Уютный трикотаж: интернет магазин белорусского трикотажа

Иммерсивное шоу черный русский: Черный русский (Black Russian), отзывы на спектакль, постановка Театральная компания Ecstatic – Афиша-Театры – Black Russian — STARIK XIII

Иммерсивное шоу черный русский: Черный русский (Black Russian), отзывы на спектакль, постановка Театральная компания Ecstatic – Афиша-Театры – Black Russian — STARIK XIII

Русский, черный русский – Стиль – Коммерсантъ

По мотивам романа Пушкина «Дубровский» Максим Диденко поставил в доме Спиридонова иммерсивный спектакль «Черный русский». “Ъ-Lifestyle” разбирается, что из этого получилось и как его смотреть.

В особняке Спиридонова последний месяц днем и ночью идут репетиции. Здесь готовятся к премьере «Черного русского» — иммерсивной постановки Максима Диденко, которую создатели окрестили спектаклем-триллером. Для московской сцены эта работа — скорее исключение, чем правило: независимые театральные проекты (а «Черный русский» — пример именно такой) по-прежнему можно сосчитать по пальцам, причем одной руки. Зрителя здесь не усадят в кресла в зале, потому что ни кресел, ни зала нет, а проведут по всему дому. Нет и привычного для репертуарного театра расстояния между сценой и всем остальным, потому что сцену, как легко догадаться, никто не строил. В нее легко превращаются и стол, и смятая постель, и стог сена в хлеву, окруженный настоящими (и не собирающимися молчать) гусями и поросятами, а артисты вполне могут оказаться на расстоянии сантиметра от вашего лица.

История, которую рассказывает «Черный русский», хорошо знакома каждому еще со школьных времен, а если даже нет — никто и никогда вам в этом не признается. Ведь это «наше все» Александр Сергеевич Пушкин и его неоконченный роман «Дубровский». Он в версии драматурга Константина Федорова и режиссера Максима Диденко становится трехмерным, предлагая узнать три версии событий: Маши, Троекурова и, разумеется, самого Дубровского. Чтобы собрать сюжет воедино, придется наведаться в особняк Спиридонова, превратившийся на время в дом Троекурова, трижды. В этом доме есть свои правила, которые советуют не нарушать. Например, не забывать про то, что выданную в начале действа маску снимать нельзя, иначе вы можете прогневать его обитателей или (при более прозаичном развитии событий) попросту потерять из виду тех, кто следит за той же сюжетной линией.

 

ИСТОКИ


Фото: Елена Новикова и Дарья Золотухина

Авторами идеи и креативными продюсерами проекта стали Дарья Золотухина и Елена Новикова, занимавшиеся продюсированием «Мастерской Дмитрия Брусникина» и при этих обстоятельствах познакомившиеся. Они давно собирались создать в Москве иммерсивный спектакль, однако изначально планировали купить франшизу и привезти одну из зарубежных постановок, раздумывая даже о небезызвестном Sleep No More, соединяющем шекспировского «Макбета» с фильмами в духе Хичкока. Решив разработать собственный спектакль, продюсеры пригласили к сотрудничеству Максима Диденко, признанного и критиками, и зрителями мастера «физического» театра. «Даша и Лена рассказали мне о проекте и, подумав, что я занят, попросили предложить кого-то из режиссеров. Мне же самому сразу стало интересно, и я тут же согласился, не понимая, впрочем, масшта

Дарья Золотухина и Елена Новикова – продюсеры проекта "Черный Русский".


 

На днях состоялась премьера иммерсивного спектакля-триллера «Черный Русский» (по мотивам романа А.С.Пушкина «Дубровский»), продюсерами которого вы являетесь. Как случилось, что из сферы маркетинга вы перешли к театру? Для вас это дебютный театральный проект?

Дарья: Я всегда увлекалась театром, ну и вообще искусством в целом. Мне это было интересно как с точки зрения академической – я училась на культурологии и защищала диссертацию в этой области, так и с точки зрения собственной творческой реализации – в режиссуре, в перформансе. Всегда была фанатом современного театра, параллельно с основной работой в маркетинге занималась такими проектами в формате хобби. До начала работы над «Черным Русским» познакомилась с Леной в работе над проектами «Мастерской Брусникина» – это молодая, амбициозная театральная труппа. Мы помогали ребятам с некоторыми проектами. Наша встреча стала судьбоносной – мы поняли, что вместе хотим создать похожий формат уникального иммерсивного шоу.

 

Елена: Я из сферы event-менеджмента, продюсировала проекты. Но захотелось создавать проекты не для клиента, а какими их вижу я и близкие мне по духу люди.

 

В спектакле заявлены известные профессиональные актёры. Как сложно было собрать их в одну команду? И что было раньше – режиссер к вам пришел с идеей или вы к нему?

Елена: Все было очень органично. Мы начали воплощать идею, которая нам нравилась, занялись поиском инвестиций, режиссера. Нам обеим всегда очень нравилось творчество Максима Диденко, мы рассказали ему про формат и он вдохновился, собрал творческую команду, с которой мы сразу сработались и стали дружить. У нас все на одной волне, всё очень стремительно закрутилось. Мы организовали кастинг своими силами, и команда собралась очень удачно. Со многими артистами мы были знакомы, многие хотели поработать с Максимом, да и в целом участвовать в таком экспериментальном проекте. 

 

Как возникала идея иммерсивного спектакля? Какими проектами вдохновлялись?

Елена: Сам по себе формат, когда зрители могут перемещаться в пространстве с артистами, конечно, совсем не нов. В России этот формат существовал в экспериментальном виде, но нигде не идут подобного рода спектакли или шоу на постоянной основе.

Дарья: Мы делаем театр и шоу одновременно, пытаемся построить некую американскую модель подхода к управлению процессом. Наш проект изначально продюсерский – мы выступили с инициативой, пригласили режиссера. В России обычно режиссер выступает инициатором.

У нас изначально был продюсерский подход, то есть такая бродвейская модель, как на мюзиклах. В Нью-Йорке есть массовые, всем доступные бродвейские шоу, и более андеграундные, такие как “Sleep No More”, например.

Елена: “Sleep No More”, как пример, довольно близкий, у него больше узнаваемости и он известен в России. В Нью-Йорке много таких шоу, менее известных, они нас даже больше вдохновили. Например, «Then She Fell» – иммерсивное шоу по «Алисе в стране чудес» и биографии Льюиса Керрола в Бруклине. Мы знакомы с командой, которая делает это шоу, они приедут в Москву вначале октября. Вообще, хотелось бы осваивать эту территорию в дальнейшем. Мы будем делать мастер-класс для артистов нашей постановки, но, может быть, сделаем открытую лабораторию.

Относительно формата, мы вдохновлялись жанром site-specific. Это когда театр привязывается к пространству. Режиссер и драматург при выборе произведения руководствовались особенностью площадки (особняком XIX века), ее стилем, историей.

 

Почему выбрали произведение «Дубровский» для постановки?

Елена: Как раз одна из причин – это привязка к месту проведения. В целом, то, что есть в этом произведении – любовь, драма, боль, социальный подтекст, – очень характерно для сегодняшних дней. С одной стороны, это школьная программа, достаточно простая для восприятия литература. С другой, если перечитать произведение, очевидна связь с сегодняшним днем – рейдерский захват имения, паттерны поведения человека в отношении авторитета власти, характерные именно для нашей культуры. То есть, все очень актуально, многие образы до сих пор живут в нашем сознании, и это очень интересное исследование.

 

А почему переименовали в «Черный русский»? Очень привлекающее название с точки зрения промоушена?

Дарья: Хороший PR рождается из сильной и цепляющей идеи. «Черный русский» – это, с одной стороны, сам Пушкин, с другой – это "чёрная" сторона русской души, достаточно темной и закрытой. Это неотесанный, некультурный, готический русский.

 

Вы под Питером сняли довольно мрачный трейлер.

Елена: Да, мы сняли там контент для видео проекций и почти на ходу придумали трейлер. Мы специально снимали трейлер намного более мрачный, чем сам спектакль, более тизерный, не раскрывающий сюжет постановки. Так нам захотелось. Многое придумывали в процессе с видео художниками Ильей Стариловым и Олегом Михайловым. В Питере очень красивый мрачный северный лес, поэтому решили снимать там.

 

По всему видно, что проект дорогой – особняк Спиридонова, известные актеры, отличная PR-поддержка. Сложно было привлечь спонсорскую поддержку, или всех привлекла красивая идея?

Дарья: Деньги всегда добыть очень непросто. Но сейчас мы склоняемся к тому, что люди действительно очень вдохновляются и хотят поучаствовать в этом проекте. Есть два типа поддержки. Одна – это поддержка спонсоров-меценатов, которые действительно поверили в потенциал проекта и зажглись идеей. А предпосылок для успеха довольно много: талантливая команда; интересный, новый для Москвы формат; разные PR-ходы, которые мы планируем использовать в проекте. Другая часть поддержки – это спонсоры-партнеры. На данный момент их немного, но мы и сейчас ведем переговоры, рассматриваем партнерства на дальнейшие сезоны. Нам бы не хотелось превращать спектакль в коммерческую площадку, поэтому интересно работать с теми брендами, которые концептуально органично могут вписаться в проект, которым это также близко по духу. Возможно, даже интегрироваться в само шоу. Мы делали проект в довольно сжатые сроки. Начали продакшн в конце февраля, и времени на переговоры со спонсорами было немного. Но мы, в первую очередь, сосредоточены на том, чтобы делать продукт, который создаст wow-эффект. А далее спонсоры начинают приходить к тебе сами.

 

Кто реализует продвижение проекта? Вы обращались в агентство? 

Елена: PR у нас ведет конкретный человек – Катя Комолова, она большой профессионал в продвижении творческих проектов.

Дарья: Вы упомянули, что у нас дорогой маркетинг. На самом деле, у нас нет большого бюджета. Мы стараемся искать интересные и креативные решения. Тот же самый трейлер, рекламные имиджи – это не так затратно, но мы стараемся делать цепляющий и интересный контент, который будет виральным. Всё, что имеет «вирусный» эффект – максимально снижает затраты на продвижение. И, безусловно, мы привлекаем профессионалов своего дела, которым интересно работать над нашим проектом.

 

Как давно существует ваша компания «Ecstátic»?

Дарья: Все началось с проекта «Черный русский», под него сделали продюсерскую компанию. Текущие перспективы и наш гармоничный дует с Леной и с командой, которую нам удалось собрать, делают проект многообещающим. Поэтому мы решили основать театральную компанию, которая будет производить новый театральный опыт для зрителя. Надеемся, что «Черный русский» – только начало нашего пути.

 

Каков ваш идеальный зритель, как вы думаете? Есть какой-то портрет?

Елена: Определенного портрета нет. Напротив, нам интересно, если он будет неожиданным. Люди, которые следят за театральной жизнью и знают имя режиссера, они и так придут. Нам интересно с помощью маркетинга вовлечь людей, которые обычно не ходят в театр, но придут на нестандартную подачу, откроют для себя что-то новое, пойдут на другие спектакли. Потому что мы всё это упаковываем в такую привлекательную форму.

 

В заключение, что хотели бы сообщить своему зрителю перед просмотром?

Дарья: В первую очередь, как у нас написано в Правилах – оставить зрительскую отстраненность. Мы хотим, чтобы зритель был максимально вовлечен, открыт к происходящему, раскован. Тогда и подтекст произведения будет раскрываться с разных ракурсов и разной степени глубины, а зритель сможет расширить границы восприятия и сознания. Нужно просто быть открытым и беречь себя! (смеется)

А если что-то пойдет не по сценарию?

Дарья: Это актерская задача – вырулить в нужное русло, вернуться обратно к сценарию.

Елена: Значит сегодня такой сценарий – "новый".

 


 

Фотоматериал представлен компанией «Ecstátic» (Дарья Золотухина и Елена Новикова).

 

Дарья Золотухина и Елена Новикова – продюсеры проекта "Черный Русский".


 

На днях состоялась премьера иммерсивного спектакля-триллера «Черный Русский» (по мотивам романа А.С.Пушкина «Дубровский»), продюсерами которого вы являетесь. Как случилось, что из сферы маркетинга вы перешли к театру? Для вас это дебютный театральный проект?

Дарья: Я всегда увлекалась театром, ну и вообще искусством в целом. Мне это было интересно как с точки зрения академической – я училась на культурологии и защищала диссертацию в этой области, так и с точки зрения собственной творческой реализации – в режиссуре, в перформансе. Всегда была фанатом современного театра, параллельно с основной работой в маркетинге занималась такими проектами в формате хобби. До начала работы над «Черным Русским» познакомилась с Леной в работе над проектами «Мастерской Брусникина» – это молодая, амбициозная театральная труппа. Мы помогали ребятам с некоторыми проектами. Наша встреча стала судьбоносной – мы поняли, что вместе хотим создать похожий формат уникального иммерсивного шоу.

 

Елена: Я из сферы event-менеджмента, продюсировала проекты. Но захотелось создавать проекты не для клиента, а какими их вижу я и близкие мне по духу люди.

 

В спектакле заявлены известные профессиональные актёры. Как сложно было собрать их в одну команду? И что было раньше – режиссер к вам пришел с идеей или вы к нему?

Елена: Все было очень органично. Мы начали воплощать идею, которая нам нравилась, занялись поиском инвестиций, режиссера. Нам обеим всегда очень нравилось творчество Максима Диденко, мы рассказали ему про формат и он вдохновился, собрал творческую команду, с которой мы сразу сработались и стали дружить. У нас все на одной волне, всё очень стремительно закрутилось. Мы организовали кастинг своими силами, и команда собралась очень удачно. Со многими артистами мы были знакомы, многие хотели поработать с Максимом, да и в целом участвовать в таком экспериментальном проекте. 

 

Как возникала идея иммерсивного спектакля? Какими проектами вдохновлялись?

Елена: Сам по себе формат, когда зрители могут перемещаться в пространстве с артистами, конечно, совсем не нов. В России этот формат существовал в экспериментальном виде, но нигде не идут подобного рода спектакли или шоу на постоянной основе.

Дарья: Мы делаем театр и шоу одновременно, пытаемся построить некую американскую модель подхода к управлению процессом. Наш проект изначально продюсерский – мы выступили с инициативой, пригласили режиссера. В России обычно режиссер выступает инициатором.

У нас изначально был продюсерский подход, то есть такая бродвейская модель, как на мюзиклах. В Нью-Йорке есть массовые, всем доступные бродвейские шоу, и более андеграундные, такие как “Sleep No More”, например.

Елена: “Sleep No More”, как пример, довольно близкий, у него больше узнаваемости и он известен в России. В Нью-Йорке много таких шоу, менее известных, они нас даже больше вдохновили. Например, «Then She Fell» – иммерсивное шоу по «Алисе в стране чудес» и биографии Льюиса Керрола в Бруклине. Мы знакомы с командой, которая делает это шоу, они приедут в Москву вначале октября. Вообще, хотелось бы осваивать эту территорию в дальнейшем. Мы будем делать мастер-класс для артистов нашей постановки, но, может быть, сделаем открытую лабораторию.

Относительно формата, мы вдохновлялись жанром site-specific. Это когда театр привязывается к пространству. Режиссер и драматург при выборе произведения руководствовались особенностью площадки (особняком XIX века), ее стилем, историей.

 

Почему выбрали произведение «Дубровский» для постановки?

Елена: Как раз одна из причин – это привязка к месту проведения. В целом, то, что есть в этом произведении – любовь, драма, боль, социальный подтекст, – очень характерно для сегодняшних дней. С одной стороны, это школьная программа, достаточно простая для восприятия литература. С другой, если перечитать произведение, очевидна связь с сегодняшним днем – рейдерский захват имения, паттерны поведения человека в отношении авторитета власти, характерные именно для нашей культуры. То есть, все очень актуально, многие образы до сих пор живут в нашем сознании, и это очень интересное исследование.

 

А почему переименовали в «Черный русский»? Очень привлекающее название с точки зрения промоушена?

Дарья: Хороший PR рождается из сильной и цепляющей идеи. «Черный русский» – это, с одной стороны, сам Пушкин, с другой – это "чёрная" сторона русской души, достаточно темной и закрытой. Это неотесанный, некультурный, готический русский.

 

Вы под Питером сняли довольно мрачный трейлер.

Елена: Да, мы сняли там контент для видео проекций и почти на ходу придумали трейлер. Мы специально снимали трейлер намного более мрачный, чем сам спектакль, более тизерный, не раскрывающий сюжет постановки. Так нам захотелось. Многое придумывали в процессе с видео художниками Ильей Стариловым и Олегом Михайловым. В Питере очень красивый мрачный северный лес, поэтому решили снимать там.

 

По всему видно, что проект дорогой – особняк Спиридонова, известные актеры, отличная PR-поддержка. Сложно было привлечь спонсорскую поддержку, или всех привлекла красивая идея?

Дарья: Деньги всегда добыть очень непросто. Но сейчас мы склоняемся к тому, что люди действительно очень вдохновляются и хотят поучаствовать в этом проекте. Есть два типа поддержки. Одна – это поддержка спонсоров-меценатов, которые действительно поверили в потенциал проекта и зажглись идеей. А предпосылок для успеха довольно много: талантливая команда; интересный, новый для Москвы формат; разные PR-ходы, которые мы планируем использовать в проекте. Другая часть поддержки – это спонсоры-партнеры. На данный момент их немного, но мы и сейчас ведем переговоры, рассматриваем партнерства на дальнейшие сезоны. Нам бы не хотелось превращать спектакль в коммерческую площадку, поэтому интересно работать с теми брендами, которые концептуально органично могут вписаться в проект, которым это также близко по духу. Возможно, даже интегрироваться в само шоу. Мы делали проект в довольно сжатые сроки. Начали продакшн в конце февраля, и времени на переговоры со спонсорами было немного. Но мы, в первую очередь, сосредоточены на том, чтобы делать продукт, который создаст wow-эффект. А далее спонсоры начинают приходить к тебе сами.

 

Кто реализует продвижение проекта? Вы обращались в агентство? 

Елена: PR у нас ведет конкретный человек – Катя Комолова, она большой профессионал в продвижении творческих проектов.

Дарья: Вы упомянули, что у нас дорогой маркетинг. На самом деле, у нас нет большого бюджета. Мы стараемся искать интересные и креативные решения. Тот же самый трейлер, рекламные имиджи – это не так затратно, но мы стараемся делать цепляющий и интересный контент, который будет виральным. Всё, что имеет «вирусный» эффект – максимально снижает затраты на продвижение. И, безусловно, мы привлекаем профессионалов своего дела, которым интересно работать над нашим проектом.

 

Как давно существует ваша компания «Ecstátic»?

Дарья: Все началось с проекта «Черный русский», под него сделали продюсерскую компанию. Текущие перспективы и наш гармоничный дует с Леной и с командой, которую нам удалось собрать, делают проект многообещающим. Поэтому мы решили основать театральную компанию, которая будет производить новый театральный опыт для зрителя. Надеемся, что «Черный русский» – только начало нашего пути.

 

Каков ваш идеальный зритель, как вы думаете? Есть какой-то портрет?

Елена: Определенного портрета нет. Напротив, нам интересно, если он будет неожиданным. Люди, которые следят за театральной жизнью и знают имя режиссера, они и так придут. Нам интересно с помощью маркетинга вовлечь людей, которые обычно не ходят в театр, но придут на нестандартную подачу, откроют для себя что-то новое, пойдут на другие спектакли. Потому что мы всё это упаковываем в такую привлекательную форму.

 

В заключение, что хотели бы сообщить своему зрителю перед просмотром?

Дарья: В первую очередь, как у нас написано в Правилах – оставить зрительскую отстраненность. Мы хотим, чтобы зритель был максимально вовлечен, открыт к происходящему, раскован. Тогда и подтекст произведения будет раскрываться с разных ракурсов и разной степени глубины, а зритель сможет расширить границы восприятия и сознания. Нужно просто быть открытым и беречь себя! (смеется)

А если что-то пойдет не по сценарию?

Дарья: Это актерская задача – вырулить в нужное русло, вернуться обратно к сценарию.

Елена: Значит сегодня такой сценарий – "новый".

 


 

Фотоматериал представлен компанией «Ecstátic» (Дарья Золотухина и Елена Новикова).

 

Спектакль-триллер «Черный русский»: что скрывает дом, в котором сходят с ума

Одно из главных событий 2016 года — спектакль-триллер «Черный русский» режиссера Максима Диденко, в основу которого лег роман Пушкина «Дубровский». Главная особенность спектакля — его иммерсивность, т. е. зритель целиком и полностью вовлечен в действие. Гости спектакля делятся на три группы, каждой из которых предстоит увидеть «Дубровского» по‑своему. Для кого-то главным героем станет Троекуров, кто-то увидит историю глазами Дубровского, а кому-то предстоит пройти путь Маши. Все это происходит в красивых масках, сопровождается видеоинсталляциями, музыкой, необычными декорациями и костюмами.

И еще одна важная особенность «Черного русского» — потрясающий актерский состав. Здесь собрались более двадцати актеров из разных театров, чьи работы на сцене за последнее время вызвали наибольший интерес зрителей. Например, роль Дубровского в спектакле исполняют Артем Ткаченко, Владимир Кошевой («БДТ»), Махиб Гладстон, Илья Дель (Мастерская Брусникина), роль Маши — Равшана Куркова (театр «Практика») и Марина Ворожищева («Театр Наций», «Практика»), Евгений Плиткин (Театр им. Пушкина) в роли Архипа, Кирилл Комаров («Практика») в роли мертвого отца и многие другие. Мы решили узнать о постановке, билеты на которую раскупаются с бешеной скоростью, побольше и задали несколько вопросов одной из исполнительниц роли Маши — Мари Ворожи (Мариной Ворожищевой).

Марина, как вы попали в спектакль «Черный русский»? Сложный ли был кастинг? Какой он был, на что обращалось внимание?
В целом все было просто. Меня выбрали по результатам кастинга. Пришла, спела, немного подвигалась пластически. Думаю, мы оказались единомышленниками.

А вы вообще любите ли вы Пушкина?
Как его не любить? Пушкин — это всегда высокохудожественно! Люблю.

Что вы можете сказать о линии Маши в спектакле? Сильно ли она отступает от Маши Пушкина? Если да, то в чем именно отличие?
Это сны по «Дубровскому». Фантазии, если хотите, Диденко, Кулагина, Кушнира и немного наши, актерские. Если кто-то хочет посмотреть шоу и тем самым «просмотреть» краткое содержание произведения, то у него этого не получится. Здесь все гораздо глубже и подробнее, чем может показаться на первый взгляд. И лучше прочитать произведение перед спектаклем, если не читали.

В одном из интервью вы заявили, что «Самое сложное было распределиться так, чтобы можно было и петь, и танцевать — и при этом не терять энергию». Как вы справились с этой задачей? И что было сложно помимо этого?
Распределиться в одном спектакле это ещё полдела. А вот сыграть три недели подряд 27 спектаклей — вот это работа. Когда ты знаешь, что люди пришли впервые на шоу, ничего не останавливает, даже кровь из носа. Играешь всегда как в первый раз, т. е. выкладываешься по полной, даришь всю себя зрителю — и это, конечно, колоссальный и иногда кажущийся непосильным труд.

Хотелось ли вам и дальше принимать участие в иммерсивных постановках или вам больше нравится традиционный театр?
Мне нравится пробовать в себя в разных формах, я открыта для предложений. И постановки подобного рода, безусловно, — новый опыт и для актера, и для зрителя. Опыт не слишком простой, но безумно интересный и эмоциональный.

Что не так со спектаклем «Дом 19|07»

Слово «иммерсивный» за прошедший год стали приставлять едва ли не к каждому спектаклю, хоть немного выходящему за пределы традиционной сцены. Алексей Киселев сходил на спектакль, названный «первым в России сериалом в иммерсивном формате», и рассказывает, что с ним не так.

Вообще-то, это очень здорово. Рядом с Арбатом, в Денежном переулке, практически из пепла силами общественной организации восстановили старинный деревянный особняк. И, чтобы предъявить его населению, устроили не день открытых дверей и не заурядную экскурсию в бахилах, а спектакль. Более того — иммерсивный. Это когда зрителям предоставляется полная свобода перемещения по всему зданию, при этом разные части одного необъятного действия происходят одновременно в нескольких пространствах.

Подробности по теме

5 причин посетить особняк Поливанова, который пережил революцию, войну и пожары

5 причин посетить особняк Поливанова, который пережил революцию, войну и пожары

Авторская и исполнительская команда состоит из постоянных участников проектов компании Stage Entertainment, занимающейся постановкой классических мюзиклов и ледовых шоу. А в роли продюсерской компании выступил Региональный фонд социально-правовой защиты отечественного архитектурного наследия, который и отреставрировал здание. Цель каждой культурной затеи фонда — популяризация конкретного памятника деревянного ампира — Дома Поливанова.

Сюжет двухчасового спектакля, хотя и закручен вокруг дома, не имеет никакого отношения к прошлому конкретного особняка (что было бы интересно, учитывая его богатую историю) — это полностью самостоятельное сочинение. Молодой франт Евгений приезжает погостить к знакомому старику и влюбляется в его дочь-красавицу Варвару. Пока у молодых закручивается роман, старик проигрывает в карты все состояние, включая этот самый особняк — единственное приданое дочери, которая уже готова под венец.

Когда в названии спектакля присутствует числительное, это что-то да значит. В популярной дилогии МХТ им. Чехова «19.14» и «Светлый путь. 19.17» названия напрямую связаны с содержанием спектаклей: Первая мировая война, Октябрьская революция. О том, какой год на дворе в случае с «Домом 19|07», догадаться можно только из названия. С событиями бурного 1907 года спектакль никак не связан; а любовная интрига плюс проигранное в карты имение — набор из арсенала драматурга середины XIX века. Так что почему в названии присутствует именно цифра 1907 — загадка без ответа.

Иммерсивным спектакль зовется по уже традиционной ошибке. Как в «Черном русском» Максима Диденко и «Пиковой даме» Александра Легчакова, которые тоже позиционируются как иммерсивные, здесь нет главного компонента этого популярного во всем мире театрального формата — свободы перемещения зрителей. Зрителям зачем-то выдают маскарадные маски, тут же прилипающие к потеющему лбу, делят всех на небольшие группы и принимаются водить гурьбой из комнаты в комнату, где показывают драматические и музыкальные сценки. Такого типа зрелище называется променад-театром.

Подробности по теме

«Черный русский»: спектакль с Равшаной Курковой в доме с привидениями

«Черный русский»: спектакль с Равшаной Курковой в доме с привидениями

Главная проблема, впрочем, не в терминах и даже не в примитивной драматургии. Променад-театр как модель знакомства публики с внутренней архитектурой особняка — уместный ход, особенно учитывая большой список запретов и ограничений, связанных с нахождением внутри памятника архитектуры. Лобовая мелодраматичность выглядит даже свежо на фоне московских спектаклей в особняках, сюжет которых понятен, кажется, только тем, кто предусмотрительно ознакомился с литературными первоисточниками. Остается последнее — исполнение; вот тут совсем беда. Артисты играют топорно, не гнушаясь заламыванием рук, сверкающими взглядами исподлобья и павлиньей походкой. Набор грубых приемов, подходящих для большой сцены музыкального театра, комично нелеп в камерной обстановке. Голоса у всех сильные, что особенно заметно, когда экспрессивные пассажи пропеваются буквально вам в лицо.

Спектакль разворачивается почти во всех помещениях дома на двух этажах. Один показ вмещает 51 зрителя

1 из 3

Артисты периодически поют под музыку, играющую из расставленных по углам колонок. Один раз — под живой аккомпанемент фортепиано

2 из 3

Режиссер и автор спектакля — Агата Вавилова. Она же играет встречающую гостей девушку по имени Софья

3 из 3

Спасти положение могла бы работа художника, но в этом плане все еще печальнее. Если в одном зале сооружена громоздкая птичья клетка с символически разломанными прутьями, то в детской комнате по соседству расставлены вполне буквальные игрушки и кроватки, а в остальных местах вообще торжествует бытовой аскетизм: столы да стулья. Время от времени в ход пускаются видеопроекции в низком разрешении с предательски выдающимися пикселями.

Из-за вычурного сине-красного освещения атмосфера из домашней превращена в эзотерическую. Интерьеры все свежие, двери белые и массивные, в полу имеются ограничители, совсем уж не из начала ХХ и тем более XIX века. В стенах — розетки и выключатели в эстетике евроремонта. Ступени лестницы, ведущей на второй этаж, аж блестят. Чтобы выносить вердикт относительно качества реставрации, нужно быть специалистом, но если восстановленный дом хотя бы приблизительно таков, каким он был сто (или двести?) лет назад, то надо признать, что со вкусом у поручика Поливанова было не очень.

Параллельно с реалистическим сюжетом разыгрывается мистический: главная героиня влюблена в привидение со шрамом на лице

1 из 3

В представлении не слишком много деталей, которыми обычно переполнены иммерсивные шоу. Есть, например, бутафорский граммофон, пистолет, перо с чернильницей, чайный сервиз. Главный бонус — карточные фокусы

2 из 3

Говорят, в этом доме живет привидение горничной, которую когда-то заживо замуровали в стене

3 из 3

В конце концов про сам дом, который хотели показать создатели, ничего не понятно. В кульминации героиня по имени Софья оборачивается к публике и сообщает, что один из героев — это ее прадед, на дворе XXI век, а сама она живет в этих стенах уже тридцать лет безвылазно. Классно, но где тогда история про пожар в начале 2000-х, почти полностью уничтоживший особняк? Или про школу радистов, располагавшуюся тут раньше? Ах да, это же вымышленная история.

Спектакль позиционируется как «первый в России театральный сериал в иммерсивном формате». Под словом «сериал» понимается не комплект спектаклей, связанных общей драматургией или концепцией, а попросту возможность многократного посещения одного и того же мероприятия, только в составе разных групп, а значит, набор эпизодов будет несколько отличаться. Но даже в том случае, если впоследствии появятся новые серии шоу «Дом 19|07», первым в своем роде оно все равно не будет. Существует же проект — на самом деле иммерсивный — «Вернувшиеся», вторая часть которого уже идет в Петербурге под названием «Безликие».

Подробности по теме

10 советов: как смотреть «Вернувшихся» — самое эффектное театральное шоу сезона

10 советов: как смотреть «Вернувшихся» — самое эффектное театральное шоу сезона

Констатировать неудачу досадно. И не только потому что проект независимый, а это важно. И не только потому, что артисты Stage Entertainment — редкого уровня профессионалы, просто заточенные под совершенно иную модель театра. Волна иммерсивных шоу действительно привлекла внимание новой публики к театральному процессу в целом и раскочегарила территорию независимого театра. Теперь всякий желает испытать на себе, что же это за новомодное явление. И вот гипотетический зритель отправляется за новыми ощущениями на спектакль «Дом 19|07». А получает настолько старые, что, кажется, лучше уж смотреть все то же самое, только сидя в зрительном зале того или иного государственного академического.

Есть контакт! Первые интервью с фрешменами, подборки книг, сериалов и новости, которые будут обсуждать завтра, — в нашем паблике во «ВКонтакте».

Морфеус - описание, ОТЗЫВЫ, мнение

Жанр иммерсивного театра стал очень популярен в наши дни. Это понятие стало настолько размытым, что часто нельзя предугадать, что скрывается за тем или иным перфомансом. С уверенностью можно сказать лишь то, что «иммерсивный спектакль» — это спектакль с полным погружением в атмосферу действия, успех которого зависит от того, насколько зритель вовлечен в сюжет, и как сильно задействованы его органы чувств.

Помимо спектаклей-променадов, с которых все началось, стали появляться все новые и новые форматы. Сам зритель далеко не всегда понимает, чего ждать от представления. Порой, желая посетить интерактивное мероприятие, человек получает совсем не то, чего ожидал.

Именно поэтому мы разработали уникальный инструмент под названием «10-бальная шкала иммерсивности», благодаря которой вы сможете разобраться, что к чему.

Итак, мы оценили все иммерсивные шоу по следующим параметрам:

1. Визуальная составляющая.

Это возможность видеть происходящее во время  Так как большинство спектаклей все-таки подразумевает визуальное действие, оценивается эта графа всего в 0,5 балла. Не получил их только «Морфеус», где во время всего действия у участников завязаны глаза.

2. Аудиальная составляющая.

Во время представления используются различные аудиоэффекты. Оценивается в 0,5 балла, по той же причине, что и визуальная составляющая.
Таким образом, самый обыкновенный спектакль получил по 1 балл по шкале иммерсивности.

3. Воздействие на органы чувств.

Подразумевается ли во время представления воздействия на такие органы чувств как обоняние, осязание и вкус.
За использование различных запахов и ароматов, которые еще больше погружают зрителя в атмосферу действия, мы даем 1 балл («Анна Каренина» Казань, «Морфеус»).

За возможность прикасаться к декорациям и рассматривать их более детально с помощью тактильных ощущений дается 0,5 балла, а вот целый 1 балл дается в случае, если предметы, имеющиеся в руках у гостей, играют важную роль в ходе всего представления (Например, как в шоу «Картель» и др.).

Если при погружении в сюжет зрители могут что-нибудь попробовать, используют вкусовые ощущения, шоу также получает 1 балл. В этом случае мы присудили баллы не только тем перфомансам, где угощают абсолютно всех участников («Зеркало Карлоса Сантоса», «Затмение» и др.), но и тем, где гости могут воспользоваться баром только по VIP-билету («Вернувшиеся», «Пиковая дама»).

Дальше – самое интересное.

4. Влияние на сюжет

Поскольку возможность не только смотреть, но и участвовать в действии и даже немного повлиять на сюжет, является одним из самых интересных способов погружения в иммерсивном шоу, мы оцениваем эту возможность до 2 баллов. Соответственно, если публика никаким образом не влияет на сюжет, как в любом променаде, спектакль получает 0 баллов.

1 балл получают те шоу, в которых степень зрительского влияния немного выше – это такие постановки, как «Совместные переживания» и «Параллель», где каждый имеет возможность высказаться наравне с актерами и задавать им вопросы.

1,5 балла награждаются перфомансы, где в сюжете есть несколько ответвлений и от зрительского участия зависит, как будет происходить и чем закончится действие. Это «Морфеус», «Картель» и «Москва 2048».

2 балла присуждаются театрам, в которых зрителю дается определенная роль, и он строит сюжет от начала и до конца. Забавно, что представлений с таким уровнем зрительского участия на Российском рынке пока нет.

5. Взаимодействие с актерами.

Какое же иммерсивное шоу без актеров? А вот такое, как «Время, которое…», например. Там, как и в Remote Moscow, вы можете услышать актеров только через наушники. Поэтому такие аудиоспектакли не получают ни одного балла.

1 балл дается тем постановкам, где предусмотрено небольшое взаимодействие с актерами, одинаковое для всех участников. Это «Чайка», «Анна Каренина» (Казань), «Идиот», и др.

1,5 балла мы наградили шоу, где избранные гости получают более детальное взаимодействие с персонажами. Возможно, и вы станете счастливчиком, и именно вас выберут актеры спектаклей «Дом 1097» или «Безликие» для того, чтобы сыграть с вами небольшую сцену.

2 балла вручаются постановки, где актеры взаимодействуют с каждым участником индивидуально. Это такие шоу, как «Картель» и «Морфеус».

6. Взаимодействие зрителей друг с другом

Большинство спектаклей-променадов запрещают зрителям обсуждать увиденное прямо во время представления, поэтому шоу «Вернувшиеся», «Пиковая дама», и проч. получают 0 баллов.

Возможность поговорить с товарищем во время действия оцениваются в 0,5 баллов. При условии, что ваш разговор не имеет никакого влияния на ход действия и сюжет («Параллель», «Неявные воздействия»).

А вот если гостям необходимо совещаться и принимать какие-то решения для того, чтобы двигать сюжет, то такое шоу зарабатывает 1 балл. («Морфеус», «Москва 2048»).

7. Возможность перемещения

Вы любите прогулки? Или вам больше нравится сидеть в удобных креслах? Сейчас существуют форматы на любой вкус. Так, полное отсутствие перемещения мы оценили в 0 баллов («Совместные переживания», «Морфеус». Необходимость передвигаться строго по намеченной схеме (без возможности отклониться от маршрута) – 0,5 («На трубе», «Декалог на Сретенке» и др.). Свободное перемещение по локации – 1 балл («Безликие», «Вернувшиеся» и др.).

Все люди разные, и каждому комфортен свой уровень иммерсивности. Надеемся, что эта шкала поможет вам выбрать иммерсивное шоу, которое точно придется вам по душе!

Что такое иммерсивное шоу? - описание, ОТЗЫВЫ, мнение

Жанр иммерсивного театра стал очень популярен в наши дни. Это понятие стало настолько размытым, что часто нельзя предугадать, что скрывается за тем или иным перфомансом. С уверенностью можно сказать лишь то, что «иммерсивный спектакль» — это спектакль с полным погружением в атмосферу действия, успех которого зависит от того, насколько зритель вовлечен в сюжет, и как сильно задействованы его органы чувств.

Помимо спектаклей-променадов, с которых все началось, стали появляться все новые и новые форматы. Сам зритель далеко не всегда понимает, чего ждать от представления. Порой, желая посетить интерактивное мероприятие, человек получает совсем не то, чего ожидал.

Именно поэтому мы разработали уникальный инструмент под названием «10-бальная шкала иммерсивности», благодаря которой вы сможете разобраться, что к чему.

Итак, мы оценили все иммерсивные шоу по следующим параметрам:

1. Визуальная составляющая.

Это возможность видеть происходящее во время  Так как большинство спектаклей все-таки подразумевает визуальное действие, оценивается эта графа всего в 0,5 балла. Не получил их только «Морфеус», где во время всего действия у участников завязаны глаза.

2. Аудиальная составляющая.

Во время представления используются различные аудиоэффекты. Оценивается в 0,5 балла, по той же причине, что и визуальная составляющая.
Таким образом, самый обыкновенный спектакль получил по 1 балл по шкале иммерсивности.

3. Воздействие на органы чувств.

Подразумевается ли во время представления воздействия на такие органы чувств как обоняние, осязание и вкус.
За использование различных запахов и ароматов, которые еще больше погружают зрителя в атмосферу действия, мы даем 1 балл («Анна Каренина» Казань, «Морфеус»).

За возможность прикасаться к декорациям и рассматривать их более детально с помощью тактильных ощущений дается 0,5 балла, а вот целый 1 балл дается в случае, если предметы, имеющиеся в руках у гостей, играют важную роль в ходе всего представления (Например, как в шоу «Картель» и др.).

Если при погружении в сюжет зрители могут что-нибудь попробовать, используют вкусовые ощущения, шоу также получает 1 балл. В этом случае мы присудили баллы не только тем перфомансам, где угощают абсолютно всех участников («Зеркало Карлоса Сантоса», «Затмение» и др.), но и тем, где гости могут воспользоваться баром только по VIP-билету («Вернувшиеся», «Пиковая дама»).

Дальше – самое интересное.

4. Влияние на сюжет

Поскольку возможность не только смотреть, но и участвовать в действии и даже немного повлиять на сюжет, является одним из самых интересных способов погружения в иммерсивном шоу, мы оцениваем эту возможность до 2 баллов. Соответственно, если публика никаким образом не влияет на сюжет, как в любом променаде, спектакль получает 0 баллов.

1 балл получают те шоу, в которых степень зрительского влияния немного выше – это такие постановки, как «Совместные переживания» и «Параллель», где каждый имеет возможность высказаться наравне с актерами и задавать им вопросы.

1,5 балла награждаются перфомансы, где в сюжете есть несколько ответвлений и от зрительского участия зависит, как будет происходить и чем закончится действие. Это «Морфеус», «Картель» и «Москва 2048».

2 балла присуждаются театрам, в которых зрителю дается определенная роль, и он строит сюжет от начала и до конца. Забавно, что представлений с таким уровнем зрительского участия на Российском рынке пока нет.

5. Взаимодействие с актерами.

Какое же иммерсивное шоу без актеров? А вот такое, как «Время, которое…», например. Там, как и в Remote Moscow, вы можете услышать актеров только через наушники. Поэтому такие аудиоспектакли не получают ни одного балла.

1 балл дается тем постановкам, где предусмотрено небольшое взаимодействие с актерами, одинаковое для всех участников. Это «Чайка», «Анна Каренина» (Казань), «Идиот», и др.

1,5 балла мы наградили шоу, где избранные гости получают более детальное взаимодействие с персонажами. Возможно, и вы станете счастливчиком, и именно вас выберут актеры спектаклей «Дом 1097» или «Безликие» для того, чтобы сыграть с вами небольшую сцену.

2 балла вручаются постановки, где актеры взаимодействуют с каждым участником индивидуально. Это такие шоу, как «Картель» и «Морфеус».

6. Взаимодействие зрителей друг с другом

Большинство спектаклей-променадов запрещают зрителям обсуждать увиденное прямо во время представления, поэтому шоу «Вернувшиеся», «Пиковая дама», и проч. получают 0 баллов.

Возможность поговорить с товарищем во время действия оцениваются в 0,5 баллов. При условии, что ваш разговор не имеет никакого влияния на ход действия и сюжет («Параллель», «Неявные воздействия»).

А вот если гостям необходимо совещаться и принимать какие-то решения для того, чтобы двигать сюжет, то такое шоу зарабатывает 1 балл. («Морфеус», «Москва 2048»).

7. Возможность перемещения

Вы любите прогулки? Или вам больше нравится сидеть в удобных креслах? Сейчас существуют форматы на любой вкус. Так, полное отсутствие перемещения мы оценили в 0 баллов («Совместные переживания», «Морфеус». Необходимость передвигаться строго по намеченной схеме (без возможности отклониться от маршрута) – 0,5 («На трубе», «Декалог на Сретенке» и др.). Свободное перемещение по локации – 1 балл («Безликие», «Вернувшиеся» и др.).

Все люди разные, и каждому комфортен свой уровень иммерсивности. Надеемся, что эта шкала поможет вам выбрать иммерсивное шоу, которое точно придется вам по душе!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *