Уютный трикотаж: интернет магазин белорусского трикотажа

Величайшая красота – Ой!

Величайшая красота – Ой!

“Великая красота”: размышления о Риме и любимом режиссёре. | Блогер mar_adentro на сайте SPLETNIK.RU 24 декабря 2017

Если красота спасёт мир, то итальянцы являются нашими земными спасителями. Когда я впервые увидела фильм неаполитанца Паоло Соррентино «Великая красота», я пребывала в состоянии экзальтированного транса. Пожалуй, нечто подобное можно было бы испытать от созерцания потолка в Сикстинской капелле под аккомпанемент вечного реквиема Lacrimosa. Это момент визуального и слухового опьянения, когда кружится голова и пол плывёт под ногами.

Схожий эффект я приписываю кинематографическим произведениям Соррентино. И если вдруг вы почувствуете некий сумбур в моих размышлениях, виляние и желание ухватиться за опору, то знайте, я пишу в состоянии художественной интоксикации.

Итак, первое проявление моей шаткой мысли заключается в отматывании плёнки памяти в 2008 год.

Мне столько лет, сколько уже не будет, и я пребываю не в самом приподнятом настроении (не из-за возраста конечно). Мой заботливый итальянский коллега по работе, осознав, что из состояния tristezza меня не способен вывести даже собственноручно приготовленный 

braciole di pollo, дарит мне на день рождения билет в Рим. Здесь должны звучать величественные аккорды органной музыки, потому что Вечный Город появился в моей жизни в самый подходящий момент, никогда после я не чувствовала необходимости и желания ехать куда-то одной. Моя сольная прогулка по Риму длиною в 3 дня раздосадовала бы мсьё Стендаля. Он говорил, что «в Риме нужно проводить время, если это возможно, так: три дня в обществе веселых собеседников и три дня в полнейшем одиночестве. Люди, не лишенные души, сошли бы с ума, если бы они все время оставались одни.» Вот и доверяй классикам после этого. Мой разум не помутился, а, наоборот, прояснился. В этом смысле мой личный опыт больше совпал с виденьем современника и соотечественника Стендаля, поэта Шатобриана: «Там земля, питающая размышления, прогулки, которые всегда о чем-нибудь ему расскажут и заменят общество».

Изящные развалины и лабиринты истории в буквальном смысле встряхнули меня. Пантеон (церковь Санта-Мария Ротонда) с его устремлённым оком в небо, встреча с античностью на Римском Форуме, вечерняя служба в одной из самых древних базилик Рима — Санта-Мария в районе Трастевере, отдых от часовых прогулок в уличном кафе на пьяцца Навона — до сих пор мне даже вспоминать удивительно, как эти вещи повлияли на меня. Находясь в Риме, я приняла одно из самых важных решений в моей жизни. И ещё я простила одного человека. У меня есть подозрение, что для нас предназначены не только встречи с людьми, способными изменить нас, но и встречи с местами. Думала ли я, будучи школьницей и вглядываясь в иллюстрацию развалин Коллизея в учебнике, что этот Вечный Город, оказавший беспрецедентное влияние на историю человечества, окажет влияние и на мою собственную?

В долгоиграющей перспективе влияние было настолько положительным, что в мои последующие поездки в Рим я уже не предавалась рефлексиям. Во второй и третий разы я приезжала не одна и смотрела на Рим глазами путешественника, приехавшего в город наслаждаться, а не искать ответы на сложные вопросы.

Паоло Соррентино в «Великой красоте» устраивает зрителю кинематографическую экскурсию по Риму. Конечно, можно ухмыльнуться и заметить — велика заслуга! Вон Вуди Аллен, устав идеализировать Нью-Йорк, взялся за Барселону, Париж и тот же Рим. Но, на мой взгляд, он показал города очень поверхностно, я бы даже рискнула сказать — лубочно, хоть и с голливудским размахом. Соррентино снимает совсем в иной стилистике. Он ­– философ-созерцатель и преданный последователь идей Федерико Феллини.Внешней величественности Рима он противопоставляет пороки римской богемы.

С одной стороны, этот город завораживает туристов. Некоторых даже настигает синдром Стендаля с летальным исходом. Восхищённый японский турист, сделав пару снимков с холма Яникул, замертво падает. Это буквальное приведение в действие грозных слов, которые ещё минуту назад зритель мог заметить, когда камера сфокусировалась на памятнике Гарибальди, — Roma o Morte (Рим или смерть).

Однако Соррентино раскрывает город и с другой стороны. Рим становится фоном, на котором разворачивается жизнь римской элиты. В центре повествования оказывается 65-летний сибарит-писатель Джеп (в исполнении Тони Сервилло), переживающий экзистенциальный и творческий кризис.

Его первое появление в кадре — наглядный пример того, как Соррентино использует изобразительную и музыкальную драматургию. Красота и необычность данного фильма заключается не в повествовательной стороне, а именно в визуальной и звуковой. Фильм начинается с церковной одухотворённой музыки. Женский хор стоит на балконе барочного 

Fontana dell’ Aqua Paola и исполняет удивительную по своей тонкости композицию на идише «I Lie», сочинённую Дэвидом Лэнг.

Камера скользит по полуденным видам, открывающимся с самого высокого холма города — Gianicolo, заглядывает в сквер, передаёт колыхание листвы, замирает на сидящих на скамейках фигурах людей, приближается к лицу солистки хора, стремительно захватывает лазурную воду в фонтане… Эту идиллию нарушает пронзительный женский крик на танцполе.

Добро пожаловать на крышу здания, где в экстазе танцуют люди не первой свежести под задорный итальянский техно-поп Fare l’Amore. Эта энергичная сцена представляет собой современную зарисовку по мотивам «Сладкой жизни» Феллини.

Из-за неоновой вывески Martini и движения камеры кажется, что вы смотрите рекламный или музыкальный ролик. На самом деле это всего лишь прелюдия к знакомству с главным героем Джепом Гамбарделла. Толпа раздвигается и появляется виновник торжества — седовласый бонвивант с самовлюблённой улыбкой и зажатой в зубах сигаретой. Ему исполняется 65 лет. В какой-то момент эмоция на его лице меняется, из неунывающего Арлекино он превращается в Пьеро. Внимательный зритель даже углядит схожесть с блаженным выражением лиц многочисленных статуй святых в Риме.

Вообще, противопоставление святого и мирского/вульгарного являются главным художественным приёмом Соррентино в данной картине. Этот контраст он передаёт через звук и образ.

Я уже не раз писала, что мне очень тяжело даются повторные просмотры фильмов. Я думала, что больше 2 раз даже понравившийся фильм я смотреть не могу. «Великая красота» убедила меня в обратном. Если вы смотрели его только один раз, считайте, что вы его не видели. Почему?

Первый просмотр этого фильма — обывательский взгляд, так вы смотрите даже самый незамысловатый голливудский блокбастер. Первый раз сразу отсеивает тех, кто готов довольствоваться кино-фастфудом, от тех, кто думает о себе лучше и представляется киноманом. Для этой второй категории второй раз — это взгляд посетителя музея. Если вы второй раз попадаете в Прадо, то будете рассматривать триптих Босха «Сад Земных Наслаждений» ещё детальнее, чем в первый, вы будете поражаться ещё больше и видеть то, что было затуманено первичным эффектом 

вау. Третий раз — взгляд заинтересованного ученика, прилежно выполнившего домашнюю работу. В случае с «Великой красотой» это можно объяснить опять же на примере музыки. После первого раза, вас, скорее всего, заинтересуют две зажигательные композиции, под которые отплясывают итальянские crème de la crème — Fare l’Amore (Заниматься любовью) и испанская Mueve la Colita, которая даже взрослым дарит ощущение детского утренника, правда посыл «Встаньте, дети, встаньте в круг» проходит через возрастной апгрейд — припев призывает тётенек двигать своими попами, а потом звучит вопрос — Куда нравится женщинам? На него предполагается отвечать определённым откровенным телодвижением. И далее в том же духе.

Так вот после второго просмотра, вы возможно задумаетесь о чём-то более важном, чистом, вечном и поинтересуетесь словами к другим музыкальным композициям фильма, которые звучат по-христиански умиротворяюще. Вы узнаете, что одна из песен является музыкальным переложением известных стихов шотландского поэта Роберта Бёрнса «My Heart in the Highlands» («В горах моё сердце»). Другая называется «The Lamb» («Агнец») и была написана на слова стихотворения Уильяма Блейка из цикла «Песни невинности». А сквозная музыкальная тема называется «Beautitudes» — это «Заповеди блаженства», музыку к которым написал наш русский композитор и музыковед Владимир Мартынов (отечественному зрителю он может быть известен по саундтреку к фильму «Остров» П. Лунгина). Получается, что, отыскав слова к этим песням, мы приобретаем фоновые знания, позволяющие глубже воспринимать происходящее в фильме. Для меня, например, стала открытием одна интересная деталь, когда музыкальный образ становится визуальным. Я писала выше, что фильм открывается лиричной песнью «I lie» («Я лежу»). Тему 

лежачего положения Соррентино поддерживает на протяжении всего фильма при помощи кадров, в которые попадают люди и статуи в горизонтальном положении. Это может быть голое тело красавицы Рамоны.

Или сам Джеп то в гамаке, то один в своей кровати, то не один в чужой кровати.

Или уснувшая на полу “Святая”, монахиня Мария. Либо, ставшая визитной карточкой фильма, статуя лежащего Марфорио (одна из 6 «говорящих статуй» в Риме).

У Соррентино всё, попадающее в кадр (и, конечно, здесь велика заслуга соратника режиссёра — оператора Луки Бигацци), имеет важную эстетическую, а лучше сказать — гедонистическую, функцию.

Эта скульптурная «горизонталь» хорошо контрастирует с портретной вертикалью.

Подобно Феллини в «8 ½» Соррентино использует фантасмагорию. Сцены с исчезающим жирафом в ночной обстановке древнейших терм Каракаллы или со стаей фламинго, слетевшейся на крышу квартиры Джепа, стирают границу между вымыслом и явью.

Главная красота фильма заключается в его недосказанности и загадке. Не все зрители после первого просмотра понимают, что фильм «Великая красота» — это виртуозный кинематографический фокус. Итальянский режиссёр проверяет зрителя на внимательность. Подсказка есть в самом начале и в самом конце. В качестве эпиграфа на чёрном фоне появляются слова французского писателя Л.Ф. Селина из романа «Путешествие на край ночи»:

Путешествовать — полезно, это заставляет работать воображение. Все остальное — разочарование и усталость. Наше путешествие целиком выдумано. В этом его сила.

Оно ведет от жизни к смерти. Люди, животные, города и вещи ­– все выдумано. Роман — это всего лишь вымышленная история. Так говорит Литре, а он никогда не ошибается.

И главное: то же самое может проделать любой. Достаточно закрыть глаза.

Это по ту сторону жизни.

Трюк Соррентино в том, что его герой Джеп закрывает глаза на протяжении фильма несколько раз. Где он грезит, а где живёт по-настоящему — это нужно определить зрителю. Задача режиссёра — постоянно наводить вас на сомнения. Действительно ли умерла новая подружка Джепа, Рамона, прямо у него в квартире, или это плод больного воображения писателя?

И только внимательные зрители поймут, что появившийся в конце на экране заголовок «Великая Красота» является названием не только фильма Соррентино, но и второго романа Джепа Гамбарделлы.

Разбирать такое кино можно долго. Помимо сильной изобразительной и музыкальной драматургии, у «Великой красоты» много слоёв и философская заряженность. Каждый пытается найти в жизни свою красоту, свой смысл жизни. Что для 104-летней монахини — Христос, для Джепа — любовь его молодости, Луиза. Понять это можно только благодаря прекрасно выстроенной смене кадров, которые объединяет единая линия восхождения.

Старая монахиня на коленях поднимается по Святым Ступеням к изображению распятого Христа, а Джеп поднимается по лестнице в живописном месте к молодой и прекрасной Луизе.

Для себя я отметила, что формула успеха «Великой красоты» была повторно использована Паоло Соррентино в сериале «Молодой папа». Он снова сделал ставку на величественную архитектуру Рима, фотографическую передачу человеческих слабостей и пороков, духовную красоту и едкий, но поэтичный социальный комментарий.

Дорогие читатели, на этой ноте я закрываю свою серию постов 2017. Поздравляю вас с наступающим Рождеством и Новым Годом. Пусть Красота наполняет ваши сердца и дома!

Marina Condal

P.S. Противоречивость Рима, кинематографически описанная Паоло Соррентино, тоже вечная, как и сам Рим. Это натолкнуло меня на воспоминание о мощнейшем историческом романе «Камо грядеши» классика польской литературы Генрика Сенкевича. Он создал уникальное художественное произведение о Риме в последние четыре года правления Нерона. Это была эпоха противоборства языческой античности и христианства. Написано увлекательно, достоверно и очень ярко.

 

 

 

 

www.spletnik.ru

Фильм Великая красота 2013 смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве

Фильм Драма Италия, Франция 2013 18+

Великая красота повествует о жизни Джепа Гамбарделла — пожилого писателя и журналиста. Он очень умен, начитан, проницателен и видит людей «насквозь», подмечая все нюансы, которые те стремятся скрыть. Большую часть своей жизни он провел в Риме - самом красивом и помпезном городе мира и здесь же он шумно отмечает свой шестьдесят пятый День Рождения с огромным количеством гостей, алкоголем и громкой музыкой. Но после торжества занимает позицию пассивного наблюдателя. Апатично и безрадостно, на закате собственной жизни, Джеп наблюдает за богатыми и поверхностными людьми, чьи мелкие страсти проходят на фоне древнего города. А за встречами и разговорами со своими друзьями он выстраивает диалог в таком ключе, что складывается ощущение: главный герой пытается «докопаться» до истины, найти смыл, спрятанные за всей этой мишурой. Фильм Великая красота наполнен великолепными кадрами и яркими цветами, которые, ненадолго переносят в то самое итальянское теплое лето. Лето с его ласковыми солнечными лучами и легкостью, нежным ароматом цветов и теплыми ночами. А музыка гармонично дополняет всю картину, создавая невероятную атмосферу. Фильм Великая красота получил премию «Оскар» в 2014 году за лучший фильм на иностранном языке. Смотрите Великая красота фильм онлайн бесплатно в хорошем качестве на Tvigle.ru.

www.tvigle.ru

«Великая красота» как новая религия

Джеп Гамбарделла (любимый актер Соррентино Тони Сервилло) – превосходный писатель, автор бестселлера «Человеческий аппарат». Правда, было это сорок лет назад, и с тех пор он не написал ни одной книги. Но переживать нечего: только что ему исполнилось 65, и по такому поводу на одной из крыш в центре Рима состоялась превосходная вечеринка. Прогуливаясь вдоль набережной после бессонной ночи, Джеп вспоминает, как приехал из Неаполя (с тех пор он ни разу не покинет Рима) и как быстро добился здесь успеха: «Я хотел быть королем. Не просто ходить по вечеринкам, а иметь власть испортить любой праздник». Но и цинизм, такой же врожденный, как его талант; и изученные в совершенстве с годами (и нисколько не изменившиеся со времен Феллини) правила поведения в высшем свете не могут заменить главного. Его потребности в красоте, ради поисков которой Джеп, по сути, и отказался от карьеры успешного писателя. Вместо того он скрылся от творчества в богемной (и наверняка жутко дорогой) двухэтажной квартире с террасой, с которой Колизей виден как на ладони. Чтобы оплачивать счета и закатывать вечеринки, доходов от одной книги, пусть даже очень успешной, недостаточно. Поэтому он подрабатывает колумнистом в модном журнале – делает интервью с такими же, как он, представителями арт-богемы. Одна раздевается догола, разукрашивает лобок в цвета советского флага и, незаметно обмотав голову поролоном, с разбега врезается в стену. Позже в интервью она будет сыпать многозначительными фразами, уходя от конкретных вопросов одной и той же уловкой: «Я художник, мне не надо ничего объяснять». Другой – совсем молодой, всем своим видом напоминающий Иисуса, впервые на экране появляется тоже голым, но уже выкрашенным в красный с ног до головы. Его богатая мамаша готова на все, чтобы избавить сына от депрессии, но никаких денег мира не хватит, чтобы наполнить пустую жизнь смыслом. Тогда бледный юноша со взором потухшим садится в автомобиль и жмет на газ, разбивая свою набитую бесполезными цитатами голову. Третья – самая юная – набрасывается на гигантский холст с банками краски, размазывая ее руками и давясь от слез, пока вставшие полукругом гости ее отца раздаются восторженным хохотом.

Конечно, профессионал уровня Гамбарделлы может и в таких условиях бесконечно имитировать мысль, оправдывая свою бездарность социальной ответственностью перед читателями, которая на деле оказывается просто еще одним удобным способом разбогатеть. Так поступает подруга Джепа, одна из немногих, кто не только выражает неприятие праздным образом жизни его компании, но и резко выделяет себя из их числа. На это Гамбарделла отвечает спокойно и с улыбкой, пытаясь даже в такой ситуации выглядеть джентльменом и одновременно нарушая все правила приличия, главное из которых – филигранное владение всеми возможными фигурами умолчания. С прямотой, достойной безупречных длинных ног своей собеседницы, Джеп отвечает: «Ты такое же ничтожество, как и мы». Гостья, выпрямившись, на безупречных ногах отправляется прочь.

Такой же отрезвляющий эффект, но уже на него, производит визит неизвестного бородатого мужчины. Последние 35 лет он был мужем женщины, которую Джеп называет своей первой любовью. Сорок лет назад (когда он приехал в Рим из Неаполя и единственный раз, когда написал что-то настоящее) она бросила его, не объяснив почему. А теперь он узнает, что ее больше нет. Пытаясь совладать с собой, Джеп отправляется в клуб. Но не в тот образец современной роскоши, к которым он привык, а классический бордель с историей. Им, как и раньше, заведует его старинный друг. За десятилетия, что они не виделись, изменилось мало. Разве что друг перешел с кокаина на героин, а его дочь Рамона (Сабрина Ферилли, большая звезда у себя на родине) выросла в сногсшибательную красавицу. Вот она, прямо перед тобой, танцует стриптиз так, что ни одной полячке и не снилось. В свои 42 она все еще одна. И для Джепа это знакомство – шанс прикоснуться к другой, настоящей жизни, из плоти и крови. Но так уж пошло, что все, к чему он прикасается, обращается в пыль.

«Сладкая жизнь» начиналась с хрестоматийного пролета над Римом вертолета, несущего статую Иису с разведенными руками. Под ним пролетал Вечный город, который застали за масштабной стройкой. Иисус будто благословлял новые сваи посреди древних развалин на долгую счастливую жизнь. Образ, одновременно возвышенный и язвительный – отчего и спровоцировал отрицательную реакцию Ватикана. В «Великой красоте» божественное буквально пронизывает каждый кадр. Но только божественное здесь хорошо спрятано. Наивно искать его в женском монастыре под окнами Гамбарделлы, чьи молодые послушницы с озорным блеском глаз прижимают к решетке ограды свое лицо, подставляя румяные щеки утреннему солнцу. Нет его и в натуральной святой – полуслепой древней старухе, сестры Марии, собирающейся на коленях преодолеть 28 ступеней Святой лестницы Латеранского дворца. И уж тем более максимально далека от святости официальная церковь, чей главный представитель в кадре – сухонький низенький кардинал с репутацией отличного экзорциста.

Божественное и есть великая красота. Осколки небывалой культуры, которые ныне покоятся в пыльных заброшенных домах за тяжелыми дверями. Ключи от них носит с собой необычный ключник или, как сам он себя называет, «человек, которому можно доверять». Худой молодой мужчина во фраке, с палочкой и в очках. Один из самых ценных знакомых Гамбарделлы. Он проводит для Джепа и его спутницы ночную экскурсию, которая станет для Рамоны чем-то вроде откровения. Столкнувшись раз с подобной красотой, танцовщица, неподготовленная, просто не справится с ее величием. Точно так же, как не справился с красотой самого обычного Рима японский турист, замертво падающий со своим фотоаппаратом на смотровой площадке в прологе фильма.

Центральным же образом, объединяющим красоту и божество, станет исполненное под музыку эстонского композитора Арво Пярта знаменитое стихотворение шотландского поэта Роберта Бернса «My heart's in the highlands». (Мы его знаем в переводе Маршака как «В горах мое сердце».) Пярт, посвятивший когда-то несколько произведений памяти Анны Политковской и написавший симфонию в честь Михаила Ходорковского, в мире известен как один из самых успешных композиторов, использующих в творчестве классические религиозные мотивы (за что в 2011 году был включен в состав Папского культурного совета). Переосмысленное им «В горах мое сердце» – настоящая молитва, пронизывающая весь фильм, и сопровождающая главного героя в самые тяжелые минуты.

Феллини оставляет своего героя задохнувшимся в погоне за сладкой жизнью. Мастрояни у него - как тот гигантский скат, выброшенный на берег. У Соррентино же финал оборачивается очередной, последней лестницей к благословению. Ее 28 ступенью. Так Джеп, потеряв любимых, друзей, саму прошлую жизнь, кажется, наконец-то набирается сил сесть за новый роман.

Это обилие метафор делает название самого фильма – «Великая красота» – максимально буквальным. Красота здесь и есть единственная религия. Она спасает от разрушительных соблазнов и дарит величие, а значит, и вечную жизнь.

www.mk.ru

Великая красота 2013 смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве

Рейтинг
7.7 7.6 7.8
Название
La grande bellezza
Год
2013
Жанры
драма, комедия
Страна
Италия , Франция
Режиссёр
Паоло Соррентино
Сценарий
Паоло Соррентино, Умберто Контарелло
Актёры
Тони Сервилло, Карло Вердоне, Сабрина Ферилли, Карло Буччироссо, Яя Форте, Памела Виллорези, Галатеа Ранци, Франко Грациози, Джорджо Пазотти, Массимо Пополицио
Время
Премьера
21 мая 2013 в мире
10 октября 2013 в России
DVD
16 декабря 2013

Аристократки, нувориши, политики, преступники высокого полёта, журналисты, актёры, декаденствующие отпрыски благородных семейств, священники, художники, подлинные или мнимые интеллектуалы… Всех их поглощает современный Вавилон, пока они ткут канву непрочных взаимоотношений, предаваясь суетной жизни на фоне старинных дворцов, огромных вилл и великолепных террас. Все они здесь, и никто не предстаёт в выгодном свете. Апатичный и разочарованный 65-летний Джеп Гамбарделла, писатель и журналист, не расстающийся со стаканом джина с тоником, наблюдает за этим парадом влиятельных, но пустых и потерянных людей, которые производят на него гнетущее впечатление. Головокружительная картина потери нравственных ориентиров разворачивается в атмосфере великолепного и безразличного римского лета. Вечный город подобен умершей диве.

y1.zona.plus

Рецензия на фильм «Великая красота»

Элегическая сатира о том, чем XXI век отличается от предыдущего столетия – разумеется, не в лучшую сторону

Рецензии Великая красота

Стареющий журналист и писатель меланхолично блуждает по своему родному, любимому и ненавистному городу – Риму. Старые привязанности и новые любови, подброшенные по знакомству халтуры и воспоминания о единственном написанном романе, подлинники старых мастеров и перформансы постылых авангардистов – все сливается в единую фреску, наконец-то знаменующую, с опозданием на сто лет, долгожданный закат Европы.

 

Великая красота

Перформансистка, у которой Джеб берет интервью в самом начале, – очевидная отсылка к Марине Абрамович

Для Паоло Соррентино – возможно, самого одаренного и самобытного из современных итальянских режиссеров – пиком славы стало награждение каннским Призом жюри эксцентричной кинобиографии экс-премьера Джулио Андреотти «Изумительный». Это и позволило ему шагнуть в сторону, сняв кино в США, да еще и с Шоном Пенном в главной роли: увы, фильм «Должно быть, это здесь» не оценили ни на родине автора, ни вне оной. «Великая красота» – демонстративное возвращение в Италию: вот вам сумерки цивилизации, обломки древности, гротескное скопление музейных типажей, бродящих, словно призраки, по набережным и площадям Вечного города. Такая красота, что можно упасть замертво – что и происходит с наивным туристом-азиатом в первых кадрах фильма.

Тони Сервилло, больше известный как театральный режиссер и актер, снимается у Соррентино уже в четвертый раз. Их предпоследняя совместная работа, «Изумительный», принесла артисту несколько призов, включая «Давида ди Донателло» и Премию Европейской киноакадемии

Упоительный калейдоскоп красивостей и уродств современного Рима, многослойного города-пирога, от которого у эстетических диабетиков запросто может случиться приступ, в единую картину склеивает присутствие Джепа Гамбарделлы, еще одного незабываемого персонажа в копилке Тони Сервилло. Модник и пижон, философ и репортер, литератор и ловелас, он проживает каждый день как юбилей (на таком празднике в начале фильма мы с ним знакомимся), после которого и умереть не страшно. Но процесс распада растянулся на столетия, и остается лишь одно – наслаждаться остановленным моментом, ловя приметы красоты там, где удастся застигнуть их врасплох. В мимолетном воспоминании, в женском профиле, в случайной фразе, в колоннаде старого здания или вдруг выглянувшей из-за урбанистического ландшафта морской глади. Любовь, творчество, вера в Бога: все то, что когда-то приближало нас к абсолюту, безвозвратно кануло в прошлое. Карикатура на феллиниевскую «Сладкую жизнь» оборачивается печальным диалогом с ней: сколько сладости способно вынести человечество? Ответ – в скупых и в то же время поэтичных последних сценах фильма.

Смотрите в кино с 10 октября.

www.film.ru

Великая красота — Википедия. Что такое Великая красота

«Великая красота» (итал. La grande bellezza) — эпическая киносатира на современное общество от режиссёра Паоло Соррентино, представляющая собой «портрет утопающего в декадентской неге современного Рима»[2]. В прессе именовалась своеобразным переосмыслением, вольным ремейком знаковой драмы Федерико Феллини «Сладкая жизнь»[3][4].

Вошла в основную конкурсную программу 66-го Каннского кинофестиваля, была удостоена четырёх призов Европейской киноакадемии, в том числе за лучший фильм года. Отмечена «Оскаром», «Золотым глобусом» и BAFTA в категории «Лучший фильм на иностранном языке». Подавляющей частью иностранной кинопрессы «Великая красота» признана одним из лучших фильмов 2013 года.

Сюжет

«Путешествовать — полезно, это заставляет работать воображение. Все остальное — разочарование и усталость. Наше путешествие целиком выдумано. В этом его сила» (вступительные кадры, цитата Луи-Фердинанда Селина, «Путешествие на край ночи»).

Главный герой фильма — Джеп Гамбарделла (Тони Сервилло) — блестящий писатель, автор нашумевшего бестселлера «Человеческий аппарат». Ему только что исполнилось 65 лет и он бурно празднует юбилей на крыше в центре Рима. После бессонной ночи он гуляет по набережной и борется с нахлынувшей ностальгией по былым временам в Неаполе, из которого он в молодости перебрался в столицу Италии.

Гамбарделла столь же циничен, сколь талантлив и состоятелен: он владеет богемной двухэтажной квартирой с видом на Колизей, по ночам переходит от одной вечеринки к другой. В дневное время суток он подрабатывает колумнистом в местном модном журнале, поддерживает контакт с представителями итальянской арт-элиты.

Однажды Джепа навещает немолодой бородатый мужчина, сообщающий ему, что первая и фактически единственная любовь Гамбарделлы ушла из жизни. Сорок лет назад она рассталась с Джепом, не сообщив причины. После её смерти мужчина, оказавшийся супругом женщины, прочитал в её дневнике, что всю жизнь она любила и ждала только Джепа. С этого момента Джеп начинает задумываться о прожитых безвозвратных годах, задавать себе сакральные вопросы: «А не растратил ли я эту самую жизнь впустую?».

Лейтмотивом картины выступает обработанное композитором Арво Пяртом стихотворение Роберта Бёрнса «В горах моё сердце» (англ. My heart's in the highlands)[3], сопровождающее Гамбарделлу в самые тягостные моменты повествования.

Место действия

Действия фильма разворачиваются в Риме, причем популярные туристические места подаются с неожиданных ракурсов или в необычное время. В этом отношении фильм вписывается в традицию, заданную «Римом» Ф. Феллини.

В ролях

Отзывы

Режиссёр, которого считают одним из лучших в Италии, но не великим, а всего лишь выдающимся — потому что время великих прошло. Об этом отчасти он и снимал «Великую красоту» — историю престарелого светского льва и журналиста, когда-то обещавшего стать большим писателем… Выдающийся, но очень грустный фильм.

Картина Соррентино вошла в основной конкурс 66-го Каннского кинофестиваля, где журналистами была принята крайне тепло. Елена Слатина, обозреватель российского издания журнала The Hollywood Reporter, особенно отмечала операторскую работу Луки Бигацци[en], «очень здорово снявшего знойный, величественный, но какой-то безжизненный Рим»[6].

Киновед Андрей Плахов начинает свою рецензию с недовольства российским названием ленты, подобранным локализаторами: «Итальянский язык гораздо больше русского подходит для выражения возвышенных понятий, к тому же в данном случае „великая красота“ как бы берется в кавычки, так что недаром какой-то острослов предложил именовать картину „Красотища“»[7]. «Соррентино прыгнул выше самого себя — снял лучший свой фильм. Но мы знаем: просто рядом не было Феллини. … Кино высокого полета, хотя до итальянской классики полувековой давности ему все равно не дотянуть», — подытоживает Плахов[7].

Неоднозначные эмоции вызвала работа Соррентино у Валерия Кичина[8]:

«Автор фильма сколлекционировал в своей кинофреске многие мотивы итальянского кино, прозвучавшие за эти полвека: по фильму разбросаны аллюзии к Этторе Скола, Марио Моничелли, Марко Беллоккьо. … Паоло Соррентино предпринял отчаянную попытку продолжить тему, но выяснилось, что Феллини, как всякий гений, её исчерпал — дальше идут только повторения и подражания.»

Антон Долин восторгается актёрской работой интеллектуала Тони Сервилло и сообщает о том, что «сюжета как такового в фильме нет вовсе, и это признак не слабости, а независимости»[4]. «В своем предыдущем англоязычном опусе „Должно быть, это здесь“ Соррентино попробовал, как это делают американцы, „рассказать историю“ (и это был самый неудачный его фильм), а здесь, вернувшись на родную почву, отдался атмосфере вальяжного и демонстративно бессодержательного декаданса», — продолжает Долин[4].

При подведении киноитогов 2013 года «Великая красота» была включена в подавляющее большинство списков лучших фильмов года, в том числе по версии журналов Sight & Sound (4-е место), Time (2-е место), Empire (9-е место из 50) и Total Film[en] (30-е место из 50). В свой личный топ-12 картину внёс маститый испанский кинорежиссёр Педро Альмодовар, поместив её на второе место[9].

Награды

Примечания

Ссылки

wiki.sc

текст, цитаты фильма, читать содержание, описание

Путешествовать полезно, это заставляет работать воображение. Все остальное - разочарование и усталость. Наше путешествие целиком выдумано. В этом его сила.
Оно ведет от жизни к смерти. Люди, животные, города и вещи - всё выдумано. Роман - это всего лишь вымышленная история. Так говорит Литре, а он никогда не ошибается.
И главное: то же самое может проделать любой. Достаточно закрыть глаза. Это по ту сторону жизни. Луи-Фердинанд Селин, "Путешествие на край ночи".
Как же ты достал!

- Тут и коктейли есть, с вишенками!
- Эй, засранцы!
Перепихнёмся?
Эрмано не видел?
Я бы запердолил!

- Слышишь?
- Отвали!
Эй, какого хрена...
У меня украли телефон!
Сейчас я снимаюсь в двух фильмах. В одном играю Папу,
а в другом - торчка-токсикомана, решившего завязать.
Как увлекательно! А в театре - ничего?

- Мы с Пьетро ставим кое-что из Шекспира... Но спектакль должен быть часа на 3, минимум.
- Разумеется.
Это будет эпохальная вещь... А потом - баста, хватит с меня захолустных городишек.
Я тут пишу одну пьесу для театра, её концепция...

- Ну а ты?
- Не знаю, наверное, брошу театр.
В этой дерьмовой стране вообще нет нормальных женских ролей.
Думаю с головой уйти в написание своего первого романа, вещь в стиле Пруста.
Да ты что! А знаешь, Пруст - мой любимый писатель.
Да, и ещё Амманити. Надо же, какое совпадение...

- Что это за дама?
- Не узнаёшь?

- Лорена.
- Кто? - Лорена.
Бывшая теледива, нынче в полном упадке, морально и физически.
Первый раз её вижу, да у меня и телевизора никогда не было...
Виола, я в курсе, что у тебя нет телевизора. Ты твердишь об этом с первого дня, сколько тебя помню.

- А теперь она чем занимается?
- Да ничем. С какой стати?
Да здравствует Джеп! Да здравствует Рим!
С днём рождения, Джеп!
Ещё мальчишками, на этот вопрос мои друзья отвечали только одно:
"Киска".
Я же отвечал иначе: "Запах домов, где живут старики".
Вопрос же был: "Что тебе нравится больше всего в жизни?"
Я был рождён, чтобы чувствовать.
Мне было предназначено стать писателем.
Мне было предназначено стать Джепом Гамбарделлой.
ВЕЛИКАЯ КРАСОТА
Ты даже не смотрела в мою сторону.
Романо, не заводи опять эту шарманку. Мы не жених и невеста.

- Тебе понравился тот тип?
- Мне нравятся все и никто.
Странно, как только тебе нравится никто, ты тут же вспоминаешь обо мне.

- Отвезёшь меня завтра в аэропорт?
- Конечно!

- Во сколько у тебя вылет?
- Через три часа.
Три часа? Может, мне лучше прикорнуть у тебя на диване...
Нет, мне ещё чемодан укладывать. Ненавижу, чтобы в доме при этом кто-то болтался.

- Но я живу на другом конце города!
- Жду тебя в 8.
Спокойной ночи.
Ребята!
Ребята!
Дети!
Идём!
Кателлани...
Ну конечно, он - лучший.
Ваш костюм... Вы его шили у Кателлани?
Не было никаких сомнений в его гнусных

cinematext.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *