Уютный трикотаж: интернет магазин белорусского трикотажа

Актер похожий на хью джекмана – Знаете похожих актеров на Хью Джекмана? не по лицу..по росту, по ролям, по жанру

Актер похожий на хью джекмана – Знаете похожих актеров на Хью Джекмана? не по лицу..по росту, по ролям, по жанру

«Я ни капли не похож на Росомаху!» — Статьи на КиноПоиске

КиноПоиск поговорил с Хью Джекманом о его новом фильме «Величайший шоумен», а также о романтизации героев, о журналистах и критиках и узнал, хочет ли актер быть режиссером.

Новый фильм с участием Хью Джекмана — стилизованная история жизни П. Т. Барнума, известного импресарио, шоумена и крупнейшей фигуры американского шоу-бизнеса XIX столетия. Король надувательств Барнум начал свою карьеру, показывая нянечку Вашингтона — слепую, почти парализованную рабыню, которой было якобы 160 лет.

Постепенно Барнум начал наживаться на наивной публике, выставляя на обозрение сиамских близнецов, русалку с острова Фиджи, лилипутов и великанш. Среди диковин его цирка был и мальчик с песьей мордой — русский Федор Евтищев, которого Барнум взял на работу 16-летним (в фильме русским стал другой персонаж).

«Величайший шоумен» рассказывает о пути Барнума к славе, о его отношениях с женой (Мишель Уильямс), об авантюре с шведской певицей Дженни Линд (Ребекка Фергюсон), но больше всего времени уделено попыткам шоумена попасть в высший свет. Для этого он нанимает сценариста Филиппа Карлайла (Зак Эфрон), который ставит новую программу и привлекает богатую публику, превращая фрик-шоу Барнума в солидное представление. При этом герои периодически пускаются петь и танцевать.

Мы разговариваем с Хью Джекманом в Берлине, куда он приехал в начале ноября 2017-го, чтобы пообщаться с европейской прессой. Нас сразу предупреждают, что на сей раз рядом с актером постоянно присутствует публицист (своего рода пресс-атташе звезды), и с ней шутки плохи. Публицист Джекмана — гроза журналистов. Говорят, у них с актером разделение ролей по принципу «хороший коп — плохой коп». Душевный и очаровательный Хью против строгой и суровой Мишель. С ней не забалуешь: никаких селфи, никаких вопросов не по теме. Но когда мы оказываемся возле номера, где находится Джекман, то его публицист не прочь и сама поболтать. «Что это у вас за татуировка? Попугай из „Монти Пайтон“! Ой, спросите его про них, он обожает их фильмы!»

Хорошо, Мишель, так и сделаем.

— Хью, ваш публицист проговорилась, что вы любите фильмы «Монти Пайтон». Какой самый любимый?

— «Священный Грааль»! Потом, пожалуй, «Житие Брайана». И потом уже «Смысл жизни». Что у них там еще?

— Сериал.

— О, сериал тоже люблю. Скетч про попугая!

— Или вот «Танцующие с рыбами»!

— Слушайте, я их обожаю. К счастью, мой сын их тоже любит.

— Да ладно!

— Ну конечно! Они же абсолютно чумовые, спонтанные и эксцентричные. А вы видели, как они вместе собирались недавно?

— У нас полный зал был — смотрели трансляцию в кинотеатре.

— И как они? Я не успел.

— Все еще такие же чумовые. Но давайте к вашему фильму вернемся. Там довольно яркие песни. Некоторые из них похожи на музыку Майкла Джексона.

— Мы задумывали фильм с поп-музыкой, чтобы можно было крутить эти песни по радио. Интересно, кстати, что вы заметили мотивы Джексона, потому что Джастин (Джастин Пол, композитор — Прим. ред.) заставлял меня играть голосом как музыкальным инструментом. Голос Майкла в его песнях как бы отбивал ритм, работал ударным инструментом. Я не привык к такой манере пения, поэтому пришлось учиться. Боюсь, так же естественно, как у Майкла Джексона, у меня не получилось!

«Величайший шоумен»

— Ваш фильм о цирковых фриках, но мюзиклы сами по себе — это своего рода фрики в мире кино. Ну, то есть люди спокойно воспринимают космические корабли, мутантов, но, как только с экрана начинают петь, то всё, это мы смотреть не будем. Как так получается?

— О, это такая странная штука. Почему-то мюзикл в театре считается совершенно нормальной постановкой. Конечно, находятся люди, которые скажут, что мюзикл в кино — это неестественно, и им фильм, скорее всего, не понравится. Но ведь примерно то же самое говорят о фантастике. Я лично пытаюсь сделать мюзикл для тех, кто не любит мюзиклы. Сам-то я их обожаю! Хороший мюзикл поднимет вам настроение, заставит смеяться и плакать, сделает вас чуточку счастливее. Когда герои начинают петь, это же чистые эмоции, которые уносят вас вместе с песней или танцем. Помню, как в детстве смотрел «Бриолин». Мне он казался совершенно логичным, потому что там герои выражали свои эмоции в песнях.

— Но мюзикл в кино — очень строгая вещь. Нельзя особо отклоняться от сценария, нельзя импровизировать.

— Да, там много правил. Когда поешь, то никаких импровизаций быть не может. Но твоя задача как актера — вызвать у зрителя иллюзию, будто все происходящее ты придумал только что. Не должно быть ощущения натужной игры. Есть ритм, слова, музыка — они не должны мешать персонажу. Если на то пошло, у нас даже в жизни масса ограничений. Ну, например, вам дали 10 минут на разговор со мной, и приходится действовать в этих рамках. У меня то же самое: на экране я должен создать впечатление, что это мой первый танцевальный номер, и все дается мне легко и просто. Но когда ты уже 12 часов танцуешь на площадке, то это очень тяжко! Хорошо хоть мне не пришлось одновременно петь и танцевать!

«Величайший шоумен»

— У вас там отличный оператор был — Шеймас МакГарви, который «Анну Каренину» снимал.

— О да, это был очень красивый фильм. Шеймас изумительный. Работаю с ним второй раз и не перестаю удивляться. Знаете, что у Майкла Грэйси это первый фильм?

— Да-да, конечно.

— Но он до этого снимал рекламу лет двадцать. И вот у него на дебютном полном метре художник-постановщик — Нэйтан Краули, который все фильмы Криса Нолана делал. А оператором Шеймас МакГарви с номинациями на «Оскар». Он знал, что для дебюта необходимо собрать лучших людей!

— Но у вас это проект мечты. Почему вы выбрали режиссера-дебютанта?

— Сразу после нашего первого с ним разговора мне показалось, что у него есть свежий взгляд. У него были чувство ритма, понимание музыки, он знал, как это все совместить и как подать. Когда будете смотреть номер Зака и Зендеи, то представьте, что он был полностью им задуман и разрисован. Но он не останавливался на задуманном, постоянно придумывал какие-то новые идеи. Я раньше никогда не слышал, чтобы песни о любви исполнялись вот так. Не знаю, есть в Майкле что-то. Он стопроцентно верит в то, что делает. Как и я. Знаете, он потратил все свои деньги, чтобы снять 45 минут «Шоумена». Там есть и раскадровки, и его съемки в разных уголках мира, превизуализация, некоторые песни. Он много раз представлял свое видение разным продюсерам. И в итоге добился его реализации. Даром что дебют.

«Величайший шоумен»

— Все журналисты, посмотрев фильм, стали специалистами по П. Т. Барнуму. Начитались «Википедии», конечно. Как еще стать специалистом? (Джекман громко смеется.) Я вот к чему: в фильме его биография здорово изменена...

— (Джекман перебивает.) Стойте, его биография? В смысле автобиография?

— Да, я читала, что он сам правил свою автобиографию несколько раз!

— А я прочитал 37 книг о Барнуме! Существует 37 разных версий его жизни.

— Очень прагматичный человек был. Выставлял бедную черную женщину в виде няни Вашингтона.

— Джойс Хет, да. Он говорил, что это самая старая женщина на земле, что ей 161 год. И что она была няней Вашингтона. У нас была Джойс Хет в фильме, но сцены с ней вырезаны, чтобы фильм не затягивался. Мы же показываем, как в самом начале Барнум покупает музей с чучелами, и Джойс туда не очень-то вписывалась. А так-то он с ней несколько лет гастролировал. Он умел придумать нужную историю, чтобы продать ее, сделав Джойс Хет одной из самых популярных фигур того времени. О Барнуме можно снять полсотни фильмов. Его история неисчерпаема. Наш фильм, конечно, не биографическая картина. Скорее, мы вдохновлялись его историей. Возможно, сам Барнум снял бы о себе такое вот кино.

«Величайший шоумен»

— Он явно любил приврать.

— Конечно! Он все делал с хитринкой в глазах. Мы не пытались романтизировать его образ. Просто у нас фильм для тех, кому от пяти до девяноста пяти. Главным образом он о фантазии и убежденности. Также мы касаемся темы принятия самых разных людей, и это важная часть фильма. Один из персонажей говорит: «Ты пытался заработать, но попутно собрал семью».

— Да, персонажи у вас там яркие. Есть и критик, которому ничего не нравится. Скажите, а вы когда-нибудь читали что-то о себе, после чего хотелось на автора текста накинуться Росомахой?

— Нет. Были тексты, прочитав которые я чувствовал себя униженным. Но никогда я не злился до той степени, когда хочется ударить человека. Вообще я читаю мало рецензий. Мой преподаватель по актерскому мастерству отучил меня это делать. Я тогда еще играл в театре. Любая рецензия, будь она плохая или хорошая, застревает у тебя в голове. Допустим, кто-то пишет: «Он великолепно съел яблоко в той сцене». И в следующий раз, выходя на сцену, ты думаешь: «Что же там ему понравилось? Как я там ел это яблоко?» И ты паришься, вместо того чтобы просто есть яблоко. У меня очень живое воображение. И частью моего актерского обучения стало укрощение этого воображения. Нужно быть проще, слушать режиссера и не витать в облаках. Мне попадались статьи, в которых критики попадали в цель и вытаскивали на свет ту часть меня, которую я бы предпочел скрывать. Это моментально вгоняло меня в краску.

«Величайший шоумен»

(Джекман ненадолго задумывается.)

— Но в конечном счете в этом есть положительные стороны. Даже если чувствуешь унижение... Когда кто-то находит в тебе качества, которые ты предпочитаешь держать втайне от всех, есть шанс их изменить.

— С критиками, конечно, непросто. В нашей работе тоже есть свои недостатки. Готовишься к интервью, нервничаешь, а потом приходит человек в комментариях: «Ну, так себе интервью».

— Ха-ха-ха!

— Вы столько лет даете интервью. Вот только в этом году мы с вами уже второй раз общаемся. Изменилось как-то отношение к прессе?

— Я учился на пиарщика, специализировался на журналистике. Так что я питаю слабость к журналистам. Когда я закончил обучение и пришло время искать работу, то, помню, думал: «А найду ли я место журналиста?» Я наслушался историй о том, насколько это тяжелая работа, что для нее требуется. Да я в актеры пошел, чтобы не искать работу в журналистике! Представляете, целый год учился, лишь бы избежать поисков работы! Поэтому я всегда чувствую, когда мне задают вопросы, которые хочу услышать я, или когда меня спрашивают то, что велел спросить главред. Мне нравится разговаривать с прессой, это как игра в шахматы. Перед камерой или на сцене я честно пытаюсь играть. Но быть актером не так уж и просто. Играть и делать вид, что это легко, на самом деле очень сложно! В итоге я четыре года учился на актерском, теперь вот уже 20 лет как играю в театре и кино. До сих пор мне кажется, что мне еще многому предстоит научиться. И знаете, что-то не хочется тратить энергию вне камеры, притворяясь кем-то другим. Не страшно, если люди узнают, кто я на самом деле. Кто-то скажет: «Господи, да у него ничего общего с Росомахой». Да и пусть! Я ни капли не похож на Росомаху! Я и на П. Т. Барнума не похож! И плевать, если люди будут знать об этом.

Хью Джекман в роли Росомахи в фильме «Логан»

— А режиссером быть не хотите?

— Нет. Мне нравится, когда режиссеры объясняют мне, что делать. Мне нравится находиться среди людей, точно знающих, чего они хотят. Режиссер знает, что ты должен сказать, и придерживается своего видения. Из меня не получится хороший режиссер. Мне очень нравится моя работа. Я люблю сцену, люблю кино. Но как режиссер я бы не обладал уверенностью и невозмутимостью. Нет у меня такой четкости видения, как у режиссеров. Допустим, вы подойдете и попросите выбрать платье для актрисы. Розовое или синее? А я скажу: «Оба классные!» И вы начнете допытываться, какое именно нужно, и тут я начну сомневаться и никогда не выберу ничего!

— Летом я говорила с режиссером «Бегущего по лезвию 2049» Дени Вильнёвом...

— Потрясающий фильм! Шедевр!

— Так вот он сказал, что у них на съемках была канадская мафия.

— Ха-ха-ха!

— Есть в Голливуде австралийская мафия?

— Все австралийские актеры знают друг друга. Вот год назад в Атланте столкнулся с целой компанией: Рассел Кроу, Кейт Бланшетт, Крис Хемсворт... Конечно, мы дружим и поддерживаем отношения, потому что это очень небольшое сообщество. Не то чтоб мы объединялись и устраивали заговоры с целью оставить других актеров без работы! Просто все само собой получается. Хотя, кстати, Рассел несколько раз мне отдавал свои роли. Главное, он отказался Росомаху играть и присоветовал Брайану Сингеру меня! Так что я перед ним в неоплатном долгу.

«Люди Икс»

— И последнее. Представьте, что П. Т. Барнум был бы жив сегодня. Чем бы он занимался?

— Он бы засел в Кремниевой долине. Его бы интересовала виртуальная реальность. Он бы тусовался с Илоном Маском, с такого рода людьми. Барнум — такой подрыватель устоев. Безусловно, его интересовал бы шоу-бизнес, но еще больше он бы задавался вопросом, каким образом дотянуться до максимально широкой аудитории, а также до сильных мира сего. Миру всегда будут нужны истории. Они не меняются. Меняются лишь способы их передачи. Барнум сейчас не стал бы устраивать цирк-шапито. Он бы пригласил всех в новую реальность.

«Величайший шоумен» с 4 января в российском прокате.

«Я ни капли не похож на Росомаху!» — Статьи на КиноПоиске

КиноПоиск поговорил с Хью Джекманом о его новом фильме «Величайший шоумен», а также о романтизации героев, о журналистах и критиках и узнал, хочет ли актер быть режиссером.

Новый фильм с участием Хью Джекмана — стилизованная история жизни П. Т. Барнума, известного импресарио, шоумена и крупнейшей фигуры американского шоу-бизнеса XIX столетия. Король надувательств Барнум начал свою карьеру, показывая нянечку Вашингтона — слепую, почти парализованную рабыню, которой было якобы 160 лет.

Постепенно Барнум начал наживаться на наивной публике, выставляя на обозрение сиамских близнецов, русалку с острова Фиджи, лилипутов и великанш. Среди диковин его цирка был и мальчик с песьей мордой — русский Федор Евтищев, которого Барнум взял на работу 16-летним (в фильме русским стал другой персонаж).

«Величайший шоумен» рассказывает о пути Барнума к славе, о его отношениях с женой (Мишель Уильямс), об авантюре с шведской певицей Дженни Линд (Ребекка Фергюсон), но больше всего времени уделено попыткам шоумена попасть в высший свет. Для этого он нанимает сценариста Филиппа Карлайла (Зак Эфрон), который ставит новую программу и привлекает богатую публику, превращая фрик-шоу Барнума в солидное представление. При этом герои периодически пускаются петь и танцевать.

Мы разговариваем с Хью Джекманом в Берлине, куда он приехал в начале ноября 2017-го, чтобы пообщаться с европейской прессой. Нас сразу предупреждают, что на сей раз рядом с актером постоянно присутствует публицист (своего рода пресс-атташе звезды), и с ней шутки плохи. Публицист Джекмана — гроза журналистов. Говорят, у них с актером разделение ролей по принципу «хороший коп — плохой коп». Душевный и очаровательный Хью против строгой и суровой Мишель. С ней не забалуешь: никаких селфи, никаких вопросов не по теме. Но когда мы оказываемся возле номера, где находится Джекман, то его публицист не прочь и сама поболтать. «Что это у вас за татуировка? Попугай из „Монти Пайтон“! Ой, спросите его про них, он обожает их фильмы!»

Хорошо, Мишель, так и сделаем.

— Хью, ваш публицист проговорилась, что вы любите фильмы «Монти Пайтон». Какой самый любимый?

— «Священный Грааль»! Потом, пожалуй, «Житие Брайана». И потом уже «Смысл жизни». Что у них там еще?

— Сериал.

— О, сериал тоже люблю. Скетч про попугая!

— Или вот «Танцующие с рыбами»!

— Слушайте, я их обожаю. К счастью, мой сын их тоже любит.

— Да ладно!

— Ну конечно! Они же абсолютно чумовые, спонтанные и эксцентричные. А вы видели, как они вместе собирались недавно?

— У нас полный зал был — смотрели трансляцию в кинотеатре.

— И как они? Я не успел.

— Все еще такие же чумовые. Но давайте к вашему фильму вернемся. Там довольно яркие песни. Некоторые из них похожи на музыку Майкла Джексона.

— Мы задумывали фильм с поп-музыкой, чтобы можно было крутить эти песни по радио. Интересно, кстати, что вы заметили мотивы Джексона, потому что Джастин (Джастин Пол, композитор — Прим. ред.) заставлял меня играть голосом как музыкальным инструментом. Голос Майкла в его песнях как бы отбивал ритм, работал ударным инструментом. Я не привык к такой манере пения, поэтому пришлось учиться. Боюсь, так же естественно, как у Майкла Джексона, у меня не получилось!

«Величайший шоумен»

— Ваш фильм о цирковых фриках, но мюзиклы сами по себе — это своего рода фрики в мире кино. Ну, то есть люди спокойно воспринимают космические корабли, мутантов, но, как только с экрана начинают петь, то всё, это мы смотреть не будем. Как так получается?

— О, это такая странная штука. Почему-то мюзикл в театре считается совершенно нормальной постановкой. Конечно, находятся люди, которые скажут, что мюзикл в кино — это неестественно, и им фильм, скорее всего, не понравится. Но ведь примерно то же самое говорят о фантастике. Я лично пытаюсь сделать мюзикл для тех, кто не любит мюзиклы. Сам-то я их обожаю! Хороший мюзикл поднимет вам настроение, заставит смеяться и плакать, сделает вас чуточку счастливее. Когда герои начинают петь, это же чистые эмоции, которые уносят вас вместе с песней или танцем. Помню, как в детстве смотрел «Бриолин». Мне он казался совершенно логичным, потому что там герои выражали свои эмоции в песнях.

— Но мюзикл в кино — очень строгая вещь. Нельзя особо отклоняться от сценария, нельзя импровизировать.

— Да, там много правил. Когда поешь, то никаких импровизаций быть не может. Но твоя задача как актера — вызвать у зрителя иллюзию, будто все происходящее ты придумал только что. Не должно быть ощущения натужной игры. Есть ритм, слова, музыка — они не должны мешать персонажу. Если на то пошло, у нас даже в жизни масса ограничений. Ну, например, вам дали 10 минут на разговор со мной, и приходится действовать в этих рамках. У меня то же самое: на экране я должен создать впечатление, что это мой первый танцевальный номер, и все дается мне легко и просто. Но когда ты уже 12 часов танцуешь на площадке, то это очень тяжко! Хорошо хоть мне не пришлось одновременно петь и танцевать!

«Величайший шоумен»

— У вас там отличный оператор был — Шеймас МакГарви, который «Анну Каренину» снимал.

— О да, это был очень красивый фильм. Шеймас изумительный. Работаю с ним второй раз и не перестаю удивляться. Знаете, что у Майкла Грэйси это первый фильм?

— Да-да, конечно.

— Но он до этого снимал рекламу лет двадцать. И вот у него на дебютном полном метре художник-постановщик — Нэйтан Краули, который все фильмы Криса Нолана делал. А оператором Шеймас МакГарви с номинациями на «Оскар». Он знал, что для дебюта необходимо собрать лучших людей!

— Но у вас это проект мечты. Почему вы выбрали режиссера-дебютанта?

— Сразу после нашего первого с ним разговора мне показалось, что у него есть свежий взгляд. У него были чувство ритма, понимание музыки, он знал, как это все совместить и как подать. Когда будете смотреть номер Зака и Зендеи, то представьте, что он был полностью им задуман и разрисован. Но он не останавливался на задуманном, постоянно придумывал какие-то новые идеи. Я раньше никогда не слышал, чтобы песни о любви исполнялись вот так. Не знаю, есть в Майкле что-то. Он стопроцентно верит в то, что делает. Как и я. Знаете, он потратил все свои деньги, чтобы снять 45 минут «Шоумена». Там есть и раскадровки, и его съемки в разных уголках мира, превизуализация, некоторые песни. Он много раз представлял свое видение разным продюсерам. И в итоге добился его реализации. Даром что дебют.

«Величайший шоумен»

— Все журналисты, посмотрев фильм, стали специалистами по П. Т. Барнуму. Начитались «Википедии», конечно. Как еще стать специалистом? (Джекман громко смеется.) Я вот к чему: в фильме его биография здорово изменена...

— (Джекман перебивает.) Стойте, его биография? В смысле автобиография?

— Да, я читала, что он сам правил свою автобиографию несколько раз!

— А я прочитал 37 книг о Барнуме! Существует 37 разных версий его жизни.

— Очень прагматичный человек был. Выставлял бедную черную женщину в виде няни Вашингтона.

— Джойс Хет, да. Он говорил, что это самая старая женщина на земле, что ей 161 год. И что она была няней Вашингтона. У нас была Джойс Хет в фильме, но сцены с ней вырезаны, чтобы фильм не затягивался. Мы же показываем, как в самом начале Барнум покупает музей с чучелами, и Джойс туда не очень-то вписывалась. А так-то он с ней несколько лет гастролировал. Он умел придумать нужную историю, чтобы продать ее, сделав Джойс Хет одной из самых популярных фигур того времени. О Барнуме можно снять полсотни фильмов. Его история неисчерпаема. Наш фильм, конечно, не биографическая картина. Скорее, мы вдохновлялись его историей. Возможно, сам Барнум снял бы о себе такое вот кино.

«Величайший шоумен»

— Он явно любил приврать.

— Конечно! Он все делал с хитринкой в глазах. Мы не пытались романтизировать его образ. Просто у нас фильм для тех, кому от пяти до девяноста пяти. Главным образом он о фантазии и убежденности. Также мы касаемся темы принятия самых разных людей, и это важная часть фильма. Один из персонажей говорит: «Ты пытался заработать, но попутно собрал семью».

— Да, персонажи у вас там яркие. Есть и критик, которому ничего не нравится. Скажите, а вы когда-нибудь читали что-то о себе, после чего хотелось на автора текста накинуться Росомахой?

— Нет. Были тексты, прочитав которые я чувствовал себя униженным. Но никогда я не злился до той степени, когда хочется ударить человека. Вообще я читаю мало рецензий. Мой преподаватель по актерскому мастерству отучил меня это делать. Я тогда еще играл в театре. Любая рецензия, будь она плохая или хорошая, застревает у тебя в голове. Допустим, кто-то пишет: «Он великолепно съел яблоко в той сцене». И в следующий раз, выходя на сцену, ты думаешь: «Что же там ему понравилось? Как я там ел это яблоко?» И ты паришься, вместо того чтобы просто есть яблоко. У меня очень живое воображение. И частью моего актерского обучения стало укрощение этого воображения. Нужно быть проще, слушать режиссера и не витать в облаках. Мне попадались статьи, в которых критики попадали в цель и вытаскивали на свет ту часть меня, которую я бы предпочел скрывать. Это моментально вгоняло меня в краску.

«Величайший шоумен»

(Джекман ненадолго задумывается.)

— Но в конечном счете в этом есть положительные стороны. Даже если чувствуешь унижение... Когда кто-то находит в тебе качества, которые ты предпочитаешь держать втайне от всех, есть шанс их изменить.

— С критиками, конечно, непросто. В нашей работе тоже есть свои недостатки. Готовишься к интервью, нервничаешь, а потом приходит человек в комментариях: «Ну, так себе интервью».

— Ха-ха-ха!

— Вы столько лет даете интервью. Вот только в этом году мы с вами уже второй раз общаемся. Изменилось как-то отношение к прессе?

— Я учился на пиарщика, специализировался на журналистике. Так что я питаю слабость к журналистам. Когда я закончил обучение и пришло время искать работу, то, помню, думал: «А найду ли я место журналиста?» Я наслушался историй о том, насколько это тяжелая работа, что для нее требуется. Да я в актеры пошел, чтобы не искать работу в журналистике! Представляете, целый год учился, лишь бы избежать поисков работы! Поэтому я всегда чувствую, когда мне задают вопросы, которые хочу услышать я, или когда меня спрашивают то, что велел спросить главред. Мне нравится разговаривать с прессой, это как игра в шахматы. Перед камерой или на сцене я честно пытаюсь играть. Но быть актером не так уж и просто. Играть и делать вид, что это легко, на самом деле очень сложно! В итоге я четыре года учился на актерском, теперь вот уже 20 лет как играю в театре и кино. До сих пор мне кажется, что мне еще многому предстоит научиться. И знаете, что-то не хочется тратить энергию вне камеры, притворяясь кем-то другим. Не страшно, если люди узнают, кто я на самом деле. Кто-то скажет: «Господи, да у него ничего общего с Росомахой». Да и пусть! Я ни капли не похож на Росомаху! Я и на П. Т. Барнума не похож! И плевать, если люди будут знать об этом.

Хью Джекман в роли Росомахи в фильме «Логан»

— А режиссером быть не хотите?

— Нет. Мне нравится, когда режиссеры объясняют мне, что делать. Мне нравится находиться среди людей, точно знающих, чего они хотят. Режиссер знает, что ты должен сказать, и придерживается своего видения. Из меня не получится хороший режиссер. Мне очень нравится моя работа. Я люблю сцену, люблю кино. Но как режиссер я бы не обладал уверенностью и невозмутимостью. Нет у меня такой четкости видения, как у режиссеров. Допустим, вы подойдете и попросите выбрать платье для актрисы. Розовое или синее? А я скажу: «Оба классные!» И вы начнете допытываться, какое именно нужно, и тут я начну сомневаться и никогда не выберу ничего!

— Летом я говорила с режиссером «Бегущего по лезвию 2049» Дени Вильнёвом...

— Потрясающий фильм! Шедевр!

— Так вот он сказал, что у них на съемках была канадская мафия.

— Ха-ха-ха!

— Есть в Голливуде австралийская мафия?

— Все австралийские актеры знают друг друга. Вот год назад в Атланте столкнулся с целой компанией: Рассел Кроу, Кейт Бланшетт, Крис Хемсворт... Конечно, мы дружим и поддерживаем отношения, потому что это очень небольшое сообщество. Не то чтоб мы объединялись и устраивали заговоры с целью оставить других актеров без работы! Просто все само собой получается. Хотя, кстати, Рассел несколько раз мне отдавал свои роли. Главное, он отказался Росомаху играть и присоветовал Брайану Сингеру меня! Так что я перед ним в неоплатном долгу.

«Люди Икс»

— И последнее. Представьте, что П. Т. Барнум был бы жив сегодня. Чем бы он занимался?

— Он бы засел в Кремниевой долине. Его бы интересовала виртуальная реальность. Он бы тусовался с Илоном Маском, с такого рода людьми. Барнум — такой подрыватель устоев. Безусловно, его интересовал бы шоу-бизнес, но еще больше он бы задавался вопросом, каким образом дотянуться до максимально широкой аудитории, а также до сильных мира сего. Миру всегда будут нужны истории. Они не меняются. Меняются лишь способы их передачи. Барнум сейчас не стал бы устраивать цирк-шапито. Он бы пригласил всех в новую реальность.

«Величайший шоумен» с 4 января в российском прокате.

«Я ни капли не похож на Росомаху!» — Статьи на КиноПоиске

КиноПоиск поговорил с Хью Джекманом о его новом фильме «Величайший шоумен», а также о романтизации героев, о журналистах и критиках и узнал, хочет ли актер быть режиссером.

Новый фильм с участием Хью Джекмана — стилизованная история жизни П. Т. Барнума, известного импресарио, шоумена и крупнейшей фигуры американского шоу-бизнеса XIX столетия. Король надувательств Барнум начал свою карьеру, показывая нянечку Вашингтона — слепую, почти парализованную рабыню, которой было якобы 160 лет.

Постепенно Барнум начал наживаться на наивной публике, выставляя на обозрение сиамских близнецов, русалку с острова Фиджи, лилипутов и великанш. Среди диковин его цирка был и мальчик с песьей мордой — русский Федор Евтищев, которого Барнум взял на работу 16-летним (в фильме русским стал другой персонаж).

«Величайший шоумен» рассказывает о пути Барнума к славе, о его отношениях с женой (Мишель Уильямс), об авантюре с шведской певицей Дженни Линд (Ребекка Фергюсон), но больше всего времени уделено попыткам шоумена попасть в высший свет. Для этого он нанимает сценариста Филиппа Карлайла (Зак Эфрон), который ставит новую программу и привлекает богатую публику, превращая фрик-шоу Барнума в солидное представление. При этом герои периодически пускаются петь и танцевать.

Мы разговариваем с Хью Джекманом в Берлине, куда он приехал в начале ноября 2017-го, чтобы пообщаться с европейской прессой. Нас сразу предупреждают, что на сей раз рядом с актером постоянно присутствует публицист (своего рода пресс-атташе звезды), и с ней шутки плохи. Публицист Джекмана — гроза журналистов. Говорят, у них с актером разделение ролей по принципу «хороший коп — плохой коп». Душевный и очаровательный Хью против строгой и суровой Мишель. С ней не забалуешь: никаких селфи, никаких вопросов не по теме. Но когда мы оказываемся возле номера, где находится Джекман, то его публицист не прочь и сама поболтать. «Что это у вас за татуировка? Попугай из „Монти Пайтон“! Ой, спросите его про них, он обожает их фильмы!»

Хорошо, Мишель, так и сделаем.

— Хью, ваш публицист проговорилась, что вы любите фильмы «Монти Пайтон». Какой самый любимый?

— «Священный Грааль»! Потом, пожалуй, «Житие Брайана». И потом уже «Смысл жизни». Что у них там еще?

— Сериал.

— О, сериал тоже люблю. Скетч про попугая!

— Или вот «Танцующие с рыбами»!

— Слушайте, я их обожаю. К счастью, мой сын их тоже любит.

— Да ладно!

— Ну конечно! Они же абсолютно чумовые, спонтанные и эксцентричные. А вы видели, как они вместе собирались недавно?

— У нас полный зал был — смотрели трансляцию в кинотеатре.

— И как они? Я не успел.

— Все еще такие же чумовые. Но давайте к вашему фильму вернемся. Там довольно яркие песни. Некоторые из них похожи на музыку Майкла Джексона.

— Мы задумывали фильм с поп-музыкой, чтобы можно было крутить эти песни по радио. Интересно, кстати, что вы заметили мотивы Джексона, потому что Джастин (Джастин Пол, композитор — Прим. ред.) заставлял меня играть голосом как музыкальным инструментом. Голос Майкла в его песнях как бы отбивал ритм, работал ударным инструментом. Я не привык к такой манере пения, поэтому пришлось учиться. Боюсь, так же естественно, как у Майкла Джексона, у меня не получилось!

«Величайший шоумен»

— Ваш фильм о цирковых фриках, но мюзиклы сами по себе — это своего рода фрики в мире кино. Ну, то есть люди спокойно воспринимают космические корабли, мутантов, но, как только с экрана начинают петь, то всё, это мы смотреть не будем. Как так получается?

— О, это такая странная штука. Почему-то мюзикл в театре считается совершенно нормальной постановкой. Конечно, находятся люди, которые скажут, что мюзикл в кино — это неестественно, и им фильм, скорее всего, не понравится. Но ведь примерно то же самое говорят о фантастике. Я лично пытаюсь сделать мюзикл для тех, кто не любит мюзиклы. Сам-то я их обожаю! Хороший мюзикл поднимет вам настроение, заставит смеяться и плакать, сделает вас чуточку счастливее. Когда герои начинают петь, это же чистые эмоции, которые уносят вас вместе с песней или танцем. Помню, как в детстве смотрел «Бриолин». Мне он казался совершенно логичным, потому что там герои выражали свои эмоции в песнях.

— Но мюзикл в кино — очень строгая вещь. Нельзя особо отклоняться от сценария, нельзя импровизировать.

— Да, там много правил. Когда поешь, то никаких импровизаций быть не может. Но твоя задача как актера — вызвать у зрителя иллюзию, будто все происходящее ты придумал только что. Не должно быть ощущения натужной игры. Есть ритм, слова, музыка — они не должны мешать персонажу. Если на то пошло, у нас даже в жизни масса ограничений. Ну, например, вам дали 10 минут на разговор со мной, и приходится действовать в этих рамках. У меня то же самое: на экране я должен создать впечатление, что это мой первый танцевальный номер, и все дается мне легко и просто. Но когда ты уже 12 часов танцуешь на площадке, то это очень тяжко! Хорошо хоть мне не пришлось одновременно петь и танцевать!

«Величайший шоумен»

— У вас там отличный оператор был — Шеймас МакГарви, который «Анну Каренину» снимал.

— О да, это был очень красивый фильм. Шеймас изумительный. Работаю с ним второй раз и не перестаю удивляться. Знаете, что у Майкла Грэйси это первый фильм?

— Да-да, конечно.

— Но он до этого снимал рекламу лет двадцать. И вот у него на дебютном полном метре художник-постановщик — Нэйтан Краули, который все фильмы Криса Нолана делал. А оператором Шеймас МакГарви с номина

10 актеров, которые похожи, словно родственники - Попкорн

Эти известные актеры так похожи внешне, что могли бы даже играть друг друга в кино. Впрочем, кое-кто так и сделал: в приквеле "Звездных войн" Кира Найтли сыграла роль двойника принцессы Амидалы, которую в свою очередь исполняла Натали Портман.

Геннадий Хазанов и Роберт Де Ниро vokrug.tv Моника Белуччи и Изабелла Арджани pinterest.com Патрик Суэйзи и Курт Рассел spletnik.ru Мисси Перегрим и Хилари Суонк oneoflady.com Рэйф Файнс и Брэдли Купер therichest.com Кэтти Пэрри и Зои Дешанель rollingstone.ru Мэтт Дэймон и Гарик (Бульдог) Харламов spletnik.ru Кира Найтли и Натали Портман rollingstone.ru Логан Маршалл-Грин и Том Харди youtheater.com Кейт Бланшетт и Тильда Суинтон express.de Гвинет Пэлтроу и Миа Васиковска

grazia.it

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

15 голливудских актеров, которых легко перепутать - Попкорн

Иногда смотришь кино и думаешь, что тебе играет Хавьер Бардем, а это вовсе даже Джеффри Дин Морган. А в другой раз вроде бы Морган, а оказывается — Бардем.

Мы собрали немножко актеров, которые похожи, словно родные.

Марго Робби — Джейми Кинг

imdb.com

Марк Хэмилл — Себастьян Стэн

imdb.com

Скарлетт Йоханссон — Эмбер Херт

imdb.com

Кристиан Бэйл — Питер Фачинелли

imdb.com

Кэри Маллиган — Мишель Уильямс

imdb.com

Райан Гослинг — Райан Рейнольдс

imdb.com

Джессика Честейн — Брайс Даллас Ховард

imdb.com

Зак Брафф — Дэкс Шепард

imdb.com

Эми Адамс — Айла Фишер

imdb.com

Джеффри Дин Морган — Хавьер Бардем

imdb.com

Кристен Стюарт — Тереза Палмер

imdb.com

Мэтт Дэймон — Марк Уолберг

imdb.com

Энн Хэтэуэй — Кристен Риттер

imdb.com

Джонни Депп — Фрэнк Диллэйн

imdb.com

Том Хэнкс — Колин Хэнкс

imdb.com

Посмотрите также: 10 актеров, которые похожи, словно родственники

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

«В любой момент он готов отсечь кому-нибудь голову!» — Статьи на КиноПоиске

Режиссёра Гэвина Худа чрезвычайно интересовали вопросы человеческого гнева. Он хотел, чтоб в картине они были ярко показаны. Там есть такой эпизод, когда один старик говорит Росомахе: «Ты выглядишь так, будто задумал что-то плохое. Знаешь, а ведь у нас всегда есть возможность выбирать». Я же ему отвечаю, с пафосом: «Но не я сделал этот выбор!». На что он бросает: «Bullshit!

Почти две недели назад, 13-го апреля, Хью Джекман в Москве не только гулял, наслаждался балетом в Большом театре и поедал блины с икрой. Ведь он приехал для того, чтобы встретиться с журналистами и рассказать им немного о своей последней работе, приквеле трилогии «Люди Икс» — фильме «Люди Икс: Начало. Росомаха».

Хью удивил всех присутствовавших на круглом столе тем, как легко, непринужденно и почти без акцента из его уст может прозвучать русское слово «Privet!». А также напомнил, что в жизни он похож скорее на своего персонажа из «Кейт и Лео», вежливого и скромного джентльмена, чем на супергероя со взглядом исподлобья и тяжеленными кулаками из адамантия.

Воспользовавшись легким замешательством перед началом разговора, решаю показать Джекману «заранее заготовленный экспромт». Это «вирусный» ролик, приуроченный к премьере и появившийся в сети за неделю до визита актёра. Фильм продолжительностью в одну минуту можно назвать «Росомаха у маникюрши». Вот он (внимание, в ролике присутствует нецензурная лексика):

Услышав, что я собираюсь показать ему короткий фильм о его пребывании в Москве, Хью сначала, конечно, насторожился. Но посмотрев, о чем на самом деле идет речь, громко рассмеялся.

Спасибо за кино! Это не ты ли в нём снимался?

Не-ет. Но ты не думай, этот ролик — не просто так, с ним косвенно связан первый вопрос. Твой герой, Росомаха — каким его в шутку изобразили здесь — кажется совершенно обычным парнем. Разве что лезвия из рук вырастают... Вот и в первой серии «Людей Икс» он был более-менее близок обычному человеку. Больше, чем другие герои, члены команды Икс. Расскажи, меняется ли он в новой картине? И если да, то как?

Мне всегда казалось, что лучшее в героях этого комикса — как раз в том, что по своему все они выглядят очень достоверно. Что у их характеров есть мягкие, совершенно человеческие свойства, и все они в эмоциональном плане всегда остаются обычными людьми. А в обладании суперспособностями ощущают и негативные стороны — ведь в обществе они не сверхлюди, а даже наоборот. Изоляция, дискриминация, депрессия — это слова, знакомые им не хуже, чем левитация, телепортация и телекинез.

Для моего героя история начинается, в прологе, с того, что в детстве с ним происходит трагическое событие. Его способности высвобождаются в момент сильнейшего эмоционального страдания. Повзрослев, он становится воином. Бежит от людей и сражается с ними, беря силы не только в своих способностях, но и в тёмных глубинах своей души, на животном уровне. Но он проходит войну за войной на протяжении более ста лет, и в определённый момент решает, что с него достаточно. Он хочет отойти от этого, хотя и чувствует, что это, возможно, противоречит его натуре. Ну а когда — спойлер! Чтобы прочитать, выделите курсором следующую строчку — его девушка погибает, это снимает все выстроенные им внутренние барьеры, пробуждает в нём гнев. Он становится тем, кого мы знаем не просто как Логана, а как Росомаху, человека-зверя. Теперь он действительно крутой, жесткий парень. А чтоб выглядеть таким, приходится уже сильнее отличаться от прочих людей, во всём.

Вот ты говоришь о гневе твоего героя, о том, как новое трагическое событие вернуло эти сильные и тёмные чувства... А ведь не только у Росомахи такая история. Если посмотреть внимательно, то во многих и многих голливудских картинах современности основным мотивом героя — или хотя бы антагониста — становится именно месть. Даже не надо далеко ходить за примерами: это есть в «Форсаже 4», «Звездном пути», в грядущих «Трансформеры 2: Месть падших» и можно вспомнить, например, «Звездные войны: Эпизод 3 - Месть Ситхов». Что ты думаешь о такой мрачноватой тенденции?

Ух. Очень хороший вопрос. Все мы нередко испытываем такие чувства — раздражение, накипевшую злость и даже гнев. Они все очень просты, естественны по человеческой природе. И часто мы просто не знаем что делать с ними.

В кино — где по сюжету, бывает, герою причиняется какой-то серьезный ущерб и он начинает искать справедливости — наиболее простым решением кажется взять и насладиться своей местью сполна. Но я думаю, что в таком упрощении нет ничего хорошего. Ведь показывая свой гнев по отношению к людям ты взваливаешь на свои плечи большую ответственность.

Вот Гэвина Худа как раз чрезвычайно интересовали вопросы гнева человеческого, злости. Он хотел, чтоб в картине они были показаны ярко. Там есть такой эпизод, когда один старик говорит мне: «Ты выглядишь так, будто задумал что-то плохое. Знаешь, а ведь у нас всегда есть возможность выбирать». Я же ему отвечаю: «Но не я сделал этот выбор», на что он бросает «Да ерунда!». На таким пути никогда не найдешь избавления от тяжкого груза на душе. Мы старались как-то раскрыть эту тему, чтобы стало видно: не все так просто — вот плохие, вот хорошие, вот преступление, вот наказание. И та привычная схема, которую мы часто видим в фильмах, не отражает настоящего положения вещей в человеческих взаимотношениях.

Как ты готовился к сцене — её можно было видеть и в трейлерах — где Росомаха приходит в себя после проведенной над ним операции? Как тебе так реалистично удалось изобразить вот эту самую ярость?

Хм. Прекрасно... Вот такой вопрос только от русских можно ждать, ха-ха. Вы же, наверно, знаете, что я учился как раз по системе Станиславского. И сейчас нередко использую те приемы в своей работе. Это должно быть такое внутреннее ощущение, хорошо знакомое, реакция на какие-то реальные внешние раздражители. Вот вам пример:

Как-то давным-давно, во времена работы еще над первой частью «Людей Икс», одним утром я собирался принять душ... Было еще очень рано, полшестого утра, моя жена спала крепким сном, а мне уже куда-то надо было уходить и я торопился. Дело было в одной совсем небольшой квартире в Торонто. И представьте — там не было горячей воды! А на дворе, между прочим, зима. Канадская! У меня же вся голова залита лаком для волос, после съемок-то — вы ж помните эту прическу Росомахи. И я такой стою в ванной комнате, все пробую и пробую воду — вдруг пойдет горячая. А она, конечно же, не идет. Мне совсем пора бежать и тогда я решаюсь — залезаю под душ, какой уж есть. Такой холодный, что я был готов завопить во весь голос! Но никак не мог — ведь совсем рядом спала моя жена! И в тот момент, когда я изо всех сил сдерживался — я и понял: «Вот оно! Должно быть, именно так чувствует себя Логан постоянно!». Понимаете, внешне он может выглядеть спокойным, но внутри — он как готовая к взрыву бомба с часовым механизмом. Тик-тик-тик! И в любую секунду он готов — (тут на секунду Хью превращается в Росомаху) Гррррх! — одним движением отсечь кому-нибудь голову! Стоит только дать ему повод! Но большую часть времени он занят тем, что пытается удержать это в себе. Так что вот каждый раз, когда я входил в образ, то как будто бы оказывался под адски холодным душем — это воспоминание стало уже как будто талисманом в моей работе над образом Росомахи.

Раз речь пошла о секретах актёрской профессии, скажи, какими тремя качествами непременно должен обладать хороший актер?

Первое — смелость, отвага. Второе — умение играть. Даже, знаете, так — по детски. Ведь в актерском деле мы как раз тем и заняты, что все время переодеваемся в кого-то, что-то изображаем. А третье... Третье — это, наверно, любознательность по отношению к людям, которые тебя окружают. Желание узнать что в них, какие они... Это всё не так просто.

А что было самым сложным в работе в этом фильме? Что осталось в памяти?

На самом деле, самое трудное — это всегда то, что касается физического аспекта работы на съемках. Эти боевые сцены, битвы, трюки... Особенно, например, драки с Ливом Шрайбером, который играет Виктора Крида, парня с клыками... Были просто какие-то технически сложные моменты — и для меня, и для противников моего героя. Вот однажды дерусь я на площадке с Тейлором Китчем, который играл Гамбита, и в какой-то момент пытаюсь ударить его своими лезвиями, а они возьми и застрянь где-то у него, то ли в костюме, то ли еще где. Пришлось повозиться.

И знаете еще что, я снимаюсь в роли Росомахи уже в четвертый раз и уже довольно хорошо чувствую своего героя, вжился в его шкуру, стал глубже его ощущать на эмоциональном уровне, переживать за него, но требования режиссёра «Росомахи» — Гэвина Худа — были высоки, как ни в одном фильме франшизы. Все было очень жестко и динамично. Он хотел, что бы я постоянно сохранял необходимый для моего персонажа эмоциональный уровень, агрессию. И в большинстве случаев это было совсем нелегко. Иногда, да, это происходило естественно, на волне всей предыдущей работы над образом, но по большей части мне, всё-таки, приходилось очень тяжко.

Кинофраншизе «Люди Икс» уже почти десять лет. Но и сейчас «Росомаха» является одним из самых ожидаемых фильмов. Как ты думаешь, что до сих пор привлекает зрителей в этой истории?

Думаю, что в случае с «Людьми Икс» важны две вещи. Во-первых, их мир не так уж и далек от нашего. И персонажи, и происходящее кажется не таким уж и фантастическим, хотя, в то же время, и совершенно нереальным.

К тому же основная сюжетная канва как будто спроецирована из тайных желаний любого человека быть по-настоящему особенным, обладать какой-нибудь удивительной способностью. Обычные дети, которых в школе задирают старшеклассники, думают: «Вот если бы я мог становиться невидимым или обладал сверхсилой!». Такие мысли остаются в нас надолго. Нам такие истории близки, нравится такое развитие событий, нравится думать, что есть мир, где такое вполне возможно. Ну а если говорить о персонажах, характерах, то в них очень сильны естественные человеческие эмоции. Они довольно многогранны. С одной стороны, у них есть эти силы, которые превосходят обычные человеческие возможности... С другой — им присуще и чувство некоторой отверженности или одиночества. То есть, они становятся даже заложниками своих способностей — того, что подвластно им, и на что неспособны другие. Думаю, все эти темы, так или иначе близки многим зрителям.

С «Людьми Икс» у тебя уже долгий роман. А если говорить о новых, потенцальных проектах, то что должно произойти, и в какой момент, чтоб ты решил: «Да, я буду сниматься в этой картине»?

Обычно, когда дочитываешь до конца первой трети сценария, то уже можешь сказать — хочешь ты участвовать в этом проекте или нет. Я прочитаю целиком, но решение приму, скорей всего, именно тогда, на первой трети. Когда доходишь до этого момента и тебе все нравится, то часто начинаешь думать: «Пожалуйста-пожалуйста, пусть все и дальше будет так же хорошо». Ну, вот у меня обычно именно так.

И как это было в последний раз? Я имею в виду «Росомаху»...

Ну, вот с «Росомахой» как раз получилась немного другая история. С участием в этом фильме мне все стало ясно, когда я поговорил с Дэвидом Бениоффом, сценаристом ленты, мастером своего дела, автором многих знаменитых голливудских лент. А еще он совершенно сумасшедший фанат «Людей Икс»! Как-то мы с ним пришли в какой-то бар, выпили там немного, и он рассказал мне свою идею фильма. Только идею, никакого сценария еще не было и в помине! Рассказал и смотрит вопросительно. А я такой ему: «Ага!». Вот какой момент это был.

Напоследок – отвлеченный вопрос: расскажи, а чувствуют ли австралийские актеры себя в Голливуде полностью своими?

Ха, да нас называют «Австралийской мафией»! В Голливуде, кстати, кроме Сэма Уортингтона, Кейт Бланшетт, Эрика Баны и других звёзд, немало актёров из Австралии, о которых вы могли даже и не слышать. Им в Голливуде видится хорошая перспектива, конечно, ведь австралийцам не так уж и сложно пробиться, по сравнению с, допустим, русскими или азиатскими актерами — мы на одном языке говорим, близки по менталитету, даже географически немного похожи. Так что многие в Америке чувствуют себя очень уютно и свободно. У австралийской-то киноиндустрии совсем не такие масштабы, хотя бы даже потому, что и людей вообще во Австралии гораздо меньше, там очень тесный киномир. Но и тут мы держимся сплоченно, часто оказываем друг другу разного рода поддержку. За это нас так и прозвали. Не знаю уж, в шутку ли, или всерьез.

Ну что же, Хью, сегодня тебя и твоего Росомаху уже ждут в другой стране — куда направляешься?

В Италию...

Тогда приятной тебе завтра прогулки по Риму!

Spasibo!

Еще пару ответов Хью Джекмана, из серии «Как вам Москва?», можно прочитать в этой новости

Также читайте эксклюзивное интервью с режиссёром «Люди Икс: Начало. Росомаха» Гэвином Худом.

Двойники знаменитостей в фильмах — Starnote

Мы привыкли думать, что все трюки в фильмах выполняют сами актеры. Но даже самые физически крепкие звезды (в этом месте следовало бы разместить фото Дуэйна «Скалы» Джонсона) не обходятся без помощи профессионалов. Специально обученные спортсмены и каскадеры нередко становятся теми самыми двойниками знаменитостей, которых мы видим потом на экране.

Камерон Диаз, Меган Фокс, Хью Джекман, Бред Питт, Тейлор Лортнер и другие голливудские актеры имеют одного или нескольких двойников, которые очень похожи на них внешне. Помимо физического сходства, эти люди настолько «вжились» в образ звезды, что готовы к любой момент заменить ее на съемочной площадке. Даже непобедимый и бессмертный Брюс Уиллис не постеснялся обратиться за помощью к профессиональному двойнику, когда снимался в боевике «Ред 2».

Двойники знаменитостей: Меган Фокс

Двойники знаменитостей: Меган Фокс

Двойники знаменитостей: Бред Питт

Двойники знаменитостей: Бред Питт

Двойники знаменитостей: Патрик Демпси

Двойники знаменитостей: Патрик Демпси

Двойники знаменитостей: Камерон Диаз

Двойники знаменитостей: Камерон Диаз

Двойники знаменитостей: Брюс Уиллис

Двойники знаменитостей: Брюс Уиллис

Двойники знаменитостей: Анджелина Джоли

Двойники знаменитостей: Анджелина Джоли

Двойники знаменитостей: Эндрю Гарфилд

Двойники знаменитостей: Эндрю Гарфилд

Двойники знаменитостей: Дженифер Лопес

Двойники знаменитостей: Дженифер Лопес

Двойники знаменитостей: Хью Джекман

Двойники знаменитостей: Хью Джекман

Двойники знаменитостей: Лиам Нисон

Двойники знаменитостей: Лиам Нисон

Двойники знаменитостей: Дуэйн Джонсон

Двойники знаменитостей: Дуэйн Джонсон

Двойники знаменитостей: Том Круз

Двойники знаменитостей: Том Круз

Двойники знаменитостей: Майкл Фассбендер

Двойники знаменитостей: Майкл Фассбендер

Двойники знаменитостей: Адам Сендлер

Двойники знаменитостей: Адам Сендлер

Двойники знаменитостей: Лили Колинс

Двойники знаменитостей: Лили Колинс

Двойники знаменитостей: Кувенжаней Уоллис

Двойники знаменитостей: Кувенжаней Уоллис

Двойники знаменитостей: Тейлор Лортнер

Двойники знаменитостей: Тейлор Лортнер

Двойники знаменитостей: Дженифер Гарнер

Двойники знаменитостей: Дженифер Гарнер

Двойники знаменитостей: Дженифер Энистон

Двойники знаменитостей: Дженифер Энистон

Когда на чашу весов с одной стороны ложится доверие зрителей, а с другой - собственное здоровье и безопасность, многие звезды предпочитают выбрать второе. И дело даже не в том, что они не боятся выглядеть глупо или нелепо. Просто, в отличие от каскадеров, у знаменитостей не будет второго шанса переделать трюк. Нередки случаи, когда на съемочной площадке актеры ломали себе руки и ноги, лишались передних зубов и волос. Стоит ли рисковать, если есть вероятность серьезно пострадать?

Анджелина Джоли с двойником в фильме «Солт»
Анджелина Джоли с двойником в фильме «Солт»

В конце концов, со спины их сможет различить разве что родная мать.

Источник фото: eonline.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *