Журнал мужской вконтакте: здоровье, карьере, вкусной еде, автомобилях

Содержание

Оптина Пустынь – Официальный сайт Введенского ставропигиального мужского монастыря

Предстоятель: Биография Патриарха Кирилла Патриархия
Наместник
История монастыря: Благословенная Оптина Предтеченский Скит Некрополь
Оптинские старцы: Общая страница Наследие Обретение мощей
Новомученики и исповедники: Жития Статьи, документы
Братия, убиенные на Пасху 1993 г.
3D-экскурсия
Храмы
Паломникам: Автобус в Оптину Проживание паломников Экскурсии по монастырю План монастыря и скита
Проповеди
Молитвослов
Библиотека: Электронные книги Книги, статьи Ноты Исповедный листок
Публикации
Аудиогалерея: Аудио-трансляция Аудиокниги Песнопения Проповеди Молитвы
Видеогалерея
Фотогалерея
Пожертвования: Сделать пожертвование Реквизиты монастыря
Поиск по сайту

Приглашаем всех желающих поучаствовать в проекте

Сайт синодального отдела по монастырям и монашеству

Будьте осторожны!
В сети интернет существует сайт «Оптина Пустынь — Живая летопись», администраторами которого является околоцерковная группа людей, не имеющих к монастырю Оптина пустынь никакого отношения.

Подробнее →

Московское подворье

Подворье в Санкт-Петербурге

Заказать поминовение Расписание богослужений

Какие бы ни были огорчения, они подобны малейшей искре, т.е. если плюнешь – потушишь. Если же эту малейшую искру будешь раздувать, то произойдет пламень и все доброе устроение в человеке истребит, а раздуванье это составляется от многомыслия, например: „Сердце мое под тяжелым крестом; истинно горькая жизнь монашеская: все сердце изорвалось».
преп. Антоний

Погода суровая, дождь, ветер и холод, так что и к шубе, и к топливу надо прибегнуть. Но ведь не всегда благотворность воздуха и ясная погода полезны, заводятся в растениях черви и другие насекомые, вредящие благим плодам. Так бывает и в нашем духовном устроении: посещение благодати, мир, тишина и спокойствие от стужения страстей если продолжительно и постоянно с нами пребывают,– то опасно, что можем прийти в высокоумие и лишиться заступления, и не будем искусны в борении страстей, и удалимся от скорбного пути. А потому Бог искушает нас противными, к познанию нашей немощи, к терпению и смирению.
преп. Макарий

На земле все временно и кратковременно и скоропреходяще. Скоро все проходит, как приятное и отрадное, так и прискорбное и болезненное. Ежели мы избрали для себя путь благочестия, то должны помнить и не забывать апостольское слово: вси хотящии благочестно жити о Христе, гоними будут (2 Тим, 3, 12).

преп. Амвросий

цифровых экстремистов копаются в Центральной Азии через Telegram и ВКонтакте, пропагандируя насилие и вербовку для терроризма

Аргумент

Точка зрения эксперта на происходящее.

Почти 500 экстремистских каналов в Telegram, ВКонтакте и других сетях занимаются пропагандой и борьбой за рекрутов. Многие из них связаны с «Исламским государством».

Мужчина оставляет цветы рядом с портретами жертв перед ночным клубом «Рейна», где узбекский боевик, действовавший от имени «Исламского государства», убил 39 человек.

Стамбул, 31 декабря 2017 г.

Мужчина оставляет цветы рядом с портретами жертв перед ночным клубом Reina, где узбекский боевик, действовавший от имени Исламского государства, убил 39 человек, Стамбул, 31 декабря 2017 г. ЯСИН АКГУЛ/АФП через Getty Images

11 ноября 2020 г., 9:17

Центральная Азия долгое время была цифровой заводью. Однако за последнее десятилетие в пяти республиках региона — Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане — произошла быстрая цифровая трансформация. Широко распространены высокоскоростные оптоволоконные соединения, мобильные телефоны и социальные сети, а количество онлайн-сервисов и технических центров растет. Тем не менее, Интернет, как всегда, является обоюдоострым мечом: по мере того, как все больше выходцев из Центральной Азии выходят в интернет, они сталкиваются с изощренным экстремистским контентом на своих родных языках и сталкиваются с серьезным риском радикализации.

Глобальные джихадистские движения закрепились в регионе. Террористические ячейки, связанные с Центральной Азией, якобы стояли за терактами в Нью-Йорке и Санкт-Петербурге в 2017 году, Стокгольме в 2018 году и Стамбуле в 2019 году. вернулся из кампаний в раздираемом войной Афганистане, Ираке и Сирии. Одна из причин, по которой их так трудно контролировать, заключается в том, что многие центральноазиатские экстремисты мигрировали в Интернет.

Новое поколение цифровых экстремистов Центральной Азии работает на благодатной почве. Они могут нацеливаться на огромное количество молодых людей, у которых мрачное будущее с туманными возможностями для получения образования, ограниченными перспективами трудоустройства и малой социальной мобильностью. Средний возраст в регионе составляет всего 27 лет по сравнению с 38 годами в США и 44 годами в Западной Европе. Авторитарные полицейские государства оставляют мало возможностей для значимого политического самовыражения. Чтобы их жалобы были услышаны, разочарованные молодые люди обращаются ко все более радикальным движениям, которые им все легче найти в социальных сетях или других онлайн-платформах.

Новое поколение цифровых экстремистов Центральной Азии работает на благодатной почве.

Несмотря на то, что многие воинствующие экстремисты Центральной Азии часто являются доморощенными, они связаны с сетями «Аль-Каида», «Исламское государство» и «Талибан». Их союзы часто изменчивы, а мотивы разнообразны. И они не только ищут в Интернете новых рекрутов в странах Центральной Азии, но и выбрасывают в растущую диаспору, поскольку безработные молодые люди ищут счастья в других странах региона, включая соседнюю Россию.

В Сирии, например, большинство боевиков из Центральной Азии действует под прикрытием «Хайат Тахрир аш-Шам», салафитского ополчения, сражающегося с режимом Асада. В их число входят две преимущественно узбекские группы: «Тавхид ва джиход катибаси» и «Катибат имам аль-Бухари». Эти узбекские группировки также действуют в Афганистане, где они сотрудничают с талибами. «Хайат Тахрир аш-Шам» также активно действует на Северном Кавказе в России и включает такие джихадистские группы, как «Имарат Кавказ» и «Лива аль-Мухаджирин валь-Ансар». Их основной целью является освобождение Чечни, Дагестана и Ингушетии от российского правления, и они активно вербуют в России большое количество трудовых мигрантов из Центральной Азии.

Существует также несколько террористических групп, связанных с Исламским государством, которые продолжают действовать в самой Центральной Азии и обычно используют узбекский, таджикский и русский языки.

Например, Исламское государство Хорасан, группа, получившая свое название от исторического региона, включающего современный Иран, Афганистан и Среднюю Азию, заявляет, что представляет террористическую сеть в этих странах. Согласно онлайн-исследованию SecDev Group, организация утверждает, что у нее есть оперативники в Афганистане, Пакистане и Таджикистане.

Что объединяет эти и другие идеологически несопоставимые экстремистские группировки, так это то, что они полагаются на социальные сети для связи со своими последователями и сочувствующими. SecDev выявила почти 500 отдельных каналов, используемых экстремистскими организациями Центральной Азии в Telegram, а также в Facebook, Instagram, Twitter, Youtube и популярных российских платформах «ВКонтакте» и «Одноклассники». но также узбекский, таджикский и кыргызский. На эти каналы подписано более 174 000 человек, а общая аудитория оценивается в миллионы.

Напряженность в отношениях между Россией и Турцией — еще одна заметная тема, часто сопровождаемая призывом к оружию в поддержку Турции, где преобладает мусульманское население.

Некоторые экстремистские группы более активны в цифровом мире, чем другие. Например, группировки «Исламское государство», в том числе «Исламское государство Хорасан», имеют самое большое присутствие в социальных сетях в регионе: по состоянию на июль 2020 года у них более 174 каналов и более 66 000 подписок на их различных платформах. каналы и почти 50 000 подписок. Другие группы зарегистрировали от 1000 до 16000 подписок. Но трудно точно сказать, сколько экстремистов активно — и есть большая вероятность, что их занижают, поскольку они все чаще используют для общения зашифрованную платформу обмена сообщениями Telegram.

Многие посты этих разрозненных групп активно пропагандируют применение насилия для достижения политических целей, включая явные угрозы и призывы к борьбе с «неверными», где бы они ни находились. Графические изображения насилия в Сирии, Ираке, Ливии и других зонах конфликтов, хотя и реже, чем в прошлом, все еще циркулируют. Каналы также склонны связывать свои собственные локальные причины с конфликтами в других частях мира.

Например, когда этим летом обострились боевые действия в Нагорном Карабахе, SecDev обнаружила усиление болтовни групп, связанных с «Хайят Тахрир аш-Шам» в Сирии, которые поддерживали Азербайджан и Турцию. Напряженность в отношениях между Россией и Турцией — еще одна важная тема, часто сочетающаяся с призывом к оружию в поддержку Турции, где большинство составляют мусульмане. Большая часть этого контента прямо нацелена на пользователей из Центральной Азии.

Правительства, интернет-провайдеры и социальные сети изо всех сил пытаются сдержать этот поток жестокого контента. Загадка знакома: как только блокируется канал или учетная запись в социальной сети, снова появляются новые — и так до бесконечности. И чем активнее эти усилия по контролю над контентом, тем больше воинствующих экстремистских групп находят творческие способы обойти и обойти их. Годы игры в кошки-мышки с иностранными и местными правительствами превратили экстремистские группы Центральной Азии в опытных и гибких онлайн-операторов.

Большинство экстремистских групп стараются сохранять полную анонимность в своих сетях. Они регулярно используют поддельные каналы, чтобы сбить со следа российские и другие спецслужбы. Чтобы не стать мишенью, экстремистские каналы смешивают заурядный религиозный и политический контент с более радикальными постами. Действительно, воинствующий экстремистский контент часто встраивается в безобидные видео, аудио и текст. Короче говоря, это часто чрезвычайно трудно определить. К настоящему времени эти группы также знают, как быстро распространять резервные гиперссылки и сторонние каналы, когда их веб-сайты удаляются. Администраторы каналов часто используют ботов и свои личные контакты, чтобы залить свои учетные записи подписчиков гиперссылками до того, как их каналы будут закрыты.

Жестокие онлайн-экстремисты также искусно удаляют контент, чтобы власти не могли отследить его источник. Например, в начале этого года SecDev зафиксировала резкое сокращение каналов Telegram, распространяющих экстремистский контент. В последние месяцы наблюдается скромное, но заметное снижение количества экстремистских каналов на большинстве платформ, что привело к резкому сокращению количества подписчиков в целом. Это не обязательно означает, что группы сокращаются — на самом деле есть признаки того, что группы прибегают к резервным каналам и зашифрованным сообщениям, чтобы сократить разрыв.
Чтобы не стать мишенью, экстремистские каналы смешивают заурядный религиозный и политический контент с более радикальными постами.

Учитывая эти проблемы, борьба с цифровой радикализацией не может быть достигнута только с помощью онлайн-операций. Инвестиции на местах со стороны правительств и групп гражданского общества имеют ключевое значение. Одним из примеров этого является комплексная стратегия развития, которую Соединенные Штаты запустили в 2019 году для устранения основных рисков радикализации и экстремизма в регионе. Стратегия направлена на стимулирование экономического роста за счет создания рабочих мест, расширения школьных возможностей для молодежи, укрепления способности правительства предоставлять основные услуги, укрепления верховенства закона и соблюдения прав человека, а также оказания помощи соседним странам, таким как Афганистан, которые являются магнитами. для иностранных боевиков. Но правда в том, что это всего лишь капля в море, учитывая огромный масштаб проблем на местах. Более того, даже самые успешные программы находятся под угрозой срыва со стороны Москвы, Пекина, Тегерана или Анкары.

Центральная Азия находится в центре гибридного конфликта нового типа, в котором физический и цифровой мир размыты. В такого рода конфликтах разрушение насильственного экстремистского онлайн-контента так же важно, как меры по борьбе с терроризмом, правоохранительные органы и меры по развитию, направленные против экстремистов и социальных условий, ведущих к радикализации. Действительно, процесс радикализации намеренно сочетает виртуальные и физические взаимодействия с использованием новых инструментов для выявления, подготовки, обучения и развертывания новобранцев. При этом правительства, социальные сети и гражданское общество сталкиваются с ужасной проблемой. Совместная работа над решением проблемы будет сложной, но альтернатива еще хуже.

Кумар Бекболотов возглавляет Евразийскую программу SecDev Group.

Роберт Мугга — директор SecDev Group, соучредитель Института Игарапе и автор вместе с Яном Голдином книги Terra Incognita: 100 карт, чтобы пережить следующие 100 лет . Твиттер: @robmuggah

Рафал Рогозински — директор SecDev Group и редактор вместе с Робертом Муггой книги Open Empowerment: From Digital Protest to Cyber War.

Метки: Афганистан, Центральная Азия, Кибербезопасность и взлом, исламское государство, Россия, Сирия, Терроризм

Еще из Foreign Policy

Рабочий регулирует освещение над туристической картой Украины на украинском стенде Международной туристической выставки ITB в Берлине 4 марта 2014 года.

Крым стал монстром Франкенштейна

Украинское правительство попало в ловушку собственной бескомпромиссной и все более беззащитной политики.

Подводная лодка ВМС Австралии HMAS Rankin принимает участие в австралийско-индийских военно-морских учениях 5 сентября 2021 года у берегов Дарвина, Австралия.

Почему Китай должен беспокоиться о реакции Азии на AUKUS

Даже некоторые неприсоединившиеся страны осторожно выразили поддержку.

Председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен прибывает на встречу с председателем Китая Си Цзиньпином и президентом Франции Эммануэлем Макроном в Дом народных собраний в Пекине 6 апреля.

Европа катастрофически расколота на Китай

Эммануэль Макрон преподнес Си Цзиньпину стратегический триумф на блюдечке с голубой каемочкой.

Большая толпа размахивает турецкими флагами перед рекламным щитом Кемаля Киличдароглу на стене жилого дома.

Что, если Кемаль Кылычдароглу выиграет выборы в Турции?

Кажется, только стихийное бедствие могло сместить президента Реджепа Тайипа Эрдогана. Возможно, землетрясение 6 февраля было именно таким.

Ending Gender — The Philosophers’ Magazine Archive

В 2015 году Рэйчел Долезал, активистка гражданских прав, преподаватель африканских исследований и президент местного отделения NAACP, была объявлена белой. Ее критики обвиняли ее в «культурном присвоении» и мошенничестве. Долезал, со своей стороны, настаивала на том, что представление себя афроамериканкой не было мошенничеством: хотя она родилась белой, она, по ее словам, была межрасовой.

Эксперты и блоггеры немедленно приступили к делу, чтобы доказать, что, хотя Долезал обманным путем «выдавал себя» за чернокожего, трансгендерные мужчины и женщины действительно были теми мужчинами и женщинами, за которых себя выдавали. Гендерная идентичность, по мнению защитников трансгендеров, была внутренним, врожденным, неизгладимым признаком, который не всегда соответствовал биологическому полу. Тем не менее, как и Долезал, предложивший пересмотренный критерий расы, защитники трансгендеров предложили пересмотренный критерий пола. И было совершенно неясно, почему следует принять один пересмотренный критерий, а другой — нет.

Расовая и гендерная идентичность в обычном понимании включает в себя три компонента: критериальные характеристики, видимые маркеры и приписываемую социальную роль с сопутствующими обязательствами, ожиданиями и возможностями. Критерием расы является родословная, обычно отмеченная цветом кожи, текстурой волос и чертами лица. Рэйчел Долезал оспорила эту версию: она считала себя черной, потому что ощущала себя черной. Критерием пола является биологический пол. Однако сторонники трансгендеров считают, что гендер не следует понимать как пол — как вопрос гениталий или хромосом. Не следует, конечно, путать и с сексуальной ориентацией. И, как заявляли защитники трансгендеров, это не следует понимать как простое предпочтение социальных ролей, занятий или возможностей, традиционно назначаемых на основе пола. Прежде всего, они настаивали на том, что это не было и не могло быть выбором.

Что это было? Некоторые защитники трансгендеров обратились к архитектуре мозга, чтобы доказать, что трансгендеры были мужчинами и женщинами, за которых они себя выдавали. Поиски пола мозга были старыми, их преследовали консервативные сторонники половых ролей, которые утверждали, что быть мужчиной или женщиной — это не «просто вопрос водопровода». Они считали, что мозг — это глубинное «я» и пол, функция мозга-пола, биологически обоснованная, научно подтвержденная и глубокая. Но в то время как социально консервативные сторонники половых ролей полагали, что пол мозга всегда связан с сантехникой, сторонники трансгендеров считали, что некоторые мужские и женские мозги занимают тела противоположного пола — тела, которые можно исправить или игнорировать.

Поиск секса с мозгом провалился. Согласно недавним исследованиям, «мозг не делится на два класса, один из которых типичен для мужчин, а другой типичен для женщин, и они не выровнены по континууму «мужской-женский мозг». Это было трудным высказыванием для трансгендерных защитников. Если бы пол не был связан ни с водопроводом, ни с архитектурой мозга, ни с личностью, ни с предпочтениями, ни с социальной ролью, казалось бы, он обречен на смерть по тысяче условий.

Трансгендеры настаивали на том, что пол — это вопрос того, «на что это похоже» — ощущать себя мужчиной или женщиной. Тем не менее, без какого-либо внешнего критерия невозможно понять, каким может быть такой опыт. В соответствии со старой интуитивной теорией разума опыт обязательно является личным, и нет принципиальной возможности сравнивать внутренний, качественный характер своего опыта с опытом других. Даже если бы существовал способ переживания себя, характерный для большинства индивидуумов, идентифицируемых по полу как мужчина или женщина, никто не мог бы определить, был ли их опыт более похож на характерно мужской или характерно женский опыт. И если мужской или женский гендерный опыт не понимать как опыт, свойственный сексуально определенным мужчинам и женщинам соответственно, то невозможно понять, к чему может привести переживание себя как мужчины или женщины.

С другой стороны, легко понять, каково это, когда социальная роль, отведенная человеку на основе биологического пола, не подходит ему по духу. Некоторые традиционные общества признают три или более пола, чтобы приспособить мужчин и женщин, которые плохо подходят для социальных ролей, которые им в противном случае были бы отведены. Большинство трансгендеров не подвергались каким-либо операциям по подтверждению пола, и многие не заинтересованы в том, чтобы когда-либо делать операцию на половых органах. Трудно избежать вывода, что для многих не подходят не их тела, а скорее их социально приписываемые гендерные роли.

Но трансгендерные защитники, по большому счету, не оспаривают распределение социальных ролей по половому признаку. Скорее они предлагают пересмотренный критерий пола, отделенный от биологического пола. Они утверждают, что некоторые люди, которые являются мужчинами по полу, имеют право играть женские роли, потому что они женщины по полу, а также что некоторые биологически женщины имеют право играть мужские роли, потому что они имеют мужской пол. Однако для того, чтобы играть гендерную роль и получать сопутствующие товары, необходимо признание и принятие собственной гендерной идентичности другими. И добиться этого может быть так же сложно и рискованно, как заставить других признать и принять самопровозглашенную расовую идентичность.

Для большинства мужчин и женщин с сексуальным определением, включая многих таких, как я, которые предпочли бы играть то, что в настоящее время понимается как роли противоположного пола, признание и принятие противоположного пола невозможно. И крайне маловероятно, что принятие трансгендеризма, как предполагают некоторые сторонники, инициирует программу изменения пола, которая освободит нас всех от угнетающих половых ролей и гендерных иерархий. Идеология трансгендеризма в основе своей консервативна: она обеспечивает выход для немногих, часто с большими затратами, в то же время закрепляя гендерные роли для многих.

Повествование о трансгендерах пользуется широкой популярностью, поскольку подтверждает традиционные представления о гендерных различиях. Он дает сторонникам теории la различия , убежденным, что ни один мужчина или женщина не отклонятся значительно от их представления о мужчинах и женщинах, обоснование для отбрасывания контрпримеров. Они могут с радостью утверждать, что люди, являющиеся мужчинами или женщинами в соответствии с биологическим полом, но не соответствующие их ожиданиям, не являются настоящими мужчинами или женщинами.

Смена пола — это стратегия примирения. Это делает систему половых ролей более приемлемой, позволяя нескольким мужчинам и женщинам отказаться от нее. Это ничего не делает для остальных из нас и не подрывает гнетущий институт гендерно-определяемых ожиданий, обязательств и возможностей, которые ограничивают наши возможности.

Люди не должны доказывать, что они «на самом деле» противоположного пола, чтобы жить той жизнью, которой они хотят жить, получать работу, которую они хотят делать, одеваться, как им нравится, пользоваться общественными туалетами, которые они предпочитают, присоединяться к партнерам по своему выбору независимо от биологического пола и избегать обязательств и ожиданий, которые в настоящее время возлагаются на мужчин и женщин в силу пола. Можно утверждать, что хорошее общество — это такое общество, в котором, насколько это возможно, жизнь, которую мы живем, определяется нашим выбором: где роль, которую играют в нашей жизни раса, пол, семья, этническая принадлежность, национальность и другие приписываемые идентичности и невыбранные обстоятельства, незначительна.