очень жаль, потому что в мире есть очень хорошие книги.

Сергей Сычёв

К счастью, хорошие фильмы тоже есть.

Франсуа Озон

Да, это, конечно, тоже важно.

Сергей Сычёв

Вы из фильма в фильм говорите о кризисе семьи как института. Что происходит с семьей?

Франсуа Озон

Видите ли, семья – это точная модель всего общества. Когда я был моложе, мне казалось важным уничтожить саму идею семьи. Я был молод, и я был революционер. Теперь, с возрастом, я понимаю, что семья всё-таки важна. Но в ней могут быть очень сложные взаимоотношения, приводящие даже к насилию. Идея семьи всегда несёт в себе вдохновение, потому что тебе всегда есть, что сказать о том, что может в этой семье происходить. В этом фильме мы наблюдаем, как сначала юноша Клод очень иронично относится к семье, в которую он попал. Но потом мы понимаем, как сильно он хотел бы стать частью этой семьи. Мы потом узнаём, что у него семьи, в привычном смысле слова, нет вообще. Я уверен, что все подростки мечтают об идеальной семье. Дети вообще, по своей природе, очень консервативны и поэтому согласны только на прекрасную семью – иначе это не имеет смысла. В итоге мы понимаем, что Клод как раз искал такую семью, но она оказалась настолько сильной, что смогла отторгнуть его.


Трейлер фильма «В доме»

Сергей Сычёв

Многие жаловались, что не поняли, что происходит в фильме. Вас это не беспокоит?


Франсуа Озон

Почему это меня вообще должно беспокоить? И почему люди считают, что от них требуется понимать всё, что им показывают? Всё, что они должны делать, - следовать за мыслью автора и как-то реагировать. Вам же не обязательно понимать вашу жизнь, достаточно просто принять её! Чувствовать вообще важнее, чем понимать. Мне это как раз нравится в кино. Я не хочу сидеть, как на уроке. Я хочу видеть, как жизнь с экрана задаёт мне вопросы. Я – режиссёр, и я не знаю ответов, мне неведомы разгадки тайн жизни и любви. Но у меня есть несколько вопросов, а вам уже самим придётся делать выбор и искать ответы. Проблем со зрителями у меня нет. Мой фильм показали на целом ряде крупных фестивалей, он получил ряд наград, его купили многие страны. Конечно, это не американский блокбастер, но люди иногда устают от простого кино и хотят чего-нибудь более необычного. Всегда есть те, кто не хочет смотреть такое кино, как у меня, но, если честно, мне до этого дела нет.

«Жизнь в конце концов оказывается менее интересной, чем сам процесс съёмок» — Новости на Фильм Про

В 20 городах России прошёл фестиваль французского кино. Организован он был в киносети «Синема парк» и «Формула кино» при поддержке киноканала CINEMA, нового канала в системе цифрового телевидения ВГТРК и Ростелекома. Одной из самых ярких премьер этого фестиваля стал «Двуличный любовник» Франсуа Озона. Мастер — в нашей студии.

Иван Кудрявцев

Франсуа, здравствуйте. Мы очень рады приветствовать вас в Москве, и первым делом хотелось бы спросить, насколько тёплым показался вам приём?

Франсуа Озон

Добрый день, большое спасибо, что принимаете меня сегодня. К сожалению, ещё не знаю о том, какая реакция у российской публики на мой фильм. Но мне известно, что русские очень интересуются французским кино. Сегодня я представил свой фильм и сейчас как раз идёт показ, а после него я пойду общаться с публикой и вот тогда уже точно смогу сказать, что российские зрители думают об этом. Это, конечно, довольно сложный фильм. Психо-эротический триллер — довольно сложный жанр. Но посмотрим…


Иван Кудрявцев

Сколько городов в вашем международном промо-турне? И насколько значима для вас Москва как точка прибытия?

Франсуа Озон

Мой фильм был представлен на Каннском фестивале — это, конечно, прекрасно, потому что позволяет продать фильм сразу во многие страны мира. Так, его купили для показа в Польше и Испании, после презентации в России повезём картину в Германию и Англию. Но я в первую очередь режиссёр, моя работа — делать кино, поэтому после показа в Москве я возвращаюсь в Париж, чтобы работать над своим новым фильмом.


Иван Кудрявцев

Если это не секрет, несколько слов о новом проекте. Что за история вас вдохновила?

Франсуа Озон

Это довольно сложный для меня проект, потому что обычно, создавая фильм, я отталкиваюсь от литературного произведения, театральной пьесы или какой-то оригинальной идеи. Здесь же в основу положены реальные события. Кроме того, в отличие от предыдущих фильмов, в центре сюжета — персонажи-мужчины. Как правило, я исследую женщин. Так что это двойной вызов для меня.


Сюжет программы «Индустрия кино»

Иван Кудрявцев

По тому, насколько часто выходят ваши фильмы, и все они вызывают неподдельный интерес у аудитории, честно говоря, мне, как зрителю, вы очень напоминаете Вуди Аллена. По своей плодовитости, по тому, насколько часто вы выпускаете картины. Это сказывается ваш опыт (по такой скорости работы)? Или это просто удача? Или вы стараетесь сделать всё побыстрее, потому что вам так много хочется сказать миру?

Франсуа Озон

Секрет очень прост — дело в том, что я просто очень люблю снимать кино. И здесь я, конечно, нашёл себя — для меня это настоящая страсть. И когда занимаешься тем, что любишь, конечно, хочешь делать это больше и больше. Кроме того, я внимательно отношусь к продюсированию — не снимаю фильмы с невероятными бюджетами, поэтому остаюсь рентабельным, и это позволяет мне быть экономически выгодным для продюсеров. Таким образом, я могу каждый год продолжать делать то, что я люблю.


Иван Кудрявцев

На Венецианском фестивале мне посчастливилось пообщаться с вашим японским коллегой, Такеши Китано. Когда я его спросил, что заставляет его не останавливаться, он сравнил себя с акулой. Акула, если она остановится, начинает задыхаться, для неё движение — это жизнь. А как вы себя чувствуете, когда из-за каких-либо финансовых, организационных затруднений в вашем творчестве возникает пауза?

Франсуа Озон

Кажется, Франсуа Трюффо задавался таким вопросом: что же всё-таки интереснее — кино или жизнь? Конечно, когда снимаешь кино, ты на определённом отрезке времени переживаешь сильные эмоции, в этом смысле кино — это немного как наркотик, он действует опьяняюще, поэтому, когда возвращаешься к реальной жизни, ты немного разочарован. Действительно, можно сказать, что я, как и Такеши Китано, чувствую себя таким раненым зверем, потому что жизнь в конце концов оказывается менее интересной, чем сам процесс съёмок. Поэтому если бы я, конечно, мог, то снимал по два-три фильма в год.

Иван Кудрявцев

Как вам кажется, жизнь диктует нам кино или кино стало сегодня надиктовывать нам жизнь, предписывает нам определённые паттерны поведения? Не кажется ли вам, что сегодня люди, которые имеет дело с избытком аудиовизуальной информации, перестали вести себя естественно? Всё наше поведение соткано из шаблонов, взятых из фильмов?

Франсуа Озон

Вы задали, конечно, очень философский вопрос. Я режиссёр-синефил, и когда начал работать в жанре психо-эротического триллера, то, конечно, опирался на мэтров этого направления — Альфреда Хичкока, Брайана Де Пальму. Безусловно, в моём фильме есть отсылки к ним. Это — традиция, от которой никуда не уйти. При этом я провёл огромное исследование на тему того, кто такие близнецы — плоды этой работы в фильме тоже есть. Здесь подходы комбинируются. Вообще говоря, кино — это в некотором смысле искусство жить.
Трейлер фильма «Двуличный любовник»

Иван Кудрявцев

Как раз об этом хотел вас спросить. За любым хорошим фильмом всегда стоит какая-то хорошая история из реальной жизни. Если это не тайна, если это не секрет, расскажите, какая история стала для вас триггером для вашего вдохновения? Что вдохновило вас на создание этого фильма? Какое событие в жизни, быть может?

Франсуа Озон

Меня давно интересовала тема близнецов, поскольку у меня нет ни брата, ни сестры близнеца. Я очень много разговаривал с близнецами, задавал им разные вопросы — об их отношениях друг с другом, об их сексуальности. А потом, в какой-то момент, я обнаружил роман американской писательницы Джойс Кэрол Оутс. Её книга как раз легла в основу моего фильма. В ней рассказывается о молодой девушке, которая разрывается между двумя братьями-близнецами — они такие же разные, как два моих героя. Я подумал, что для такого материала подойдёт жанр триллера. Это дало мне возможность строить интересную мизансцену, где я мог «играть» зеркалами в кадре. Мне давно хотелось что-нибудь такое попробовать.


Иван Кудрявцев

Вы часто говорите слово «играть», когда отвечаете на вопросы. И игра — это то, что вас отличает. Вы в своей игре с жанрами очень напоминаете ребёнка — вы очень увлечены этой игрой, и часто меняете жанры своих фильмов. При этом ваш взгляд на художественную правду ясен и не замутнён, как у настоящего ребёнка. В самом высоком смысле этого слова. Есть ли жанр, с которым вам не терпится поиграть? Вы пока не разрешаете себе за него взяться, но вам не терпится?

Франсуа Озон

На самом деле, меня интересует не столько жанр, сколько сама история и какая-то тема, которая меня цепляет. И дальше я просто нахожу форму, в которой мне бы хотелось рассказать эту историю. Жанр может быть каким угодно. Для чего-то подходит комедия, для чего-то — триллер, для чего-то больше подходит хроника. Но это всё — второстепенная вещь, в первую очередь мне хочется рассказать зрителю историю — точно так же как мои родители рассказывали мне сказки перед сном.


Иван Кудрявцев

То есть никаких табу Франсуа Озон себе не назначил в палитре жанров, существующих в кино? Табу нет для вас и однажды — есть шанс — мы вдруг можем увидеть хоррор от Франсуа Озона?

Франсуа Озон

Надо сказать, что некоторые черты фильма ужасов есть и в этом фильме. Здесь я как раз смешиваю и фильм ужасов, и триллер, и какие-то эротические моменты, есть очень много комических моментов. Смысл как раз в том, что я играю с ожиданиями и с желанием зрителя, как бы его провоцируя. Но в действительности я никогда не говорил себе «дай-ка я вестерн сниму или научпоп», но посмотрим, может быть, однажды я найду какую-то историю, которой именно этот жанр будет подходить.


Трейлер фильма «Двуличный любовник»

Иван Кудрявцев

Мы с большим азартом, здесь в России, наблюдаем за успехами французских кинематографистов в мире. Наши власти, наше правительство задумывается о том, чтобы применить некоторые элементы французской модели поддержки кинематографа. Например, попробовать сделать так, чтобы голливудские, иностранные фильмы работали на развитие нашей национальной кинематографии. Я бы хотел спросить вас вот о чём. Если представить себе, как французы продвигают своё кино на мировом рынке в виде урока, то как бы звучал этот урок, как бы выглядел, на ваш взгляд?

Франсуа Озон

Это очень интересный вопрос. Действительно, кино — это одновременно искусство и целая индустрия. Во Франции был знаменитый министр культуры эпохи Де Голля — Андре Мальро — который организовал национальный центр кинематографа. Он придумал систему, при которой процент от каждого проданного билета уходит в Центр для того, чтобы поддержать дистрибуцию французских фильмов. Конечно, в России, была своя система государственной поддержки фильмов — об этом тоже нельзя забывать. Хотя она и была связана с идеологией коммунизма. Безусловно, мы во Франции, наверное, сейчас единственные, кто противостоит гегемонии американского кино. У нас 40% зрителей идут смотреть именно французские фильмы. Поэтому я думаю, очень важно в каждой стране — в России в том числе — задаваться этим вопросом: как поддерживать локальный кинематограф. Кроме того, добавлю, что я-то, конечно, синефил, и мне очень грустно от того, что во Франции я вижу очень мало русского кино, такое ощущение, что российское кино мало ездит за границу, и это очень жаль, потому что кино — это отражение некоторой реальности страны. Здесь, конечно, есть ощущение, что в России существует цензура, очень мало свободы, и российские режиссёры не могут самовыражаться в полную силу. Это, конечно, очень плохо, нужно давать настоящим художникам возможность высказаться.


Иван Кудрявцев

Если мы представим себе французский кинофестиваль, Каннский кинофестиваль, — это такие мировые Олимпийские игры кинематографа. Самый крутой фестиваль из существующих на сегодняшний день. На Олимпийских играх коррупция запрещена, допинг запрещён. Французские организаторы этого фестиваля не могут позволить себе, например, чтобы фильмы Франсуа Озона показывались в большом зале, а остальные — в маленьком. Они не могут позвонить членам жюри и сказать: «Это французский фестиваль. Сделай так, как мы тебя просим. Дай приз Франсуа Озону». Это честное соревнование. Это fair play, но, тем не менее, чувствуете ли вы, что Франция как страна, как экономика, как индустрия помогает Франсуа Озону оставаться настоящим международным брендом?

Франсуа Озон

Я экономически выгодный режиссёр для французской экономики, потому что, как я уже говорил, я не делаю высокобюджетные фильмы. Потом в моей карьере, конечно, был период, когда я получал огромное количество заявок из США — мне присылали сценарии, меня звали в Америку, и в какой-то момент я понял, что там совершенно другая манера работать с кинематографом. Если во Франции главный всё-таки режиссёр, то в Америке главный продюсер. Финальный монтаж в Америке принадлежит продюсеру, а во Франции за него отвечает всё-таки режиссёр. Когда я понял, что Франция, с одной стороны, — страна, где есть деньги, хорошие актёры, американские актёры готовы приехать и тут поработать, это страна, где кино любят и смотрят, это страна, которая даёт режиссёрам возможность выражаться и делать то, что им хочется. Поэтому я решил остаться работать во Франции.


Иван Кудрявцев

Подытоживая наше интервью. Сегодня часто звучат гипотезы, что телевидение – многосерийный продукт, который распространяется уже не в кинотеатрах, а в домах людей при помощи цифровой дистрибуции, что этот большой, многосерийный, сложносочинённый продукт — такой, как сериалы — убьёт настоящее полнометражное кино. И что ещё тревожнее, может убить саму традицию похода в кино. Вы причисляете себя к тем, кто спокоен за будущее кинотеатрального показа? Или вам тоже тревожно?

Франсуа Озон

Меня очень волнует этот вопрос. Мне кажется, всегда будет публика, которая будет хотеть собраться в кинозале и вместе разделить эмоцию в течение полутора или двух часов. Я сам очень люблю сериалы, довольно много их смотрю. Но думаю, что сериалы — это всё-таки попытка разбавить историю. Кинематограф для режиссёра в некотором смысле интереснее: ему нужно быть максимально убедительным в этом коротком, полуторачасовом формате. Мне кажется, популярность сериалов в США вызвана как раз тем, что сериалы позволяют в американском кинематографе гораздо больше свободы, потому что полуторачасовое кино должно быть блокбастером, экшен — обязательное условие. И поэтому самое интересное, что сейчас происходит в американской индустрии — это сериалы.


Иван Кудрявцев

И совсем короткий вопрос. Кстати, вы, как зритель, сколько раз в месяц покупаете билеты и ходите в кино?

Франсуа Озон

Где-то 6-8 раз в месяц я хожу в кино.

Иван Кудрявцев

Всем нужно брать пример с Франсуа Озона! Большое вам спасибо. Франсуа Озон — гость «Индустрии кино». Его фильм «Двуличный любовник» выходит в прокат 19 октября.

Франсуа Озон

Спасибо (по-русски).

Иван Кудрявцев

Спасибо.

Франсуа Озон: «Я, безусловно, феминист»

Вам принадлежит фраза: «Когда я был моложе, я был революционером и мне казалось важным уничтожить саму идею семьи, но сейчас я осознал ее важность». Как вы думаете, а к какой революции стремятся современные молодые режиссеры? И за кем из них вы следите?

Ну и вопрос! (смеется) В России всегда нужно говорить про революцию!

Говорим, чтобы не делать!

(смеется) Когда я только начинал снимать, мои первые фильмы были, наверное, выражением какой-то внутренней жестокости, агрессии и попытки выплеснуть эмоции, невзирая на последствия. Но чем дальше я снимал, тем чаще люди вокруг говорили: «Вот, Франсуа успокоился, стал взрослым, начал делать серьезное кино». И, конечно, апогеем этого развития стал фильм «Франц». Он очень спокойный, и все мне после него говорили: «Ну, наконец-то, теперь все ровно и вписывается в какие-то конвенциональные рамки». Но это совершенно не так. Я до сих пор чувствую в себе эту потребность в революции. Меня часто называли enfant terrible, и я до сих пор им и остаюсь. И, наверное, мой новый фильм «Двуличный любовник» снят немножко в пику «Францу» и как раз воплощает мою инаковость, потому что этот фильм очень провокационный.

Кстати о «Франце», там есть пронзительная сцена, в которой немцы поют «Марсельезу» — и делают это совершенно иначе, нежели французы. Какие цели вы преследовали, добавляя в фильм этот эпизод?

В этом фильме мне было очень важно проговорить свои мысли про национализм, потому что, в общем-то, две мировые войны так или иначе вышли из франко-немецкого конфликта. Поэтому мне хотелось показать именно внутренний национализм каждой стороны — и у немцев, и у французов.

Я к чему спросил. «Франц» отличается от остальных ваших картин не только целомудрием и черно-белым изображением, но еще и тем, что это в каком-то смысле политический комментарий. Вас тревожат вещи, которые происходят в Европе? Вы собираетесь исследовать их с помощью кино?

Мне не очень интересно говорить о том, что происходит сейчас, потому что, как мне кажется, работа художника — это все-таки помещать факты в некоторой перспективе, рассматривать их с дистанции. Когда я снимал «Франца», мне было интересно взять события 1919 года и сравнить их с тем, что происходит сейчас, посмотреть, есть ли между ними какая-то связь. Но анализировать реальность сегодняшнего дня — это, на мой взгляд, все-таки работа для вас, журналистов.

Вы однажды сказали, что вам сложнее выражать внутренний мир через персонажей-мужчин. Почему?

На самом деле это связано лично со мной, потому что я сам мужчина, и мне легче проецировать себя в персонажа-женщину. Кроме того, мужчины — это скорее люди действия, а женщины все-таки существуют в мире эмоций, поэтому мне легче изучать психологию людей через женские роли.

И Ромен Дюрис (в фильме «Новая подружка») и Жереми Ренье (в фильме «Двуличный любовник») в ваших фильмах играют сразу по две разные роли. У вас появилась какая-то методика — вызывать у актера раздвоение личности?

Надо сказать, что в фильме «Молода и прекрасна» у главной героини тоже раздвоение личности, потому что, с одной стороны, она примерная ученица, с другой — работает проституткой. Да и в «Двуличном любовнике» у героини Марины Вакт есть некоторые проблемы. На самом деле это не так сложно, как кажется, — заставлять актеров проживать двойную жизнь, потому что для них это сродни детской игре. То есть я предлагаю им как-будто поиграть в доктора или ковбоев и индейцев. Мне кажется, что актеры это обожают, потому что это позволяет им пережить в одном фильме вдвое больше страстей.

После фильма «Молода и прекрасна» вы говорили, что у Марины Вакт как у актрисы может быть все, чего она пожелает, но вы не уверены, что ей нужна звездная слава. Прошло четыре года — как она изменилась? Вам стали понятнее ее амбиции?

О, она очень изменилась. Надо сказать, что проект «Двуличный любовник» возник сразу после нашего первого фильма. Но в начале у меня даже не было никакой мысли о том, чтобы пригласить Марину, потому что она была совсем подростком, и у меня ассоциировалась только со своей ролью в фильме «Молода и прекрасна» (Озон говорит образно: Вакт было 22 года, когда вышел фильм «Молода и прекрасна»; сегодня ей 26. — Esquire). Но тогда получить права на экранизацию книги не удалось, и я переключился на другой проект и сделал фильм «Франц» (а между «Молода и прекрасна» и «Францем» Озон снял еще «Новую подружку». — Esquire). Но в прошлом году я наконец получил права и решил предложил эту роль Марине, потому что она действительно стала совсем другой. Превратилась в настоящую женщину, родила ребенка, как-то раскрылась и стала совершенно другим человеком. Поэтому я подумал, что именно она мне и нужна. Но при этом мы оба понимали, что ее ждет совершенно другая роль. В «Молода и прекрасна» я будто снимал о ней документальный фильм. Меня поразила ее непроницаемость как человека, и это сработало: ей особенно и не нужно было играть, потому что задачей камеры было запечатлеть тайну ее героини. А в новой картине у Марины действительно сложносочиненный герой, и это была очень сложная работа.

Франсуа Озон и Марина Вакт на премьере «Двуличного любовника» в Москве.

Двенадцать лет назад вы в одном из интервью назвали фильм «Бассейн» самым личным, потому что он отражает муки творчества сценариста. Но с тех пор прошло много времени и, например, вышел фильм «В доме» — аллегория отношений продюсера и режиссера. Так какой из ваших фильмов теперь считать самым личным?

Все мои фильмы — очень личные, просто некоторые из них больше говорят о профессии, в которой я нахожусь. Но в любом случае каждый фильм, который я делаю, каким-то образом отображает сторону моей личности. В одних фильмах это та часть меня, которая связана с работой, в других — та часть, которая принадлежит другим людям. Так что я вездесущ (смеется).

Во всех ваших фильмах понятия мужского и женского смешиваются. Как вы думаете, возможно ли, что однажды понятие «мужественность» и «женственность» станут атавизмами, устареют?

Вы правы, что я смешиваю мужское и женское, но я бы ни за что не хотел уничтожать мужское и женское как основы основ. Напротив, я бы хотел, чтобы мужское и женское сравнялись в своих значениях, чтобы культура достигла равного отображения обоих полов. И в этом смысле я, безусловно, феминист, потому что я за то, чтобы у женщин были равные зарплаты, чтобы у них были те же права, что и у мужчин. Конечно, ужасно то, что сейчас происходит в Голливуде с Харви Вайнштейном. Но, безусловно, я и за то, чтобы мужское и женское начало оставались двумя половинками единого целого.

Вопрос, который вам переадресовала Марина Вакт. В фильмах «Двуличный любовник» и «Молода и прекрасна» женщины находятся в поисках своей идентичности и собирают себя, как пазл, встречаясь с разными мужчинами. Это некая общая характеристика французской жизни или ваш личный взгляд?

Мне кажется, что все-таки дело в другом, потому что и в «Молода и прекрасна», и в «Двуличном любовнике» развязка происходит не через мужской, а через женский персонаж. В «Молода и прекрасна» — через героиню Шарлотты Рэмплинг, которая играет жену погибшего мужчины, клиента проститутки. А в новом фильме катарсис приходит через персонажа матери героини. Таким образом, главные героини обеих лент — женщины, которые пытаются найти решение своих трудностей через персонажей-мужчин. Но на самом деле их ключевая проблема заложена именно в материнском персонаже. Так что все эти сменяющие друг друга мужчины — это ложный путь.

Если брать за точку отсчета ваш первый фильм, который идет больше часа, — «Крысятник» — то вас можно поздравить с 20-летним юбилеем. В чем главные достижения и удачи режиссера Франсуа Озона за этот срок?

(смеется) Знаете, я совершенно не анализирую свое творчество, мне кажется, что это работа журналистов — находить сильные и слабые стороны. Я думаю скорее о будущем, о следующем фильме. И, конечно, мне просто приятно снимать фильмы, ведь то, что я делаю, становится достоянием публики, и перестает относиться ко мне. Мне, конечно, приятно видеть каких-нибудь детей или подростков, которые посмотрели картину «Восемь женщин» и которым понравилось.

Но в целом, каждый фильм был чем-то отдельным, чем-то очень важным, но время крадет это ощущение важности. Поэтому я думаю о будущем.

Вы однажды сказали американцам, что ни разу не видели «Касабланку»…

И до сих пор не посмотрел!

Можете напоследок и нам сказать какой-нибудь удивительный факт о Франсуа Озоне?

(смеется) Ох, русские, что бы вам такого сказать! Я посмотрел всего Тарковского — целиком!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

1. Два самых женских фильма Каннского фестиваля.

«Если мужчина плачет, то это совсем не плохо» — tele.ru

Знаменитый режиссер, продюсер и сценарист, любитель эротического кино и психологического триллера рассказал, почему он решил снять свой первый политический фильм.

Обычно Франсуа Озон любит пошутить и посмеяться. На 69-м Берлинале, прошедшем в феврале этого года, режиссер был серьезен и сосредоточен. За словом в карман не лез — он по-прежнему быстр в ответах. Но теперь они носили несколько иной характер. Ведь Озон впервые за свою карьеру снял фильм на социально-политическую тему. Новая работа мастера — «По воле божьей» — получила Гран-при жюри на этом престижном кинофестивале.
В основе сюжета — судебный процесс над священником-педофилом из Лиона Бернаром Прейна, начавшийся еще в 2016-м. Однако Озон сфокусировал камеру не на нем, а на его уже повзрослевших жертвах. Картина начинается с истории 40-летнего банкира Александра, который более 30 лет мучается воспоминаниями о сексуальных домогательствах кюре. Александр обращается за помощью к кардиналу и в результате узнает, что церковь не только знала о преступ­лениях, но и поощряла их.

Франсуа Озон на презентации фильма «8 женщин» (2002) с актрисами (слева направо): Людивин Санье, Катрин Денев, Виржини Ледуайен и Фирмин Ришар Фото: Gettyimages.ru
Просмотру кино предпочитаю книги

— Франсуа, как зародился замысел этого фильма?
— Вообще, у меня не было интереса снимать фильм на злободневную тему. Все получилось невольно. Многие из своих картин я снял о сильных женщинах. На этот раз мне захотелось обратить внимание на мужчин. Сегодняшние представители сильного пола стали чрезвычайно эмоциональными, они часто проявляют качества, присущие женщинам. Поэтому поначалу я решил назвать свой фильм «Плачущий мужчина». Кстати, я считаю, что если мужчина плачет, то это совсем не плохо! Я стал подыскивать сюжет и наткнулся на статью в интернете под названием «Снятие обета молчания». В ней приводились рассказы жертв сексуальных домогательств католического священника. Особенно впечатлила исповедь некоего Александра. Несмотря на все произошедшее, Александр продолжал пребывать в лоне церкви, был ревностным католиком. Я связался с ним. Он пришел на встречу с толстой папкой, в кото­рой были его письма духовенству — с ответами. Он сказал, что не собирается осуждать церковь, больше волнуется за детей, в том числе за своих сыновей, которые также являются членами католической общины Лиона. Я уловил политический подтекст этой истории, но отказываться от фильма было поздно. И не потому, что у меня не было других идей — у меня редко с этим бывают трудности. Главная проблема состояла в том, чтобы решить — стоит ли картина двух-трех лет жизни.
— И стоила она двух-трех лет вашей жизни?
— Я снял ее меньше чем за год. Хотелось успеть доделать до окончания судебного разбирательства. Пожалуй, бесчинства в лионской епархии — не очень характерная для меня тема. А если и вам она не очень близка, то вовсе не обязательно это смотреть. Как, впрочем, и другие мои ленты. (Смеется.) Я, например, никогда не смотрел «Касабланку» и не страдаю от этого. Просмотру чужих картин я предпочитаю чтение «чужих» книг. Люблю бродить по книжным магазинам. Это не только замечательное времяпровождение, но и возможность понаблюдать за другими. Устроишься поудобнее в букинистической лавке, прикроешь лицо фолиантом и подсматриваешь — что происходит вокруг. Для режиссера любая реальность может стать источником вдохновения. А тут еще окажется, что прикрываешь лицо, например, новым романом Гийома Мюссо (самый читаемый французский писатель современности. — Прим. «ТН»), тогда и сценарий выдумывать не нужно. Мюссо уже все за тебя написал! (Смеется).

С Людивин Санье на съемках триллера «Бассейн» (2003) Фото: Global Look Press
Жертвы были со мной откровенны

— Тема картины достаточно интимна во всех смыслах. Не боитесь, что ее выход примут в штыки? У вас были проблемы во время съемок?
— История непростая, но она имеет резонанс во Франции и широко обсуждается. Поэтому я взял на себя смелость не умалчивать настоящие имена священнослужителей. Интересно, что обвиненный в педофилии Бернар Прейна чистосердечно признался в том, что на протяжении 30 лет совершал преступные действия. Причем признание сделал намного раньше предъявленных ему обвинений и самого судебного процесса. Но тогда к нему никто не прислушался! Да, разумеется, были люди, которые противостояли съемкам фильма и его выходу на экран. Церковь давно уже стала мафиозной структурой. Но прямые угрозы и действия с ее стороны не остались бы без ответа, тем более что процесс над священником и кардиналом из Лиона гремел на всю страну. По понятным причинам, я никогда не пытался встретиться с этими людьми и тем более брать у них интервью. В этом не было никакого смысла. Также бесполезно было добиваться разрешения на съемки во Франции. Мы снимали в Бельгии и Люксембурге.
— Почему вы не предложили этот материал документалистам, которые сняли бы правдивый, насыщенный фактами фильм?
— Потому что у документалистов с их объективностью не получилось бы сделать художественное кино. А только в художественном кино можно вплотную приблизиться к преступнику и его жертве. На встречи с пострадавшими я приходил не с камерой, а с блокнотом и ручкой — делал лишь небольшие заметки. И люди были со мной откровенны. Им нужно было выговориться! Их привлекало, что режиссер художественных картин взволнован их судьбой. До этого им пришлось дать многочисленные интервью газетчикам и телевидению. Но я почувствовал, что жертвам был куда интереснее, куда нужнее жанр художественного кино. Структура ленты кажется несколько необычной, это своего рода компромисс между реальностью и вымыслом. В начале речь идет об Александре. Потом на смену ему является Франсуа, а затем и третий герой.

Кадр из фильма «По воле божьей» (2019). В роли Александра — Мельвиль Пупо (справа), в роли кардинала —
Франсуа Марторе Фото: Global Look Press
Лишь намеки и воспоминания…

— Сегодня Францию охватывают забастовки. Вы тоже пытаетесь быть нонконформистом — то есть идти в ногу со временем?
— Французы без этого не могут. В этом наша суть. Нас хлебом не корми, только дай публично выразить свой протест. А повод всегда найдется. И я, кстати, не считаю это таким уж плохим качеством. Лучше вовремя выпустить пар, чем держать его в себе и взорваться, как паровой котел.
— Большая часть ваших картин посвящена теме секса. И этот фильм не исключение. Только секс здесь приобретает уродливые, зловещие формы…
— Именно так. Радость любви — это то, во имя чего стоит жить, работать и каждый день просыпаться. Во Франции нет более популярной темы для разговоров, чем любовные отношения, причем как собственные, так и чужие — друзей, соседей и особенно политиков. В то время как американец живет на благо нации, француз живет во имя любви. И да, французы одержимы сексом! Я всегда считал, что через секс можно наилучшим образом познать человека — не только его тело, но и душу. Но секс без взаимности — преступление. Мне было важно это показать. Обратите внимание: во многих своих картинах я часто открыто показываю сексуальный акт. В этом фильме он лишь обозначен на уровне намеков, воспоминаний. Когда любишь секс и не являешься извращенцем, насилие над ребенком просто невозможно изобразить. Еще сложнее нормальному человеку понять, почему эти дети давали себя в обиду. Как получилось, что они поддались уговорам Прейна, не сбежали от него? Трудно понять, какую власть имеет над детьми взрослый, особенно если он представляет такое «божье» учреждение, как церковь.

С Мельвилем Пупо, рабочий момент съемок Фото: ©Mars films
Мои фильмы задают одни лишь вопросы

— Вы религиозный человек?
— Я им был. Мне довелось воспитываться в католической среде, о чем нисколько не жалею. Католицизм — часть культуры Франции. Ее искусства и просвещения. Но мне всегда казалось подозрительным, что церковь считает секс грехом. Уже подростком я почувствовал лицемерие клерикалов. И я оставил церковь в пользу раскрытия своей сексуальности.
— Когда вы показываете французскую буржуазию, создается впечатление, что церковь для них — это вроде частного клуба, куда ходят, чтобы оказаться среди влиятельных особ.
— Так и есть, особенно в таких консервативных и буржуазных городах, как Лион. Там, если хочешь занимать высокое положение и иметь приличный доход, ты просто обязан принадлежать церкви. При этом чем выше статус человека, тем менее чуток он к происходящему. И тем сильнее закрывает глаза на преступления епархии. Между тем католическая церковь — очень искусный институт. Она умеет собрать самую разнообразную паству, привлечь различные социальные слои. Но привилегиями она одаривает лишь избранных.
— Что вы чувствуете сейчас — после того, как сняли свою первую политическую картину?
— Я не снимаю политических картин. Политические картины предлагают решения, а мои фильмы задают одни лишь вопросы. Я отношу себя к режиссерам вопросов. Даже когда мой фильм уже снят, мне не всегда понятно, о чем он, собственно. (Смеется.) Нет, я никогда не смогу снимать политические ленты, для этого я слишком люб­лю кино, съемки, декорации, актеров. Я люблю работать с людьми и всегда даю им пространство для импровизации, интерпретации. Я всегда оставляю за ними право голоса.

Франсуа Озон

Родился: 15 ноября 1967 года в Париже
Семья: отец — Рене Озон; мать — Анн-Мари Озон; брат — Гийом; сестра — Жюли
Образование: Высшая национальная школа аудиовизуальных искусств La Femis
Карьера: снял более 40 короткометражных и полнометражных фильмов, среди которых: «Под песком», «8 женщин», «Бассейн», «В доме», «Новая подружка». Обладатель приза Teddy (2000), приза газеты Berliner Morgenpost (2002), приза «Золотая раковина» (2012), награды Европейской киноакадемии (2013), приза Себастьяна (2014)

Франсуа Озон: «Теперь у молодых людей нет запретов, которые были у старших актеров» | Франсуа Озон

Французский писатель-режиссер 52-летний Франсуа Озон известен своими потрясающими произведениями. Он снял свой первый полнометражный полнометражный фильм, Sitcom, в 1998 году, и его 19-й, Summer of 85 , историю любви о двух мальчиках-подростках из приморского городка в Нормандии, который выходит в Великобритании в этом месяце. Между тем, его разнообразные работы включают мюзикл 8 женщин , ретро-комедию Potiche , адаптацию Рут Ренделл Новая подруга и прошлогодний Милостью Божией .

Чем вы занимались летом 1985 года?
Что делал Я? Я думаю, что поехал в Испанию с другом - точно не помню, пришлось бы спросить у родителей. Фильм должен был называться Лето 84 . Я изменил название из-за Роберта Смита из The Cure. Я очень хотел использовать их песню In Between Days, и он сказал: «Извините, но она вышла в 1985 году». Я изменил название, и он дал нам песню. Для меня фильм действительно о 1984 году, потому что тогда мне было 16.

Это ваш 19-й фильм , но, судя по всему, это был почти ваш первый.
Я прочитал книгу Эйдана Чемберса « Танец на моей могиле » в 1985 году. Я подумал, если я когда-нибудь буду снимать фильмы, я бы хотел, чтобы это был мой первый полнометражный фильм. Фактически, я написал сценарий с другом, о котором совершенно забыл. На это у меня ушло 30 лет, но было приятно думать, что теперь я снова делаю первый фильм.

Это роман для молодых взрослых. В то время для подростков, особенно для геев, это было откровение, потому что сексуальность в нем никогда не была проблемой.В то время изображение гомосексуализма в кино - и в литературе - всегда было проблематичным, это всегда было связано с конфликтом, откровением, проступком, чувством вины. В книге этого не было, это была просто история любви. В течение многих лет я надеялся, что Гас Ван Сант, Роб Райнер или какой-нибудь другой американский режиссер адаптируют его, но никто никогда не делал этого.

У вас есть два потрясающих молодых актера, Феликс Лефевр и Бенджамин Вуазен. Как вы их выбрали и как добились таких раскованных выступлений?
Искал химию - хотел, чтобы люди хотели видеть их вместе.В моих предыдущих фильмах у меня было много проблем, когда актеры говорили: «Я не могу играть роль гея». На этот раз я сказал: «У вас есть проблемы с поцелуями с мальчиком?», И они сказали «нет». Молодые люди теперь обладают большой подвижностью, у них нет запретов, которые были у старших актеров. Может быть, это еще и потому, что они видели такие фильмы, как Синий Самый теплый цвет и Зови меня своим именем - для них все было очень просто.

Фильм вышел в прокат во французских кинотеатрах в июле после того, как был включен в официальный отбор Каннского фестиваля , которого на самом деле не было.
Мне было очень приятно, что меня включили, но мне было грустно за моих актеров. Для них было бы здорово подняться по красной ковровой дорожке, но они сделают это с другими фильмами. У нас было много предложений от стриминговых платформ, но я снимал фильм на супер-16, и мне очень хотелось, чтобы люди увидели его на большом экране.

Я верю в кинотеатры. Если вы посмотрите на показатели посещаемости во Франции, они снизились на 50% по сравнению с прошлым годом, но это потому, что нет американских фильмов, тогда как французские фильмы, возможно, снизились только на 20%. Сейчас во французском кинематографе много всего происходит - много разнообразия, много споров, коммерческих фильмов, авторских фильмов, некоторые очень сильные личности, это довольно здорово. И прямо сейчас во Франции идет много съемок фильмов - все извлекают из этого максимум пользы, на случай, если случится еще один карантин.

Как вы провели изоляцию?
Получилось неплохо, потому что я пробыл в деревне на два месяца. Сначала волновалась, потому что я действительно городской житель, но довольно быстро привыкла.Я максимально использовал это, чтобы прочитать и посмотреть много фильмов и написать сценарий. Но я не смотрел ни одного сериала, мне их надоело. Я просто смотрел классику - Феллини, Куросаву… Мне нужно было вернуться к главному.

Чего вы больше всего ждете сейчас?
Я с нетерпением жду, когда Covid закончится и все будут вакцинированы, чтобы мы могли снять маски и жизнь могла начаться заново, по-другому. И я надеюсь, что Трамп не будет переизбран, потому что все держатся за выборы в США, и это влияет на весь мир, включая художников. Каждый хочет знать, станет ли мир хуже или есть шанс на улучшение.

Как новое политическое осознание эпохи Трампа проявилось во Франции?
Следили ли вы за вручением награды César Awards в феврале? Роман Полански, победивший в номинации «Лучший режиссер», по-настоящему шокировал людей, особенно женщин. Никто не говорит, что он не великий режиссер - для меня так и есть, - но вручение ему приза в этот момент ощущается как реакция старого мира, который не видит, как все меняется.Но у них есть правило: если вы выиграете лучший фильм, вы не сможете выиграть и лучшего режиссера - иначе Ладжи Ли выиграл бы оба ( Les Misérables ). Если вы посмотрите на Сезаров, Рошди Зем, марокканец по происхождению, выиграл лучшую мужскую роль, Ладжи Ли имеет африканское происхождение, многие женщины выиграли призы, так что разнообразие налицо.

Думаете ли вы о своих старых фильмах - не мешает ли вам спать по ночам какой-нибудь из них?
Нет, я очень плохой отец, бросаю всех своих детей. ( Смеется.) Прямо сейчас я в настоящем, а будущее - прошлое есть прошлое.

Summer of 85 выйдет в кинотеатрах и на домашнем кинотеатре Curzon 23 октября.

В разговоре с ... Франсуа Озон | Интервью

© ФОТО: ЖАН-КЛОД МОЙРЕО
Известный режиссер рассказывает о своем новом ужасном фильме
Милостью Божией

Милостью Божией - ваш первый фильм о новостях и с таким количеством персонажей…

Изначально я задумал снять фильм о мужской хрупкости.Я привела на экран много сильных женских персонажей. На этот раз я хотел обратить свое внимание на мужчин, которые явно страдают и чувствуют себя эмоционально, что мы обычно связываем с женским полом. Первой идеей названия была на самом деле The Crying Man.

Потом я наткнулся на историю дела Прейнат. На веб-сайте жертв La Parole Libérée (на английском языке Lift the Burden of Silence ) я прочитал истории о мужчинах, которые в детстве подвергались насилию в церкви.Я был особенно тронут Александром, ревностным католиком, который рассказывал о том, как он боролся в молчании до сорока лет, когда он наконец почувствовал себя способным рассказать свою историю. На веб-сайте также были опубликованы интервью, статьи и переписка по электронной почте между Александром и членами католической иерархии Лиона, включая кардинала Барбарина и Реджин Мэр, церковного психолога, отвечающего за поддержку жертв священников. Эти документы мне понравились, поэтому я связался с Александром.

Расскажите об этом.

Он привез с собой файл своей переписки с церковью до момента подачи жалобы. Я была так тронута, что он доверил мне эти письма. Некоторые из них мы слышим за кадром в начале фильма. Сначала я подумывал использовать этот невероятный материал для написания пьесы, затем обратился к идее документального фильма. Я часто встречался с Александром и немного занимался журналистскими расследованиями, встречаясь с другими жертвами, такими как Франсуа и Пьер-Эммануэль, и близкими им людьми, их женами, родственниками, матерью Пьера-Эммануэля, их адвокатами ... Я не снимал эти интервью, но я слушал и делал заметки.

Что побудило вас перейти от документального кино к художественному?

Когда я начал обсуждать свой проект в конкретных терминах с жертвами, я почувствовал, что они разочарованы и неохотно относятся к документальной идее. Они уже дали много интервью средствам массовой информации и были показаны в телевизионных репортажах и документальных фильмах.

Они были заинтригованы, когда к ним подошел художественный кинорежиссер. Они придумали фильм в духе Spotlight , где они стали бы вымышленными персонажами, которых сыграли известные актеры.Поэтому я подумал: «Это то, чего они хотят от меня, и это то, что я умею делать». Но я подошел к художественной литературе с некоторым трепетом, потому что мне действительно нравились эти люди, и я боялся, что не смогу показать их на экране так, чтобы они были справедливыми.

Как вы приступили к написанию сценария?

Изначально у меня возникло искушение исказить реальность, чтобы она соответствовала моему сценарию. Жертвы оставляли серые зоны в своих рассказах, и я имел склонность сокращать путь. К тому же меня напугало огромное количество персонажей.У меня было искушение уменьшить. Например, я хотел объединить адвокатов Франсуа и Эммануэля в одного персонажа, чтобы упростить сценарий. Но у этих двух женщин были разные личности и разные взгляды на историю, поэтому я оценил масштабность ансамблевого фильма и приложил все усилия, чтобы уважать реальные факты и их сложность.

Для первой части фильма я попросил Александра рассказать о точных деталях, касающихся графика его взаимодействия с Церковью, особенно его встреч с Реджин Мэр и его противостояния с Прейна.С Франсуа и Пьером-Эммануэлем было легче, потому что у меня были их показания. У меня также был доступ ко всем их свидетельствам на веб-сайте Lift the Burden. Я знал их слова, их выражения. В фильме, когда Эммануэль говорит Прейна: «Я был ребенком», это настоящие слова Пьера-Эммануэля, хотя он и написал их, но не сказал напрямую Прейна, как в фильме.

Вы встречались с кардиналом Барбареном, Режином Мером и Бернаром Прейна?

Как только я отказался от идеи снять документальный фильм, встречаться с ними больше не было смысла.Нет никаких откровений. Факты расследования и детали, которые я иллюстрирую, уже были опубликованы в средствах массовой информации или в Интернете. Я не позволял себе вольностей с фактами.

Моим приоритетом было рассказывать личные истории мужчин, которые подвергались домогательствам в детстве, с их точки зрения как жертв. Я позволил себе вольность рассказывать истории близких им людей, оставаясь верным их опыту и духу их свидетельств. Вот почему я изменил их фамилии, сделав их вымышленными героями, чего я не делал с кардиналом Барбарином или отцом Прейнатом.

Что побудило вас структурировать фильм как своего рода эстафету между тремя персонажами?

Реальность случившегося сделала это очевидным. Я быстро понял, что в определенный момент процесс Александра останавливается, и история продолжается без него. Его показания заставляют шефа полиции начать расследование и связаться с Франсуа, который, в свою очередь, создает ассоциацию Lift the Burden, через которую он встречается с Эммануэлем. Это эффект домино.

Фильм начинается с борьбы человека: Александр против института. Затем он передает эстафету Франсуа, который создает коллектив. И благодаря этому коллективу появляется новая жертва: Эммануэль.

Александр и Франсуа были очевидным выбором из-за их активной роли в деле, тогда как Эммануэль - скорее анонимная жертва.

Выбор третьего персонажа был сложнее, потому что было много жертв на выбор. Мне нужен был резкий прогресс.Мне нужно было, чтобы боль и эмоции каждого персонажа были разными, чтобы я мог передать разные стороны опыта, разные последствия действий Церкви для частной жизни жертв. После Александра и Франсуа, которые происходят из благополучных семей и имеют партнеров, детей и работу, мне показалось столь же интересным иметь третьего персонажа, который менее интегрирован в общество, чья боль более грубая, более очевидная психологически и физически.

Александр и Франсуа рассказали мне о Пьере-Эммануэле.Они сказали, что он из другого социального происхождения, был очень чувствительным и уязвимым. Я встретил его, и он меня очень тронул. При написании его персонажа (переименованного в Эммануэль) я также вдохновлялся свидетельствами других жертв, которые испытывали сильную боль.

Я хочу, чтобы мы почувствовали в этом персонаже дремлющую ярость. Он физически пострадал. Он эпилептик, а настоящий Пьер-Эммануэль - нет. Задача состоит в том, чтобы аудитория привязывалась к каждому новому персонажу, когда он входит в историю.Их рассказы - это вариации на одну тему, и я надеюсь, что они обогащают друг друга.

Фильм открывается кардиналом, идущим сзади, а затем созерцающим город Лион с вершины базилики Нотр-Дам-де-Фурвьер.

Было крайне важно поставить фильм на якорь в Лионе. Лион был первым местом христианства в Галлии и поддерживает очень консервативные церковные традиции.

Географически базилика на холме с видом на Лион является визуальной метафорой власти Церкви над городом.

Идея заключалась не в том, чтобы осудить Церковь, а в том, чтобы исследовать ее противоречия и сложность дела. В какой-то момент персонаж объясняет свою приверженность ассоциации, говоря: «Я делаю это для церкви, а не против нее».

Открывая фильм с Александром, ревностным католиком, вы не сразу сосредотачиваетесь на возмущении против церкви.

Александр уважает институт и считает Барбарина честным и мужественным человеком, который всегда осуждал педофилию и который, таким образом, будет действовать.Он верит в добрую волю как Варварина, так и Церкви. И почему бы нет? В какой-то момент я снимаю молитву Варвара. Может, он просит у Бога помощи. И проблема Прейната, если не считать его поведения с детьми, в том, что его всегда считали хорошим священником. Его очень любили прихожане и иерархия.

С самого начала все ясно. Вокруг совершенных нарушений нет ничего неизвестного. Напряжение заключается в последствиях того, что Александр наконец выразил свое мнение.

Мы должны были взяться за дело и сразу перейти к сути дела, задав темп электронной переписки между Александром и Церковью. Я нашел его электронные письма настолько мощными и хорошо написанными, что мне очень хотелось их использовать, даже несмотря на то, что финансовые спонсоры беспокоились о всех этих озвучиваниях. Что такого захватывающего и головокружительного в этом деле, так это то, что все четко изложено.

Факты правы, но действий не следует, что делает несправедливость еще более чрезвычайной и непонятной.

Я мог бы построить весь фильм на обмене электронной почтой между жертвами и Церковью, а также между отдельными жертвами. Социальные сети и Интернет сыграли значительную роль, ускорив создание Lift the Burden. Я получил элементы из этих источников, чтобы написать сцены собрания ассоциации. В реальной жизни участники редко виделись друг с другом.

Партнеры Александра и Франсуа широко представлены в фильме.

Как они есть в жизни.Без их поддержки этим мужчинам было бы намного труднее делать то, что они сделали. Их партнеры искренне участвуют в их борьбе. Жертвы так долго страдали в молчании, что, когда они наконец заговорили, их слова затронули всех, кто был рядом, даже вызвав ревность в случае брата Франсуа, который сказал: «Нам надоело твое священническое дерьмо! Это все, о чем говорят мама и папа! " Я хотел показать аудитории, какое эмоциональное и физическое насилие может произойти, когда жертвы наконец поделятся своими историями.Я хотел проиллюстрировать последствия.

Особенно в отношениях с Эммануэлем.

Его девушка тоже подверглась насилию, и у нее был очень болезненный опыт общения с системой правосудия.

Эммануэль переживает гораздо более позитивный опыт. Освещение в СМИ приносит ему пользу. Это опрометчивое чувство, когда он, наконец, высказывается и признается жертвой. Вдруг люди захотят его мнение. Он нашел причину, смысл в своей жизни. Он сказал мне, что чувствовал себя так, будто проходил своего рода «живую терапию».«Группа становится для него способом расцвета и процветания как личности. Это также верно для Франсуа и Александра, но в большей степени для Эммануэля, у которого не было работы или общественного признания. Риск состоит в том, что вас могут наказать. Дидье, жертва, которая отказывается подавать жалобу, иллюстрирует это, когда говорит, что не хочет, чтобы его называли «жертвой педофила» на всю жизнь.

Собственные дети Александра также принимают активное участие.

Александру трудно рассказывать своим детям, через что он прошел, но в то же время они в том возрасте, когда они тоже могут подвергнуться насилию.Так что для него это имеет смысл, хотя мы можем задаться вопросом, действительно ли его дети хотят это слышать. Жертвы часто становятся способными рассказывать о том, что с ними произошло, когда их собственные дети достигают возраста, когда они могут подвергнуться насилию. Внезапно все становится ужасающе ясным: «Я был маленьким, как они, невинным, как они». Это пробуждает потребность высказаться и действовать.

Жена Александра говорит ему, что он всю жизнь будет жертвой, если он простит отца Прейната.

Ее точка зрения вызывает вопросы, над которыми я тоже размышлял.Искупительная логика католической религии подпитывает конфронтацию, организованную Режином Мэром между Александром и Прейна. В рамках этой логики священник должен просить прощения. Прейнат не делает этого, что приводит Барбарина в ярость. С другой стороны, по словам психологов жертв, с которыми я беседовал, эта конфронтация является аберрацией, потому что она снова ставит Александра в положение жертвы, столкнувшейся со своим обидчиком, которым Прейнат продолжает оставаться. Чтобы противостояние было позитивным и исцеляющим, вы должны покинуть неоднозначное пространство морали и религии и войти в правовые рамки.

Возникает вопрос: является ли выжидательная позиция церкви признаком стареющего института, застрявшего на своем пути, или это коренится в самой природе католической религии, религии прощения? Барбарин говорит: «Всегда будет открытая дверь для грешников», даже когда он соглашается с тем, что Прейнат должен быть наказан. Его позиция неоднозначна. На чьей он на самом деле стороне? Это заставляет Александра сомневаться в своей вере, о чем свидетельствует последняя сцена, когда его сын спрашивает его: «Ты все еще веришь в Бога?» Настоящий вопрос: вы все еще верите в католическую организацию?

После стилизованного Double Lover ( L’Amant Double ) ваш режиссерский подход здесь больше отходит на задний план, позволяя сюжету и путешествиям персонажей говорить сами за себя.

Я направил каждую часть фильма в соответствии с характером главного героя, который в нем показан. Чтобы проиллюстрировать «крестовый поход» Александра, мое направление сдержано и условно, я много играю с подсветкой и светотенью. Когда мы подходим к Франсуа, ритм становится более прерывистым. Это больше похоже на боевик, когда он борется, чтобы раскрыть скандал и дать голос жертвам. Затем тон становится более мелодраматичным с прибытием Эммануэля, который борется за выживание в судебном деле, которое над его головой.

Самым важным всегда было придерживаться своей точки зрения, как можно точнее сопровождать свои усилия. Я хотел облагородить их борьбу, изобразить их героями в традициях некоторых американских политических фильмов. Я должен был быть рядом с актерами и держать темп, так как нужно было донести много информации. Фильм имеет образовательную направленность, над которой мы работали, чтобы сделать монтаж более плавным, подчеркнув ощущение эстафеты. Впервые я использовал две камеры для всех групповых сцен и сцен с едой, чтобы актеры могли действовать как можно более свободно.

Единственные «киноэффекты» - это ретроспективные кадры.

Поскольку почти все здесь построено на словах, в определенный момент нам нужны образы, чтобы воплотить насилие, присущее тому, что эти мужчины испытали в детстве. Я создал ретроспективные кадры для каждого персонажа, которые показывают очень мало (путь, дверной проем, закрытие палатки), но предполагают многое в мгновение ока через локацию, освещение… Мы знаем факты, они были заявлены. Теперь зрители их представляют, сами завершая ужасающую картину.

У Франсуа есть единственный ретроспективный кадр с диалогом. Для него самым болезненным воспоминанием стало не столько то, что сделал Прейнат, сколько то, когда его родители сказали ему, что Прейнат может попасть в тюрьму. Будучи маленьким мальчиком, он не хотел нести за это ответственность.

Как проходила съемка?

Надо было снимать фильм. Новости распространялись быстро, и их содержание было трудно финансировать. Тема педофилии пугает людей. Проект не считался рентабельным.Многие места были для нас недоступны (интерьеры церкви снимались в Бельгии и Люксембурге). Я столкнулся с ограничениями, аналогичными тем, что мы испытали на Under the Sand ( Sous Le Sable ). К счастью, мои продюсеры и вся команда поверили в проект и поддержали его, поэтому препятствия, которые нам пришлось преодолеть, не обескураживали, а дали нам смелость продвинуть фильм и доказать его необходимость.

Расскажите о кастинге.

Необычно знать лица настоящих главных героев без необходимости искать актеров, которые похожи друг на друга, потому что они не известны публике.

Я дважды работал с Мелвилем Пупо, актером, который работал с Эриком Ромером в молодости, и он мне очень нравится. С возрастом он становится еще интереснее, и я знала, что он сам исследует место веры в своей жизни. Я также работал с Дени Меноше, поэтому я знаю, что его энергия и физическая сила маскируют повышенную чувствительность, что делает его подходящим для Франсуа. Что касается Суона Арло, я только что видел его в Bloody Milk ( Petit Paysan ) и почувствовал беспокойство и хрупкость, которые в точности соответствовали тому, что я хотел от Эммануэля.В роли отца Прейна Бернар Верли, еще один актер, работавший с Эриком Ромером, привнес харизму, силу и дружелюбие, которые усложнили персонажу. Он не побоялся сыграть такую ​​нелестную роль. Ужас в этом персонаже то, что он, кажется, совершенно не обращает внимания на серьезность своих действий.

Франсуа Мартурет, сыгравший отца в Sitcom , играет кардинала Барбарина.

Мне всегда нравился тон его голоса и его немного театральная дикция.У Барбарина может быть что-то общее с отцом в Sitcom . Они оба говорят неприятную правду учтивыми голосами, полными понимания и сочувствия, а затем ничего не делают. Это было комично в Sitcom . Здесь все гораздо страшнее, учитывая серьезность ситуации и ужасающую пропасть между его словами и его действиями.

А Жозиан Баласко?

Я сразу подумал о Джозиане Баласко, которой я восхищаюсь. Она редко снимается в драматических ролях.Я был взволнован тем, что она согласилась принять роль второго плана. Мне также очень хотелось поработать с Элен Винсент, но я не знала, сыграть ли ее мать Франсуа или Реджин Мэр. Она сама выбрала роль матери и прекрасно справляется с ролью очень человечной женщины, пронизанной чувством вины. Мартина Эрхель играет Режин Мэр. Она снималась в моих короткометражных фильмах, когда я учился в Fémis. Она очень похожа на Реджин Мэр, и я знал, что она прекрасно передала очаровательную смесь холодности и доброты в этом персонаже.

Музыка написана Евгением и Сашей Гальпериными.

Мне очень понравилась их работа над « Loveless » Андрея Звягинцева, особенно то, как они использовали повторение и создавали напряжение, поэтому я попросил их написать современную партитуру, используя традиционные элементы церковной музыки, такие как органы и певчие.

Как вы думаете, этот фильм может помочь изменить ситуацию?

Я показал фильм священнику, который сказал: «Этот фильм может стать возможностью для Церкви.Если он примет это, возможно, он наконец возьмет на себя ответственность за педофилию в своей среде и раз и навсегда победит это бедствие ». Будем надеяться.

Интервью любезно предоставлено Music Box Films.

Милостью Божией уже вышел в кинотеатрах.

Рассказывая историю: Франсуа Озон на тему «Милостью Бога» | Интервью

Поскольку вы впервые снимаете фильм, основанный на реальных событиях, каково было попытаться написать сценарий, в котором была бы отражена правда того, что произошло, и в то же время работать как драматическое повествование?

Я остался очень близок к реальности.Были некоторые мелочи, которые мне пришлось изменить, потому что жертва попросила меня сделать это. Например, жена Александра попросила меня не рассказывать правду о том, что случилось с ней, когда она подверглась насилию, когда была моложе. Это был секрет, о котором она никогда раньше не говорила, поэтому она попросила меня изменить некоторые мелкие элементы. Это всегда было для выживших - я не хотел их предавать.

В фильме есть пара воспоминаний об инцидентах, когда Прейнат приставал к мальчикам, хотя вы стараетесь не показывать ничего конкретного о том, что произошло.Можете ли вы рассказать о своем подходе к этим сценам, которые, тем не менее, очень сложно смотреть?

У меня было ощущение, что важно иметь эти воспоминания, чтобы показать насилие. На самом деле я не мог показать насилие, потому что для меня было бы невозможно снять это, но было важно показать аудитории, что ребенок парализован раньше взрослого, который является педофилом и не знает, что происходит. Я хотел показать ситуацию, когда ребенок похож на ягненка, идущего к волку, потому что он не знает, что это может быть опасно.Воображение публики может работать, потому что вы можете представить себе гораздо хуже, чем видите на экране. Это было забавно, потому что я участвовал в дискуссии с некоторыми выжившими, и некоторые люди говорили: «Почему вы показали, что священник это сделал?» и я сказал им, что нет, ничего не было, и что они видели это только в своих головах.

Примерно в то время, когда фильм должен был быть выпущен во Франции, против фильма был начат ряд юридических маневров. Была ли какая-то реакция Церкви во время съемок?

Не во время съемок, потому что снимали тайком.Я не стал давать синопсис, я дал фальшивое название «Александр». Я сказал прессе, что это фильм о дружбе трех мужчин, и все. Люди не знали, и поэтому мы были абсолютно свободны снимать все, что хотели, без проблем с осуждением или с людьми, пытающимися остановить съемку. Проблемы возникли после того, как был выпущен трейлер и когда люди узнали название фильма, потому что слова кардинала Барбарина «Милостью Бога» очень известны во Франции. Именно в этот момент люди поняли, о чем идет речь, и некоторые юристы, особенно священники, попытались остановить фильм.Этого не произошло, потому что судья решил, что в случае с этим фильмом свобода прессы была важнее презумпции невиновности.

Интервью: Франсуа Озон рассказывает о «Двойном любовнике» и величайших французских актрисах ... - Блог

Муртада

Было бы удивительно узнать, что Франсуа Озон любит узнавать, что дети думают о его фильмах. Он говорит, что их ответы умны и невинны, особенно если они верят миру на экране.Хотя он понимает, что не всегда может получить их отзывы, поскольку его фильмы часто посвящены взрослым темам, например психосексуальные триллеры Swimimg Pool (2003), Young and Beautiful (2013) и его последний Double Lover .

Фильмы Озона нелегко разделить на категории, он также поставил манерный мюзикл « 8 женщин » (2002) и навязчивый роман « Франц » (2016) о Первой мировой войне. Он говорит ...

Это может беспокоить критиков, потому что они не могут каталогизировать или классифицировать мои работы.Как киноман, мне нравятся разные фильмы и разные жанры. Как кинорежиссер мне нравится экспериментировать и каждый раз, когда я снимаю фильм, ставить перед собой новую задачу. Когда я одержим историей и персонажами, я нахожу жанр, который подходит этой истории ».

Двойной любовник видит его снова на знакомой территории. Экранизация романа Джойс Кэрол Оутс, фильм о Хлое ( Young and Beautiful 's Marine Vacth), хрупкой молодой женщине, страдающей загадочными симптомами болезни, которая влюбляется в своего психоаналитика Пола (Жереми Ренье). .Вскоре она обнаруживает, что ее возлюбленный держит в секрете часть своей личности. Близнецы и Жаклин Биссет попадают в лабиринт стремительно разворачивающегося сюжета. Это сексуальный, захватывающий триллер, смотреть который очень весело. Еще более игриво и иронично, чем другие эротические триллеры Озона.

Мы недавно говорили с ним в Нью-Йорке. [Беседа отредактирована и сокращена.]

МУРТАДА: Фильм основан на романе Джойс Кэрол Оутс, психологической тайне, который она написала под псевдонимом Розамонд Смит.Что привлекло вас в этой истории?

ФРАНУА ОЗОН: Я читал обзор, в котором упоминалось, что Джойс Кэрол Оутс сказала, что у нее есть двойник, потому что она писала книги под псевдонимом. Мне было любопытно, потому что я большой поклонник Оутс, поэтому я искал книги под ее псевдонимом Розамунд Смит. Думал, что «Жизни близнецов» были бы отличным материалом для психосексуального фильма, но права не были доступны. Я отказался от проекта, а через 5 лет мой продюсер сказал мне, что права свободны. Это было сразу после Франца , очень классического фильма.Я был очень взволнован, чтобы вернуться к чему-то более сексуальному.

Были ли трудности при построении истории, пытаясь сделать ее правдоподобной - очевидно, она усилена и перепрыгивает между реальностью и иллюзией. Или вы не к этому стремились?

Идея заключалась в том, чтобы оказаться в подсознании этой девушки и поиграть с уровнями реальности, снов и фантазий. Это была своего рода игра со зрителями, что-то очень игривое.Я уже сделал это в Бассейн . Я всегда помню девиз Луиса Бунюэля о том, что вы должны снимать мечты, как реальность, и снимать реальность, как мечты. Иногда ясно, мечты это или фантазия, а иногда нет. Решать зрителям.

Тон фильма вызывает большую уверенность, несмотря на то, что в любую минуту он может превратиться в смешное.

Я не боюсь гротеска, потому что думаю, когда вы говорите о сексуальности и подсознании, вы можете попасть в очень странные и гротескные места.Я чувствовал себя свободным визуально в плане мизансцены, чтобы использовать многие эффекты, которые я раньше не использовал в других историях, но в случае с историей Хлои у меня было ощущение, что это нормально.

Вы не боитесь гротеска, но привлекает ли оно вас?

Да. Когда я был студентом, я был большим поклонником Джона Уотерса. Открытие для себя фильмов Уотерса означало свободу для молодого режиссера. Наблюдать за Бергманом, а затем Бунюэлем, чтобы увидеть Уотерса, было совершенно безумно.

Какой ваш любимый Джон Уотерс?

Я думаю, что люблю Полиэстер , потому что в нем нет драматизма.Забавно, что я снял фильм под названием Криминальные любовники , который оказался большим провалом, отзывы были ужасными, а единственным поклонником фильма был Джон Уотерс. Я был очень счастливым.

Ozon в Нью-Йорке

Вы сказали, что использовали техники, которых раньше не использовали. Зеркала и двойники кажутся очевидными для близнецов, но не в вашем фильме. Вы также использовали разделенный экран и сблизили персонажей во время сеансов терапии. Почему такой выбор?

Снимать психоанализ может быть очень скучно для людей, которых это не касается.Это как когда люди рассказывают вам о своих снах. Боже мой, я не хочу этого слышать! Идея заключалась в том, чтобы быть интересным визуально и создать плавающую привязанность к аудитории, чтобы они обратили внимание. В первые 10 минут фильма было важно показать ключ к сюжету. Когда смотришь фильм снова, понимаешь, что она все сказала. Но сначала публика не может понять, что происходит на самом деле.

Первое изображение после названия - это крупный план вагины, превращающейся в глаз.Это шокирует специально для американской аудитории.

Для французов тоже. (смеется)

Это была твоя цель. Хотите шокировать публику?

Нет, я не хотел шокировать. Для меня это было точно сказать, каким будет фильм визуально. Это рассказ о внутреннем характере персонажа. Женщина ищет секрет, она не знает, почему она страдает и что у нее внутри, поэтому я хотела объединить эти два кадра, влагалище и глаз, чтобы понять, что это за фильм.Но я не понимал, что люди сегодня будут так шокированы, потому что существует так много порнофильмов, что так легко увидеть многие вещи. Вдруг, когда видишь это в авторском фильме, люди приходят в шок. Вообще я считаю, что это довольно красиво, мне нравится, что сначала не знаешь, что это такое, может рот? Когда вы понимаете, что это такое, появляется глаз.

Вы обязательно сразу привлечете всеобщее внимание.

Да!

Сделать экранную секс-игру чем-то, чего мы не видели миллион раз, как вам это удалось?

Может быть, у вас не было секса с близнецами, вот почему! (смех).Я не хотел делать что-то новое, но из-за ситуации с близнецами я знал, что это будет то, что вы не привыкли смотреть каждый день. Мне и актерам было очень весело снимать эти сцены, и нам было очень весело. Критики обычно спрашивают, сложно ли снимать эти сцены, на самом деле все это поставлено, поэтому мы точно знаем, что произойдет, и очень часто актеры не хотят снимать много дублей, поэтому первый дубль обычно хорош. Все идет быстро, химия между Марин и Жереми была очень хорошей и веселой.

молодой Джереми Ренье в CRIMINAL LOVERS (1999)

У них отличная химия. Вы часто бросаете актеров более одного раза. Вы работали с Жереми в Potiche и Марин в Young and Beautiful .

И Жереми в Криминальных любовниках.

Любимец Джона Уотерса!

Они не были первым выбором. Я не имел в виду Марин, потому что для меня она была еще подростком из Young and Beautiful. Потом я понял, что она стала мамой, она очень изменилась. Когда мы впервые встретились, она не была уверена, хочет ли она быть актрисой. У нее и раньше были плохие переживания. После моего фильма она получила хорошие отзывы, награды, поэтому решила стать актрисой. Я немного нервничал, предлагая ей эту роль, потому что это снова был фильм с обнаженным телом и сексуальностью. Я боялся, что она скажет: «Нет, Франсуа, я не хочу снова снимать с тобой секс-сцены». Но ей понравилась книга Джойс Кэрол Оутс, и она поняла, что это хорошая возможность для нее показать новую сторону своих навыков.

Потом я поискал своих близнецов. Я подумал, что Жереми был слишком молод для этой роли, поэтому предложил роль очень известному французскому актеру, имеющему финансовые возможности. Ему понравился сценарий, но в процессе я добавил сцену с фаллоимитатором, и он был полностью шокирован и сказал, что не станет этого делать. После этого опыта с этим актером я понял, что если я действительно хотел снять фильм, который задумал, мне нужно было работать с актерами, которым я доверяю, людьми, которые знают меня, которые знают, как я работаю, которые не боятся и уважают мою работу. .

Я позвонил Джереми, и он сказал: «Не волнуйся, я сделаю с дилдо все, что ты хочешь». Было очень весело снова работать с Жереми, и я думаю, что он очень силен в фильме. Это было настоящее удовольствие.

Фильм определенно является витриной для обоих актеров. Вы один из немногих французских режиссеров, чьи фильмы путешествуют по всему миру и почти всегда получают прокат в США. Как вы это объясните?

Не всегда. Один из моих фильмов здесь не выходил.

Какой?

На английском с Майклом Фассбендером. Ангел.

Это было на Netflix, вот где я это увидел.

Действительно на Netflix? Мне очень повезло. У меня было несколько хороших дистрибьюторов, которые работали над моими фильмами. Одним из моих самых успешных фильмов в Америке был «Бассейн », который не получил одобрения во Франции. Я не понимаю, почему это было успешным в Америке. Вы должны мне объяснить.

Это был первый из ваших фильмов, который я видел.

Может быть, это поможет в фильмах, которые идут после этого. Меня очень вдохновляют режиссеры 1940-х и 1950-х годов, которые приехали из Европы в Голливуд. Для меня это были лучшие голливудские фильмы. Как Билли Уайлдер, Любич, Отто Премингер, Хичкок. Я чувствую себя рядом с ними. Делали мюзиклы, триллеры, комедии, разные жанры. Я был бы счастлив поработать в то время.

Канны важны, они придают фильмам международный авторитет, но там критики могут быть жесткими. Тебе нравится туда ходить?

Да особенно французские критики.Вы знаете, я всегда был неоднозначным. Мои фильмы никогда не встречали единодушной критики. Я к этому привык. Я никогда не удивляюсь. Frantz был предложен Каннам, но они его не приняли. Взяли Double Lover . Это забавно, потому что я поняла, что все мои фильмы, которые шли в Канны, были моими самыми откровенными, с женскими сексуальными сценами. Молодые и красивые , Бассейн и вот этот.

Может, им там так нравится!

Давайте поговорим о некоторых знаменитых актрисах, с которыми вы работали.Наши читатели получат от этого удовольствие. Начнем с Катрин Денев.

Что вы хотите знать о Екатерине? Она легенда французского кино. Для меня было большим опытом поработать с ней дважды. Ирония наших отношений в том, что они начались очень плохо. У нас не было хорошего опыта на 8 Women . Я был доволен ее игрой, она была идеальной в роли, но мы не были близки, как она хотела и как я хотел. Думаю, потому что она не получила того, что я хотел сделать.Это был очень театральный фильм о фильмах, об актрисах, и Кэтрин это не устраивало. Она не поняла. Но когда она посмотрела фильм, ей понравилось, и она защитила его. По Potiche мы были близки, она прекрасно понимала мою работу, мы работали рука об руку, и это было очень сильно. Я надеюсь, что когда-нибудь мы вместе снимем еще один фильм.

Изабель Юппер.

Когда я был молодым киноманом, она была моей любимой актрисой. Поэтому, когда я работал с ней, это было похоже на сон.Она такая умная, такая сильная. Для 8 женщин Я попросил ее действовать как противоположность нашей идее об Изабель Хупперт. Она в традициях таких актрис, как Грета Гарбо, которая не играет роли. Вы можете это сказать? И в 8 Женщин я попросил ее переиграть. Иногда мне хотелось от нее слишком многого. Это Изабель Юппер, какой вы никогда ее не видели! Я хотел, чтобы она ничего не боялась. Ей было очень весело, и работать с ней было таким удовольствием. Она прекрасная актриса, но ты это знаешь.

Шарлотта Рэмплинг.

Рэмплинг - самая важная актриса в моей карьере. Когда я встретил ее, это было похоже на любовь с первого взгляда. U и Sand были для меня большим опытом. Я написал сценарий, не зная ее личной жизни. Затем я узнал, что ее сестра умерла, когда была маленькой, и она так и не увидела тела. Фильм о женщине, которая потеряла мужа в море и не увидела тела. Она рассказала историю во время съемок, и мы поняли, что это так близко к ее истории.Фильм было сложно снимать, потому что в историю никто не верил, продюсеры, финансисты не помогали. Мы сняли фильм против всех. Когда вы работаете против всех, и тогда фильм пользуется большим успехом, это дает нам сильную связь.

Кристин Скотт Томас.

Еще одна английская актриса. У меня есть кое-что для английских актрис. Для пары из «В доме », Фабриса Лучини и его жены, мне нужны были актеры, у которых был ритм нелепых комедий.Я имел в виду Вуди Аллена и Дайан Китон. Я искал французскую актрису, но не нашел на эту роль. Я подумал, может быть, Кристин. Она быстро сказала «да», и это было настоящим удовольствием. Отличная химия между ней и Фабрисом Лучини.

Double Lover откроется сегодня, в День святого Валентина, 14 февраля в Нью-Йорке (The Quad, AMC Empire), Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Сан-Диего, Филадельфии, Бостоне, Вашингтоне, Майами, Фениксе, Балтиморе, Чикаго, Цинциннати, Индианаполис, Бока-Ратон, Питтсбург, Оклахома-Сити, Олбани, Альбукерке, Ноксвилл, Шарлотта, Анн-Арбор и Портленд, после чего следует общенациональное развертывание.

Интервью с Франсуа Озоном: «Я был верен книге, которая никогда не ставит проблемы гомосексуальности».

Поделиться статьей

Премьера фильма французского режиссера Франсуа Озона «Лето 85 лет» готовится к премьере на TIFF 2020. Это фильм о дружбе и любви, который часто длится один сезон. Известный своим острым сатирическим остроумием и постоянно беспорядочным и загадочным взглядом на человеческую сексуальность, это будет первый фильм Озона на TIFF после 2014 года «Новая подруга».Интервью для показа прессы TIFF исследует процесс Франсуа Озона и то, почему он снова решил исследовать необычные дружеские отношения.




Озон : Лето 1985 года изначально был романом Эйдана Чемберса: Танцы на моей могиле. Я прочитал роман в 1985 году, когда мне было семнадцать лет, и он мне понравился. Он говорил со мной лично. Книга игривая и изобретательная. В нем есть рисунки, вырезки из прессы, меняющиеся точки зрения… Мне так понравилось это читать, что, когда я начал снимать короткометражные фильмы, я подумал: «Если однажды я сниму художественный фильм, моей первой будет экранизация этого романа.«И тридцать пять лет спустя… До сих пор мне не приходило в голову снять этот фильм, потому что правда в том, что больше всего на свете я хотел увидеть его как кинозритель! И я был уверен, что это сделает кто-то другой - американский кинорежиссер. Но, к моему удивлению, этого не произошло.

Также прочтите - Интервью с Ронни Сеном [Кошачьи палочки]

После завершения «Милостью Бога» я перечитал книгу из любопытства и был шокирован, потому что понял, что уже снял многие темы книги : переодевание в летнее платье или новая подруга; сцена в морге в «Под песком»; отношения с профессором In the House; кладбище во Франце… Эта книга подпитывала мое воображение, но я так и не понял связи.Я забыл о стиле альбома для вырезок, который также казался мне очень кинематографичным. И я вспомнил, что когда в возрасте восемнадцати лет я написал первый черновик сценария с другом, я сосредоточился только на истории любви и удалил все, что казалось второстепенным в то время, например, социального работника, профессора. , родители, иудаизм и воспоминания.

Возможно, тогда я не мог справиться со всеми элементами. Фильмы снимаются тогда, когда их должны снимать.Этой истории нужно время, чтобы я созрел, чтобы я знал, как ее рассказать. В конце концов, я остался верен повествовательной структуре романа. Я адаптировал фон рассказа, чтобы сделать его французским, и перенес его на тот период времени, когда впервые прочитал книгу. Фильм охватывает как реальность книги, так и мои воспоминания о том, что я почувствовал, когда впервые прочитал ее.




Q. Тон книги довольно небрежный. Вы подходите к этому с более драматической и романтической стороны.

Ozon : Некоторые сцены были немного более юмористическими, когда мы снимали, но на этапе монтажа я старался смягчить комичную сторону, чтобы быть полностью с мальчиками, чтобы напрямую пережить их историю любви. А во второй половине фильма, с трауром и тем, что повлекло за собой их договор, было еще меньше места для комедии. Было важно установить настоящие отношения с персонажами и передать эмоции, которые я испытал в подростковом возрасте.
Иногда мне казалось, что я переделываю первый фильм, но со зрелостью, которую я приобрел, снимая все свои другие фильмы.Это придало процессу ясность и нежную ностальгию по временному периоду. Если бы я был ближе к возрасту своих персонажей, мой подход, несомненно, был бы более далеким.

Q. Лето 1985 года - это прежде всего история любви, а не история любви геев.

Ozon: Я был верен книге, которая никогда не ставит проблем гомосексуальность, никогда не делает ее проблемой, что очень красиво и современно для того времени. Алекс и Дэвид любят друг друга, и тот факт, что они два мальчика, не имеет значения.Вот почему я мечтал увидеть этот фильм, когда был подростком.

Геи в фильмах 1980-х годов были очень мрачными и болезненными, даже до СПИДа. При создании фильма для меня было важно следовать кодексам жанра подросткового кино. Я снял роман между мальчиками очень классическим образом, без иронии, чтобы сделать его универсальной любовной историей.

Предоставлено TIFF

Q. Лето 1985 года могло стать подростковой сагой, но вы изменили материал, играя на неизвестности того, что на самом деле произошло.

Ozon: В этом большое отличие фильма от романа, в котором мы с самого начала знаем, что сделал Алекс и почему. Фильм позволяет загадке остаться в живых и создает ложные зацепки, которые позволяют зрителям представить несколько различных возможностей. Я применил тот же подход при адаптации «Сломанной колыбельной для Франца» Эрнста Любича.




Q. Сцена с Walkman - дань уважения La Boum («Вечеринка»), культовому французскому подростку 1980-х годов, но также предвещает, что Дэвид и Алекс не синхронизированы друг с другом.

Ozon: Эта танцевальная сцена, несомненно, является сердцем фильма: Алекс и Дэвид танцуют под разную музыку. Один ерзает и смеется, а другой мечтает, глядя на мяч, свисающий с потолка. На этом этапе истории мы переживаем это разъединение, как если бы между ними была игра, а не страдания. Только оглядываясь назад, мы можем переосмыслить эту сцену как ранние предупреждающие знаки их разлуки. Честно говоря, я даже не осознавал этого во время съемок сцены, которая была снята очень быстро и импровизирована, чтобы интегрировать песню Рода Стюарта.

Похоже на Интервью с Франсуа Озоном - Интервью с Ахалом Мишрой [Гамак Гар]

Q. Воссоздание временного периода очень реалистично, иногда создается впечатление, что мы смотрим фильм, снятый в 80-х годах. .

Ozon: Пейзажи реалистичны, но костюмы 80-х годов немного идеализированы. Паскалин Шаванн и я были очень вдохновлены американскими фильмами того времени, фольклор восьмидесятых годов которых я хотел воспроизвести.Я создавал фильм, думая о кинозрителе, которым я был, и о фильме, который мне хотелось бы посмотреть в то время.

Q. А выбор снимать на пленку?

Ozon: Сегодня мы привыкли к цифровому кинематографу, но при создании исторического фильма фильм
просто необходим! Я уже принял это решение для Франца. Я был очень рад вернуться к Super 16, формату, который я использовал для своих первых короткометражных фильмов. Мне нравится его зернистость, которая так характерна для этого типа пленки.Результат очень красивый и чувственный на коже крупным планом. В цвете есть тонкость, которой нельзя добиться с помощью цифровых технологий, которая имеет тенденцию приглушать цвета.

Q. Действие фильма происходит в Ле Трепор…

Озон: Ле Трепор был бы эквивалентом романа Саутенд-он-Си на юге Англии. Ничего похожего на Французскую Ривьеру. Я чувствовал, что важно привязать историю к социальной реальности этого рабочего приморского городка в Верхней Нормандии.Ле-Трепор - город, который в значительной степени сохранил свой характер - он не подвергался чрезмерной реконструкции. Это очень фотогеничное место с широкими и длинными галечными пляжами, скалами и жилыми комплексами 1960-х годов, идущими вдоль пристани.




Q. Является ли английское гражданство молодой Кейт намеком на книгу?

Ozon: Персонаж Кейт в книге норвежский. Я сделал ее английской, особенно потому, что мой опыт 1980-х годов находился под сильным влиянием британской поп-культуры, как и большинство подростков того времени.Саундтреком к нашей жизни была вся «Новая волна»: The Smiths, Depeche Mode, The Cure, музыка которых открывает фильм.

Интервью с Франсуа Озоном Продолжение на странице 2 >>

Поделиться статьей

Интервью с Франсуа Озоном, директором Frantz

Франц - фильм о очень большая ложь.

Действие происходит в основном в Германии после Первого Мировая война, фильм посвящен пожилым Хоффмайстерам и их невестке. Анна. Человек, который все еще связывает их вместе, - это Франц, красивый молодой человек. призывник убит в бою.Когда Анна видит незнакомца, скорбящего о Франце могила, мужчина представляется как Адриан, старый друг ее покойного мужа.

Это не было бы проблемой, если бы Адриан не был французом. Франц была не единственным молодым человеком из ее деревни, который умер в окопах, и коллективный траур окрашен чувством враждебности к причастным иностранцы. Пивные залы и гостиницы полны покойных родителей, которые направляют свои вина в ярость. И тогда ложь разоблачается.

Природа лжи - кто ей говорит, кто ей верит, кто обнаруживает это - обнаруживается довольно рано, но его последствия выявляются на оставшуюся часть киноленты. Также есть чувство назойливости на протяжении всей этой другой информации скрывается от персонажей и аудитория. Это атмосфера, которая делает Франца история столь же неоднозначна, как и ее монохромная кинематография - суровая и простая.

Франсуа Озон не согласился бы с этим.Плодовитый Французский режиссер сделал карьеру, рассказывая истории о лжи - или «Фикции», как он называет их с типичным лукавством. Лично он воплощает что-то на волосок левее галльской беззаботности; это скорее вид духовного сопротивления самораскрытию. Как и в случае с его новым фильмом, он дает чувство, что есть вещи, которые остаются недосказанными, даже если он хочет открыть себя вверх.

Но чего вы ожидали?




Полагаю, вас много спрашивали о результатах выборов во Франции сегодня?

Это большой облегчение.Сейчас у нас много работы, но я думаю, благодаря Брекситу и Трампу помогло французам увидеть, что происходит в мире - это помогло чтобы они не сделали плохой выбор. Теперь я думаю, что мы движемся в правильном направлении, потому что Макрон очень европейский.

Было очень удивительно, потому что все французы были очень пессимистичны. Из конечно, он хочет изменить Европу, мы знаем, что с Европой не все в порядке и есть многое нужно изменить. Но он глубоко европейский.


И сделал это пессимистично атмосферу подавать в сторону Франца каким-либо образом? Было ли это соображения, когда вы снимали фильм о национализме?

Конечно! Когда я решил снять этот фильм, я не знал, что случится Брексит или Трамп будет избран, но я видел национализм во Франции.Ле Пен был там очень долго, и это был ее отец до нее. Когда я начал развиваться эта история, которую я сначала не осознавал, был настолько важен контекст, и что там было так много связей с сегодняшним днем, но шаг за шагом я понял, что могу говорите о сегодняшнем дне через эту старую историю.

Я думаю, что приходит успех Frantz во Франции От этого. Молодые люди были тронуты и осознали, что прошлое может многому научить. вещи о настоящем.Может быть полезно не повторять ошибок. Это было важно снять европейский фильм в то время, когда все говорили плохие вещи про Европу.



Пленка очень приятная на ощупь. современный, в том смысле, что вы привязываете его к этим современным темам. Вы сняли его в черно-белом режиме, но это не похоже на подделку.

Я не знал вообще хочу сделать стилизацию. Я решил сделать фильм черно-белый два недели до начала съемок.Он должен был быть цветным, но, исследуя период, я видел так много черно-белых архивных фотографии Первой мировой войны Я посчитал, что было бы более реалистично показать это история таким образом. Я думал, что это привлечет внимание публики к сюжету - вы не представляю себе этот мир в цвете.


Были ли конкретные директора, которые работали в основном в черно-белых тонах, которые информировали вы его используете?

Конечно, Майкл Haneke’s Белая лента.


А как насчет старых фильмов? Вы упомянули На Западном фронте все спокойно.

Да. я не знал об этом фильме раньше, но во время своего исследования я обнаружил, что получил удовольствие от этого. Я думал, что фильм очень сильный, и есть много связей к некоторым сценам в моем фильме.


Довольно эмоционально повышенный. Вы чувствуете, что снимаете эмоциональные фильмы?

Я хотел тронули публику, потому что меня тронула эта история.Я думал это было очень трогательно, путешествие этой молодой девушки, пытающейся выжить. И она страдает много, она переживает очень сложные моменты. Я хотел быть с ней и поделитесь своими эмоциями.

Ты никогда знать, заставишь ли ты людей плакать или нет. Некоторые люди чувствительны ... вы никогда знать. Но многие молодые девушки плакали, смотря этот фильм. Некоторые молодые парни тоже.


Некоторые говорят, что разница между Frantz и Broken Lullaby [ оригинальная адаптация пьесы, на которой основан Франц ] заключается в том, что, возможно, вас больше интересует характер Анна?

Да, то есть большая разница между фильмом Любича и пьесой, потому что они действительно с точки зрения французов.Мой фильм больше о лжи, поэтому мы изменился на перспективу, чтобы рассказать историю с точки зрения Анны - вы открываете секреты постепенно. Вот почему лучше увидеть Любич фильм после моего!


Вы сказали, что вы интересуется ложью. Ссылка Frantz на ваши предыдущие фильмы на эту тему?

Я думаю, что мы нужны вымыслы, и вы можете рассматривать ложь как форму вымысла. Так случилось с семьей в Франца ; ты знаешь, что они перед этим молодым французом, и он рассказывает историю - и мы хотим верить ему.Он говорит им то, что они хотят услышать, и это своего рода метафора для моих работать режиссером. Как зритель вы хотите пойти в кино, вы хотите идентифицировать себя с персонажем, и вы хотите идентифицировать себя с историей. И во время два часа, вы верите в то, что видите. Так что я думаю, как ты говоришь о лжи - это то, как вы говорите о художественной литературе.


Это идея, которая вообще возникает? в вашем новом фильме ( L’Amant Double ) показывать в Каннах?

Речь идет о нуждаются в двойной жизни, так что да, может быть, есть какие-то ссылки между двумя.


Но не сознательно, не намеренно?

Я ничего не осознавая!


Джойс Кэрол Оутс [who написал книгу, на которой основан L’Amant Double ] является невероятно плодовитым писателем, и многие скажут, что ты тоже плодовитый. Как вы думаете, почему это так?

Это мой ритм. Мне нравится снимать фильмы! у меня много друзья, режиссеры, которые очень страдают, когда снимают фильмы.Конечно, Я тоже страдаю, потому что это искусство. Это наша работа. Но есть много удовольствие - это очень увлекательно, очень сложно.

И еще у меня нет проблем с вдохновение. Вокруг меня много историй. Итак, если бы у меня была свобода делать пять фильмов в год, я бы делал это. Я был бы очень счастлив в Голливуде в течение 40-50-х годов снимал много разных фильмов - мюзиклов, детективов, комедии, триллеры…


Думаешь, ты будешь когда-нибудь тормозить?

Может быть.Я не знаю. Посмотрим после Канн.

Подписаться, чтобы прочитать | Файнэншл Таймс

Разумный взгляд на мировой образ жизни, искусство и культуру

  • Полезные чтения
  • Интервью и отзывы
  • Кроссворд The ​​FT
  • Путешествия, дома, развлечения и стиль

Выберите вашу подписку

Пробный

Попробуйте полный цифровой доступ и узнайте, почему более 1 миллиона читателей подписались на FT

  • В течение 4 недель получите неограниченный цифровой доступ премиум-класса к надежным, отмеченным наградами бизнес-новостям FT

Подробнее

Цифровой

Будьте в курсе важных новостей и мнений

  • MyFT - отслеживайте самые важные для вас темы
  • FT Weekend - полный доступ к материалам выходных
  • Приложения для мобильных устройств и планшетов - загрузите, чтобы читать на ходу
  • Подарочная статья - делитесь до 10 статьями в месяц с семьей, друзьями и коллегами

Подробнее

ePaper

Цифровая копия печатного издания

с простой навигацией.
  • Прочтите печатное издание на любом цифровом устройстве, можно прочитать в любое время или загрузить на ходу
  • Доступно 5 международных изданий с переводом на более чем 100 языков
  • Журнал
  • FT, журнал How to Spend It и информационные приложения включены
  • Доступ к предыдущим выпускам за 10 лет и к архивам с возможностью поиска

Подробнее

Команда или предприятие

Премиум FT.com доступ для нескольких пользователей, с интеграцией и инструментами администрирования

Премиум цифровой доступ, плюс:
  • Удобный доступ для групп пользователей
  • Интеграция со сторонними платформами и CRM-системами
  • Цены на основе использования и оптовые скидки для нескольких пользователей
  • Инструменты управления подпиской и отчеты об использовании
  • Единый вход на основе SAML (SSO)
  • Специализированный аккаунт и команды по работе с клиентами

Подробнее

Узнать больше и сравнить подписки

Или, если вы уже являетесь подписчиком

Войти

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *