КАК СОРОК ТЫСЯЧ ПЛАТЬЕВ | Петербургский театральный журнал (Официальный сайт)
Ю. Тынянов. «Киже».
Сочинение К. Серебренникова / А. Сюмана по рассказу Ю. Тынянова «Подпоручик Киже».
МХТ им. Чехова. Постановка и сценография Кирилла Серебренникова
Кирилл Серебренников принадлежит к числу тех
редких театральных режиссеров (да уж не единственный ли?), что занимаются нелегким, чреватым многими
неприятностями делом, — он прививает ростки
актуальности к стволу отечественного
психологизма. Не отказывается
от психологизма вообще, но и не наследует
ему, а как бы осуществляет диверсию
изнутри, за что, конечно, бывает
бит критиками-традиционалистами.
Актеры у него проживают роль по Станиславскому, но — в ситуации перформанса,
исключающего психологизм
как таковой. Если
актер сильный, роль прописана,
сюжет крепкий, а авторское
«ради чего» горит аки пламень, то режиссура
Кирилла Серебренникова
имеет большой резонанс.
Анекдот, взятый Юрием Тыняновым за основу
«Подпоручика Киже», очень похож на быль. По описке
в приказе этапировали, женили, наградили, похоронили — пустое место? Да запросто. Какой русский
не знает мистической силы буквы? Не напрягается
перед параграфом, пунктом, реестром, коллективным
письмом? Не страшится ЖЭКа, ДЭЗа,
БТИ, отдела кадров? Ведь жизнь отдашь, если что
не так записано. Написанное главнее того, что есть.
На этом вся журналистика держится, включая театральную
критику. Запишут тебя, скажем, в реформаторы
отечественной сцены — и будешь реформатор.
Л. Тимцуник (Аракчеев), С. Медведев (Павел I).
Фото Е. Цветковой
Также и политических аллюзий не счесть. Чумовая
российская государственность, чугун по всей властной
вертикали, хваткие придворные, чиновники-беспредельщики, вконец одичавший оболваненный
народ. И самодур правитель, Павел Первый
разумеется, но так написано, что опасные параллели
неизбежны. Скажу сразу, в МХТ относительно
власти — никаких опасных параллелей. Павел
Первый романтизирован и предстает в исполнении
Сергея Медведева пластичным выразительным юношей
с острым, странно детским лицом — «русским
Гамлетом», трагически не понятым ни окружением,
ни народом, череп бедного Йорика прилагается.
Фото Е. Цветковой
Над белесой бугристой поверхностью сцены, намекающей
на российские колдобины, но больше похожей
на гигантский матрас (сексодром, как говорят
в народе), высится величественный, как из гранита,
подиум, одним концом направленный в зал, другим —
в ослепительное отверстие на заднике. Вокруг на коленях,
ползком, а то и задом наперед копошатся персонажи
в белом исподнем, на макушках нашлепки в виде лысины, отчего головы похожи на яйца.
Хлещут
друг друга розгами, обсыпаются, судя по запаху, душистым
тальком, вдувают его друг другу в рот, нос,
глаза и уши («ой, ты мое тело, что ж ты так вспотело», — сказал бы Пригов). Маршируют, надев пухлые
белые подушки-треуголки и причудливые
ботфорты, оголяющие ступни; солдатские
косицы — точь-в-точь увеличенные
крысиные хвосты. Слышится
частое, прерывистое дыхание (у каждого
закреплен микрофончик), микрофонно
звучат голоса, зачитывающие
тексты, авторы которых, по программке, — Н. Карамзин, И. Кант, И. Барков,
Ю. Нелединский-Мелецкий, Д. Яламас,
Н. Полевой, А. Кронеберг и, хочется
добавить, зав. поворотным кругом
Плисов, ибо все одинаково звучит как
«бум-бум-бум» и вызывает в памяти
«Марту» Фассбиндера, где муж-садист
возбуждался от вызубренного несчастной
женой наизусть технического руководства
по изготовлению бетонных плотин.
Стоп, о чем это я? Сексодром, Фассбиндер… Привыкли
мы, критики, измышлять, правильно нас
не любят.
Но ведь что вижу, то пою. Вот это белое,
тальк, к примеру, что? Пыль, снег, мука, кокаин?
Ах, все сразу? Тогда средство от пота. Если правитель — Гамлет
с мечом джедая, то почему у него
народ — киже? Приблизительность смыслов делает
зрелище похожим на многофигурную подвижную
арт-композицию. Два с лишним часа без антракта
переменяются эффектно странные одеяния, парики,
обувь, головные уборы, но энергия мысли отсутствует.
Не заряжено. Моторное нагромождение трюков
не возмещает отсутствия ролей, сюжета, конфликта,
диалогов, а до contemporary dance актеры все же
не дотягивают, у них другая специализация. Когда
в толпе яйцеголовых на миг вдруг проявляется поручик
Синюхаев — и медленно распрямляет спину,
обратив «слепое», с пятаками на глазах,
лицо к небу, понимаешь, как мог
бы талантливый Игорь Хрипунов сыграть
эту роль. Но не сыграл: по замыслу
толпа должна быть однородной —
иначе какие же они киже? Мужчину
от женщины отличаешь разве что с появлением
кринолина, когда дама и кавалер
вдруг что-то красиво споют дуэтом.
Сцена из спектакля.
Фото Е. Цветковой
Кирилл Серебренников никак не отлепится от психологизма, ему пока нечего предложить актеру
взамен. Немцам, которые по части современного
театра, как известно, большие доки, не потребно
слияние актера с персонажем. Важен профессионализм,
отточенность формы, доведенной до абсолюта.
Там актер отдельно, персонаж отдельно, никогда
не перепутаешь. Их актуальная социальная направленность,
на наш вкус, может, и туповата, зато
форма полна какой-то внутренней германской силой.
А попробуй славянского актера-стихию упечь в форму — либо он ее, либо она его.
Эх, Кирилл Семеныч, что немцы? Далеко немцы.
Апрель 2009 г.
Мода на технологии и нехватка актерского театра / Культура / Независимая газета
Тэги: мировой театр, тенденции, авиньон, театральный фестиваль, субъективные наблюдения, черный монах, серебренников
Кирилл Серебренников не только поставил спектакль, но и издал свою пьесу по рассказу Чехова. Фото с сайта www.festival-avignon.com
Авиньонский фестиваль, ежегодно отражающий тренды современного мирового театра, главным событием 76-го смотра, несмотря на расколотый по отношению к России мир, сделал постановку русского режиссера по произведению русского классика. Большой ажиотаж, вызванный спектаклем «Черный монах» Кирилла Серебренникова, для Европы, безусловно, был связан с темой «легитимности» столь знакового выступления в контексте мировой повестки, а для России подвел черту эпохи: в эти же дни Гоголь-центр прекращал свое существование в Москве, а его экс-лидер окончательно утверждался на Западе.
Этим летом южный Авиньон глобально потеплел: «каникюль» на юге Франции – время сильной летней жары в каникулы – побила все рекорды по длительности. В первый полноценный фестиваль спустя три года пандемии публика не на шутку разгорячилась. Испепеленные солнцем улицы и охлажденные помещения были переполнены сияющими улыбками – в этом году открытыми.
Режиссер Оливье Пи закончил девятилетний срок в роли президента фестиваля, передав руководство португальскому коллеге Тьяго Родригесу. В своем напутственном слове Пи признался, что для него Почетный двор Папского дворца (курдонер) – настоящая республика. И, отвечая на вопрос, что посмотреть на фестивале, всегда отправлял всех во «двор», тем самым отмечая значимость места и его ценностей: «Папский дворец – это символ децентрализации, демократизации культуры и театра на службе у публики».
Однако с демократизированной программой фестиваля не все согласны. Жак Нерсон, автор французского еженедельного журнала «Новый обозреватель», заметил, что программа In в течение девятилетнего Пи-руководства надежд не оправдала и как раз наоборот – была нацелена лишь на избранную публику, забывая главный принцип, заложенный в концепцию фестиваля: сделать театр народным.
Основатель Авиньонского фестиваля Жан Вилар, актеры Жерар Филип и Мария Казарес, режиссер Антуан Витез, балетмейстер Морис Бежар, танцовщица Пина Бауш, наш современник Ромео Кастеллуччи – самые громкие имена украшали фестиваль своими спектаклями в стенах курдонера. После скучнейшей «Архитектуры» Паскаля Рамбера, показанной во дворце три года назад, в этом году танцевальный спектакль «Ближнее будущее» Яна Мартенса и «Черный монах» в постановке Кирилла Серебренникова тоже шедеврами не стали.
Вход в Папский дворец напоминал очередь в аэропорт, а ее длина – московскую очередь в Макдоналдс в 1990 году: показать сумку, глотнуть воды из бутылки, поднять руки для осмотра… Зрители пробирались на общедоступные места, где слышались знаменитые трубы Мориса Жарра – театральные звонки.
С «Черным монахом» светлый вечер живо мрачнел. Мы опускались на глубину какого-то сектантского мира, где музыкальные фразы, сыгранные на разных инструментах, закупорены беспрерывной чеканкой текста.
Он выстреливал с быстротой автоматной очереди, от него можно было оглохнуть, хотя, казалось, его не слышно и он не воздействует на зрителей. И был бы этот текст легкодоступным! Но нет, повесть русского писателя, показанная во французском Авиньоне, была сыграна по большей части на немецком языке (постановка осуществлена с гамбургским Thalia Theatre).
По словам режиссера, выбору языка послужил случай с перевозкой тела Чехова, произошедший в Германии. Выкопанный из истории анекдот кажется не столь значительным при выборе основного языка действия. Не правдивее ли было признаться, что под гнетом политического прессинга, что ни для кого не секрет, Кирилл Серебренников, эмигрировав в Берлин, отныне ставит на немецком языке?
Но язык в спектакле еще сложнее, чем кажется на первый взгляд. Главного героя Андрея Коврина играют сразу три актера: немец Мирко Крейбих, русский Филипп Авдеев и американец Один Байрон. Режиссер нередко начинает свои интервью, называя язык проблемой театра и заявляя, что выбор трех разноязычных актеров должен облегчить восприятие текста на сцене.
«Артисты друг друга прекрасно понимают, и, надеюсь, это будет делать и публика без всяких субтитров», – сказал Серебренников. Кажется, режиссер противоречит самому себе, ставя спектакль на трех языках и перегружая действие речью. Ответ Серебренникова больше похож на манипуляцию зрительским восприятием, закрывающую катастрофические проколы в драматургических решениях спектакля.
Действительно, непонятно, как было возможно понять текст без субтитров, если зал не кишел лингвистами. В таком случае демократизированные принципы фестиваля поставлены под сомнение. Если бы спектакль Серебренникова был «тотальным» (термин «тотальный театр» режиссер упоминает во многих интервью), мы бы всё, конечно, поняли без всяких слов. Но «Черный монах» таковым не является, потому что все языковые средства не точно взаимодействуют между собой и не работают на одно целое. Именно художественной целостности спектаклю и не хватает.
Кирилл Серебренников также издал свою пьесу по рассказу великого драматурга.
В книжных лавках Авиньона продавался «Черный монах» авторства Серебренникова, слава богу с уточнением, что по тексту Чехова. Нарочитая приписка к автору с мировым именем, закрепленным временем, уничижительно уменьшенным на обложке после имени Серебренникова, вызывала недоумение: хотел бы Чехов написать «Черного монаха» как пьесу, он бы так и сделал, но не затем он писал рассказ, чтобы сто с лишним лет спустя кто-то переиздал его, заменив пробелы абзацев на тире диалогов. Хочет ли Серебренников сказать этим изданием, что пишет лучше Чехова?
Говоря о других сценических средствах, стоит отметить , что к нескончаемому потоку немецкой речи добавлялись суета и сумбур. В левой части сцены (в «саду») стоял большой круг, который вскоре трансформировался в круглую планету и давал крупный план актеров, проживающих острые эмоции на сцене, в старой пленочной съемке. Кажется, приближенная съемка для тех, кому не видно издалека, действительно практична для зрителей. Но с художественной точки зрения такая работа с фокусом для кинорежиссера Серебренникова, презентующего свои фильмы в Каннах, кажется по меньшей мере заурядной.
Остается вспомнить ползущего скалолаза по стене курдонера в «Аду» Ромео Кастеллуччи, где он-то по-настоящему «проживает» пространство во всей его глубине, от жизни зацепленных за камни пальцев и столь близкой смерти. На фоне Кастеллуччи видеорешения Серебренникова вписываются лишь в европейскую моду проецировать световые шоу на старинные готические здания.
В течение всего действия то вдруг актеры начинали петь, как на похоронах, обращаясь к публике, – и тут далеко от зонгов Бертольта Брехта с эффектом остранения. То вдруг скрипач в красивом свете появлялся в «саду», то вдруг черные монахи кружились в ритуальном танце, раскручивая световые фонарики. Складывалось ощущение, что на сцене не обжитое пространство, а спекулированное. Художественные и режиссерские решения, казалось, имеют целью лишь произвести впечатление на соскучившегося по шоу зрителя. Становилось по-настоящему страшно за сегодняшнего зрителя, потерянного в цепи псевдоискусства и радующегося случаю попасть на любой перформанс, – нет смысла скрывать, что толпы зрителей аплодировали спектаклю Серебренникова и вставали на поклоне.
Рассказ Чехова полемичный. Между темами сумасшествия и предательства, нередкими в истории театра, он взывает к сложным философским вопросам об отношении к людям, которые нас сопровождают по жизни, об отношениях в семье, о предназначении каждого человека, его раскаянии, когда мир близких рушится, но процветает дело; об убийственной силе passion – увлечения или пристрастия не к человеку, а к делу. С этой точки зрения неудивительно, что Кирилл Серебренников заинтересовался «Черным монахом».
Программа Off Авиньона, в отличие от программы In в этом сезоне, захватила гораздо больше. Очень многие жемчужины фестиваля обнаружились в театрике 11·Avignon, в помещении ранее известной закусочной Flunch. Эти интимные и камерные местные спектакли, приехавшие на фестиваль из всех уголков Франции, игрались без субтитров, но, кажется, были бы понятны представителю любой языковой культуры актерским задором и игрой.
У французов есть традиция давать свои «ударившие в сердце», то есть любимые спектакли.
Сердце публики в этом году трепетало во время острохарактерной игры незабвенной французской актрисы Карэль Прюно в «Случае Лучии Ж.», спектакля Эрика Лакаскада про откровенную исповедь дочери Джеймса Джойса. Ошеломила до глубины души документальная история «В отказе от отца» в постановке Амеда Мадани, рассказанная со сцены обычной девушкой Аниссой, без актерского образования, которая узнала по телевизору своего отца, не видев его никогда, и нашла его вне экрана. Тронул молодой актерский коллектив в подкупающем юной искренностью спектакле «Жанна, удивительное существо среди нас» Гайтана Гована.
За полтора века бытования театральной режиссуры, бежавшей от исполнительской звездности, сегодня чувствуется некоторая усталость от технологических концепций и нехватка именно актерского театра.
Авиньон–Амьен
Serebrennikov Stock-Fotos und Bilder — Getty Images
- CREATIVE
- EDITORIAL
- VIDEOS
Beste Übereinstimmung
Neuestes
Ältestes
Am beliebtesten
Alle Zeiträume24 Stunden48 Stunden72 Stunden7 Tage30 Tage12 MonateAngepasster Zeitraum
Lizenzfrei
Lizenzpflichtig
RF und RM
Durchstöbern Sie 1.
039 serebrennikov Stock-Photografie und Bilder. Oder starten Sie eine neuesuche, um noch mehr Stock-Photografie und Bilder zu entdecken. ФК Барселона — Кл Брюгге /Лига Чемпионов Де Бур Франк, Серебренников Сергей, Брюгге, Барселона, УЕФА, Клуб, Барса,Суперкубок 2002, Кл Брюгге — Крц Генк /Джойе, Врейгде, Селебрейшн, Стийнен Стейн, Де Кок Оливье, Клеман Филип , Ристич Братислав, Мартенс Сэнди,…Кл Брюгге — Динамо Бухарест, Экирита Джани Стелиан, Серебренников Сергей, Кубок Европы, Европейский Бекер, Кубок Европы, Лига чемпионов, Клуб,…Кл Брюгге — Динамо Бухарест, Экирита Джани Стелиан, Серебренников Сергей, Кубок Европы, Европейский Бекер, Кубок Европы, Лига чемпионов, Клуб,…Кл Брюгге — Динамо Бухарест, Эджойе, Врейгде, Селебрейшн, Мендоса Андрес, Ланге Рунье, Серебренников Сергей, Парву Флорпин Кристиан, Обман,…Актеры Петр Скворцов, Виктория Исакова, режиссер Кирилл Серебренников и актер Александр Горчилин на фотосессии «Студентка» во время…Кирилл Серебренников на фотоколле «Студентка» во время 69-гоежегодный Каннский кинофестиваль во Дворце фестивалей 13 мая 2016 г.
в … живописный вид пустыни на фоне неба — стоковые фотографии Серебренникова и бильярдный вид на море с горы — стоковые фотографии Серебренникова и бильярдный вид пустыни на фоне ясного неба — стоковые фотографии Серебренникова и билдерсценический вид на озеро — стоковые фотографии Серебренникова и билдерсценический вид на море и горы на фоне неба — стоковые фотографии Серебренникова и билдерсценический вид на море и горы на фоне неба небо — Серебренников стоковые фотографии и билдерсценический вид пустыни на фоне ясного неба — Серебренников стоковые фотографии и билдерсценический вид пустыни на фоне неба — Серебренников стоковые фотографии и билдерсценический вид пустыни на фоне ясного неба — Серебренников стоковые фотографии и билдерсценический вид пустыни на фоне ясного неба небо во время заката — стоковые фотографии Серебренникова и живописный вид пустыни на фоне неба — стоковые фотографии Серебренникова и бильдеррок нс в пустыне на фоне ясного неба — серебренников стоковые фото и бильдерсценический вид пустыни на фоне неба — серебренников стоковые фото и бильдерсценический вид скалистых гор на фоне неба — серебренников стоковые фото и бильдерсценический вид пустыни на фоне неба — серебренников стоковые фото и бильдерсценический вид вид пустыни на фоне ясного неба — серебренников стоковые фото и фотографииАктеры Тео Ю, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврард Чехофф.
..Бейджик российского режиссера театра и кино Кирилла Серебренникова , находящийся под домашним арестом в России, остается на своем пустом месте… Журналист фотографирует бейджик российского режиссера театра и кино Кирилла Серебренникова 10 мая 2018 года перед пресс-конференцией для… бейдж российского театра и кинорежиссера Кирилла Серебренникова на снимке 10 мая 2018 года перед пресс-конференцией по его фильму «Лето»…Бейджик русского театра и режиссер Кирилл Серебренников на фото 10 мая 2018 года перед пресс-конференцией своего фильма «Лето»… Бейдж с именем российского режиссера театра и кино Кирилла Серебренникова, находящегося под домашним арестом в России, остается перед его свободное место… Пьер Лескюр, Продюсер Илья Стюарт, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, актер Тео Ю, Тьерри Фремо, актер Шарль-Эврар Чехофф и… Актер Тео Ю, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт , оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф…Актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, Тео Ю Тьерри Фремо с табличкой освобождают режиссера Кирилла Серебренникова на показе фильма.
..Пьер Лескюр, продюсер Илья Стюарт, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, актер Тео Ю, Тьерри Фремо, актер Шарль-Эврар Чехофф и… российский продюсер Илья Стюарт, российский оператор Владислав Опельянц, немецкий актер Тео Ю, российская актриса Ирина Старшенбаум, русский актер…Российский продюсер Илья Стюарт, российский оператор Владислав Опельянц, немецкий актер Тео Ю, российская актриса Ирина Старшенбаум, российский актер…Актриса Ирина Старшенбаум держит табличку с именем запрещенного режиссера Кирилла Серебренникова, позируя с продюсером Чарльзом -Эврард Чехофф… Актриса Ирина Старшенбаум держит табличку с именем запрещённого режиссёра Кирилла Серебренникова, позируя с продюсером Чарльзом-Эврардом Чехофф… Актриса Ирина Старшенбаум держит табличку с именем запрещённого режиссёра Кирилла Серебренникова, когда она позирует с продюсером Шарлем-Эвраром Чеховым…Актриса Ирина Старшенбаум держит табличку с именем запрещённого режиссёра Кирилла Серебренникова позирует с продюсером Шарлем-Эвраром Чеховым.
..Актриса Ирина Старшенбаум держит табличку с именем запрещённого режиссёра Кирилл Серебренников позирует с продюсером Шарлем-Эвраром Чеховым… Актриса Ирина Старшенбаум держит табличку с именем запрещенного режиссера Кирилла l Серебренников позирует с продюсером Шарлем-Эвраром Чехоффом…Протестующий держит транспарант в пользу свободного режиссера Кирилла Серебренникова на показе фильма «Лето» в рамках 71-го Каннского кинофестиваля во Дворце…Актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, Тео Ю и Директор Каннского кинофестиваля Тьерри Фремо с табличкой освобождают Режиссера Кирилла Серебренникова…Актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, Тео Ю и Директор Каннского кинофестиваля Тьерри Фремо с табличкой освобождают Режиссера Кирилла Серебренникова…Актеры Тео Ю , Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврард Чехофф с…Мужчина держит табличку, призывающую освободить режиссера Кирилла Серебренникова во время показа его фильма «Лето» в рамках 71-го Каннского кинофестиваля в мае.
.. Мужчина держит табличку, чтобы освободить режиссера Кирилла Серебренникова во время показа его фильма «Лето» в рамках 71-го Каннского кинофестиваля в мае… Чарльз-Эврар Чехофф, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, актер Тео Ю, оператор Владислав Опельянц и продюсер Илья Стюарт с…Чарльз-Эврард Чехофф, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, актер Тео Ю, оператор Владислав Опельянц и продюсер Илья Стюарт с… .Мужчина держит знак освобождения режиссера Кирилла Серебренникова во время показа его фильма «Лето» в рамках 71-го Каннского кинофестиваля в мае… Мужчина держит знак освобождения режиссера Кирилла Серебренникова во время показа его фильма «Лето» во время 71-го Каннского кинофестиваля в мае…Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврард Чехофф с…Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум , Продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф с…Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум, Продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф с.
..Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф с…Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт , оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф с…Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф с…Актеры Тео Ю, Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф с…Актер Тео Ю, актеры Роман Билык, Ирина Старшенбаум, продюсер Илья Стюарт, оператор Владислав Опельянц и актер Шарль-Эврар Чехофф… фон 18Кирилл Серебренников Интервью в Каннах: «К черту войну, я вас ненавижу»
Канны: Режиссер «Жены Чайковского» Кирилл Серебренников оспорил бойкот российских кинематографистов, но сказал, что чувствует облегчение, уезжая из страны.
Российский режиссер Кирилл Серебренников представил три фильма в рамках Каннского конкурса, но на этой неделе впервые прошел по красной дорожке фестиваля.
В 2017 году российские власти признали Серебренникова виновным в схеме хищения, связанной с его театральной труппой, и запретили ему покидать страну. Это решение возмутило правозащитные организации, которые заявили, что обвинения были сфальсифицированы. Когда в начале этого года приговор был снят, Серебренников переселился в Германию, закончив работу над своей новой драмой «Жена Чайковского», как раз к показу фильма в Каннах.
Сидя на балконе фестиваля на следующий день после премьеры, Серебренников сказал, что хотя отъезд из России означал, что ему пришлось бросить своего 90-летнего отца, вторжение Владимира Путина в Украину ускорило решение режиссера уехать как можно скорее как это позволял закон. «Если ты живешь внутри войны и понимаешь, что ты внутри войны — для такого человека, как я, это очень болезненно», — сказал он. «Я должен был сказать: «К черту войну, я тебя ненавижу, пока». Нельзя молчать об этой войне».
Тем не менее, Серебренников столкнулся со сложной ситуацией на Каннском кинофестивале этого года, когда российским делегатам и журналистам запретили публиковать пропутинские публикации, но допустили к участию в конкурсе фильм Серебренникова, поскольку его постановка предшествовала войне в Украине.
Хотя «Жена Чайковского» — мрачное исследование бывшей супруги знаменитого композитора — не финансировалось государством, ее критиковали за получение финансирования от российского олигарха Романа Абрамовича. Столкнувшись с санкциями британского правительства, Абрамович пытался продать свой футбольный клуб «Челси», а европейские власти пытались конфисковать его яхты (ни одна из которых пока не замечена в Каннах). Присутствие проекта на фестивале вызвало вопросы о том, не нарушает ли он политику французского правительства в отношении активов людей, находящихся под европейскими санкциями, хотя до сих пор неясно, будут ли какие-либо средства, связанные с постановкой из фонда Абрамовича, заморожены во Франции.
Во время пресс-конференции для «Жены Чайковского» Серебренников встал на защиту Абрамовича, назвав его «настоящим меценатом» и призвал снять с него санкции. Комментарий вызвал бурную реакцию во многих кругах; В субботу польский режиссер Агнешка Холланд осудила эти высказывания и заявила, что Канны не должны были приглашать российский фильм.
Позже в тот же день в интервью IndieWire Серебренников сказал, что не вкладывался в процесс финансирования фильма и даже не знал, сколько это стоило. «Я только что потратил деньги», — сказал он.
Он оспаривал позицию многих украинцев в киноиндустрии, что само присутствие российского кино на фестивале равнозначно одобрению войны. «Я понимаю, почему они так говорят, потому что для них все очень болезненно», — сказал он. «Даже слышать русский язык им очень больно из-за войны. Я это понимаю и принимаю. Но мы не можем остановить язык, мы не можем остановить музыку, мы не можем остановить постановку, мы не можем остановить кино. Можете ли вы объяснить французам, что теперь, в эту самую минуту, они должны избегать Чехова, Чайковского, Толстого, Эйзенштейна, Тарковского — и забыть их всех? Конечно, не будут, потому что это часть их сознания. Не так-то просто отрезать русскую культуру, когда она является частью мировой культуры».
«Жена Чайковского»
Фильм Серебренникова сам по себе является сложным исследованием истории российской культуры, поскольку он исследует тот аспект биографии композитора Ильича Чайковского, который, как правило, недооценивается внутри страны.
Актриса Алена Михайлова исполняет нежную и грустную роль Антонины Милюковой, которая выходит замуж за Чайковского (Один Бирон) из-за восхищения его работой, а затем изо всех сил пытается смириться с его скрытой сексуальностью. В конце концов, она доведена до состояния психического заболевания и нимфомании, когда фильм проникает в ее беспокойное мышление.
«Об этом никто не знает», — сказал Серебренников, который основывал диалоги о фильме на письмах и интервью, полученных из архивов Чайковского, большая часть которых находится в США. «Чайковский стал великим гением, и теперь Россия гордится им, но традиционная власть хочет скрыть темные пятна его жизни — его сексуальность и то, что он был фанатом монархии. Для советского периода это было нехорошо. Его биографию практически уничтожают, вырезая из его писем фразы и цитаты. Все это испорчено людьми, живущими в наше время. Вот почему я хотел рассказать эту правдивую историю».
В работе Серебренникова растет политическое сознание.
Его каннская работа 2018 года «Лето» последовала за полемикой, связанной с ленинградскими рок-музыкантами 1980-х годов, а прошлогодний «Грипп Петрова» высмеивает хаос современной российской жизни. Еще до войны он уже работал над своим самым большим проектом на сегодняшний день — «Лимонов», англоязычной драмой с Беном Уишоу в главной роли в роли радикального русского поэта, бежавшего в США (предварительный показ фильма покупателям на Каннском рынке. )
«Я пытаюсь снимать фильмы о людях, у которых есть свои отношения с властью», — сказал Серебренников. «Они бунтуют против системы. Я не люблю слово «диссидент», но другого слова для людей, которые подняли собственный бунт против положения вещей, просто нет».
Серебренников сказал, что сам начал сомневаться в правительстве только тогда, когда в период перестройки были отменены законы о цензуре. «Я начал как жертва пропаганды», — сказал он. «Я был ребенком, выросшим в Советском Союзе. Позже пришли новые свободы, и на этот раз меня изменило множество литературы и фильмов, которые были запрещены.
Это было похоже на взрыв всего. Эта панк-реальность сформировала мое сознание». По словам Серебренникова, с приходом Путина к власти за последние 20 лет его творчество стало политизированным. «Поскольку все возвращается к этому новому изданию Советского Союза, все мое искусство противостоит этому, пытаясь как-то бороться с этим и остановить это дерьмо», — сказал он.
Он вспомнил, как смотрел репортажи по российскому телевидению, нацеленные на его театральные постановки, и начал поднимать более спорные темы. «Вопрос был в том, нужен ли нам такой театр?», — сказал он. «Как сказал поэт [Иосиф] Бродский, бежавший из Советского Союза в 1972 году: «У меня есть стилистическое соглашение с советской властью». Наверное, так оно и есть. Они ненавидят то, что я делаю, и думают, что я разрушаю русскую культуру».
Тем не менее, Серебренников не считал, что все фильмы, финансируемые государством, должны подвергаться цензуре. «Если это не пропагандистский фильм, то нет», — сказал он. «Пропаганда всегда связана с идеями правительства.